Анастасия Пенкина – Хозяйка замка на скале (страница 18)

Дура. Наивная, глупая дура. Сама на шею повесилась, сама же и получила по заслугам.

Потом слезы отступили, оставив после себя пустоту и звенящую, холодную ярость. Ярость на саму себя.

Ничего не изменилось. Ровным счетом ничего. У тебя все та же цель — свобода. А для свободы нужны деньги. А для денег — шерсть. Все остальное — глупости и слабости, на которые у тебя больше нет права.

Нет. Никто и ничто не помешает моему плану. Ни драконы, ни фермеры, ни их отказы. Я пережила три… простите, уже четыре развода. Я пережила попадание в чужое тело. Я переживу и это.

Дверь на кухню скрипнула. Я резко вытерла лицо рукавом, отпрянула от стены и сделала вид, что только подошла. Из двери вышла Маргарет, старшая служанка, с подносом в руках. Увидев меня, она замерла, и ее обычно невозмутимое лицо исказилось от неподдельного удивления, смешанного с жалостью.

— Леди Агата! Да вы… вы совсем мокрая! И в грязи! И… кровь! — она ахнула, и чашка с чаем на подносе звякнула. — Что случилось?

В ее голосе слышалось только искреннее беспокойство. Это простое участие чуть не заставило меня снова расплакаться. Я сглотнула комок в горле.

— Попала под ливень, — пробормотала я, стараясь говорить ровно. — Поскользнулась... Пустяки.

— Какие пустяки! Идите, идите скорее сюда! — Маргарет придержала дверь раскрывая ее шире и я вошла на кухню, где царило привычное тепло и уют.

— Маргарет, что ты там топчешься, иди уже, леди Дракстон ждет… — начал было ворчать Лорэн.

Лорэн, стоя у плиты и обернулся на нас. Его суровое лицо омрачилось. Взгляд упал на мое грязное платье и на свежую царапину на лбу. Он замолчал и тяжело вздохнул.

— Леди Агата, что… Садитесь, скорее… Вид у вас, конечно…

Меня усадили на скамью. Маргарет принесла чистую тряпицу, смочила ее в теплой воде и осторожно промокнула грязь на моем лице.

— Держите, прижмите, — сказала она, давая мне еще одну тряпицу, и я послушно прижала ткань к царапине на лбу.

Лорэн, хмурясь, налил в глубокую миску дымящегося бульона. Аромат мясного бульона заставил мой пустой желудок предательски заурчать. Он бросил в бульон щепотку свежей рубленой зелени, аккуратно положил половинку отварного яйца и, достав из печи ломоть подрумяненного хлеба, с силой разломал его пополам, положив рядом.

— Поешьте, согреетесь хоть, — буркнул он, ставя миску передо мной. — Больше не опаздывайте. Распорядок на то и распорядок.

В его ворчании я услышала не злость, а странную, суровую заботу. Это было так неожиданно, что я лишь кивнула и взяла ложку.

Бульон оказался наваристым, густым, по-настоящему согревающим. Это была не безвкусная овсянка и не вонючая рыба. Это было действительно вкусно. Я ела жадно, наслаждаясь каждой ложкой бульона и кусочком свежего хлеба. Аппетит, подогретый свежим воздухом, будто усилился двукратно.

Пока я ела, мой взгляд скользил по кухне. И я заметила, что сегодня здесь царила необычная суета. Тарг, красный от напряжения, перетаскивал какие-то мешки в кладовой, что-то аккуратно раскладывал по полкам. На большом столе молодой помощник повара, Элиас, с сосредоточенным видом пытался справиться с крупной серебристой рыбой.

Мое сердце екнуло. Это был лосось. Тот самый, о пользе которого я так невзначай обмолвилась леди Дракстон вчера.

Лорэн, заметив мой взгляд, фыркнул. — Не пяльтесь, леди. Это на ужин, — повар бросил взгляд на Элиаса. — Аккуратней, ты всю чешую уже по полу разбросал!

У меня сложилось впечатление, что на кухне готовились к чему-то большему, чем обычный ужин для двух женщин.

— А что-то случилось? — поинтересовалась я.

Лорэн что-то пробормотал себе под нос, перекладывая кастрюли, но все же ответил мне. Я оказалась права. — Гости скоро будут. Драконья охота на носу, — подтвердил повар. — Весь замок на ушах. Но вы должно быть в курсе…

— Да, точно, — тихо ответила я. Маргарет устало вздохнула. — Народу будет много. И лорд Дейн, конечно, вернется из столицы.

Имя Дейна прозвучало на кухне совершенно буднично. Для них это была часть работы. Для меня же обещание скорого унижения.

Я доела бульон, чувствуя, как тепло разливается по телу, но внутри снова становилось холодно. Здесь, на кухне, среди простых людей, я нашла каплю человеческого тепла и участия. Но за стенами кухни меня ждал замок, полный чужих, враждебных взглядов, бывший муж с любовницей и… Кайден, чье молчание и отторжение жгло так же больно.

— Спасибо за бульон, господин Лорэн, — сказала я, вставая. — И за заботу. Повар кивнул, уже снова погруженный в свои котлы. — Смотрите под ноги. И не опаздывайте больше.

Я едва вышла из кухни все еще ощущая крупицу того человеческого тепла, которое успела там получить и от этого хотелось улыбаться.

Мне оставалось добраться до своей комнаты, чтобы наконец скинуть с себя это мокрое, грязное платье и прийти в себя. Но едва я сделала несколько шагов по коридору, как услышала резкие шаги и стук трости о каменный пол.

— Агата.

Я замерла, словно школьница, пойманная на прогуле, едва появившаяся улыбка померкла. Леди Дракстон стояла в нескольких шагах, ее лицо было подобно высеченной из льда маске. А взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по моим мокрым волосам, грязному подолу платья и остановился на тряпице, которую я все еще инстинктивно прижимала ко лбу.

— Тебя не было за обедом, Агата, — произнесла она ровно, но каждое слово было пронизано ее недовольством и даже разочарованием. — Не ожидала обнаружить тебя здесь.

— Я попала под ливень, — ответила я, стараясь не опускать глаз. — Поскользнулась, ушиблась и испачкала платье. Я не хотела являться в столовую в таком виде.

Ее тонкие седые брови чуть приподнялись. Казалось, она сомневалась, вру ли я или действительно невероятно неуклюжа. — Следуй за мной, — приказала она, резко развернувшись и не дав мне возможности что-либо добавить в свое оправдание.

Мне ничего не оставалось, как покорно плестись следом. Ее трость отстукивала мерный, нервирующий ритм.

— Похоже, я должна рассказать тебе еще об одном правиле, поскольку ты упорно игнорируешь субординацию, — произнесла она, не оборачиваясь. Ее голос эхом разносился по пустому коридору. — Леди не может позволять себе панибратство и дружбу со слугами. Это размывает границы, подрывает уважение и в конечном счете вредит дисциплине. Они — прислуга. Твоя снисходительность будет воспринята как слабость.

Я шла за ней, сжимая кулаки в карманах платья. А с кем же еще дружить в этом проклятом замке? Может, мне стоило подружиться с тобой?

Мы поднялись по лестнице в личные покои леди Дракстон. Она открыла дверь в гардеробную комнату, полную тяжелых сундуков и платяных шкафов. Воздух здесь пах сушеной лавандой. Леди Дракстон достала из шкафа простое, но добротное шерстяное платье темно-зеленого цвета.

— Вот, — сказала она, протягивая его мне. — Ты уже несколько дней носишь одно и тоже платье. Это неподобающе. Надень это.

Я взяла платье, ощущая мягкость качественной ткани. Но я прекрасно понимала, что это вовсе не проявление добродушия. Это была демонстрация власти, напоминание о том, что я полностью завишу от ее милости, а мой внешний вид не нарушать проклятые правила.

— Теперь иди в свою комнату, — продолжила она. — И прими горячую ванну. Ты промокла до костей. Твоя простуда — последнее, что мне нужно перед приездом гостей.

Это было сказано так, будто она заботилась не обо мне, а о состоянии своего имущества, которое не должно было испортиться перед важным событием. Но в этом сухом приказе я с удивлением уловила крупицу заботы. Возможно, ей просто не хотелось лишних хлопот с больной невесткой. А возможно, в глубине ее ледяной души все же тлела искра чего-то человеческого.

— Хорошо, — тихо ответила я и, прижимая к груди новое платье, поспешила к себе.

В своей комнате я обнаружила Лилию, которая как раз заканчивала заправлять постель. Увидев мое состояние, она ахнула. — Леди Агата! Да вы совсем...

— Знаю, знаю, — вздохнула я. — Поможешь мне с ванной?

— Конечно!

Мы прошли в мою небольшую, но уютную ванную комнату. Здесь, как и во всем замке, сочетались древние камни и магия. Вместо обычной печи в углу стоял массивный бронзовый котел, испещренный рунами — водонагревательный артефакт. Лилия провела рукой над ним, что-то прошептала, и руны слабо засветились оранжевым светом. Вскоре из крана в небольшую мраморную купель хлынула горячая вода, наполняя комнату паром.

Пока ванна наполнялась, Лилия помогла мне распутать шнуровку на моем грязном платье. Оно с неприятным хлюпающим звуком упало на пол. Я с наслаждением погрузилась в почти обжигающе горячую воду. Мурашки побежали по коже, и я почувствовала, как ледяной комок внутри меня начинает понемногу таять.

— Давайте ваши волосы, леди, — мягко сказала Лилия, набирая в кувшин теплой воды.

Я откинула голову назад, закрыла глаза и позволила ей вымыть мои длинные, спутанные волосы. Ее пальцы были ловкими и бережными. Она нанесла на них ароматное мыло с запахом лаванды, которую судя по всему, очень любила леди Дракстон. Лилия тщательно промыла каждую прядь, смывая грязь. Это было невероятно приятно и умиротворяюще. В тишине, нарушаемой лишь плеском воды, я почти могла забыть о Кайдене, о предстоящей охоте, о ледяной свекрови.

— Скажи, Лилия, — тихо спросила я, глядя в потолок. — Леди Дракстон... она всегда была такой? Суровой?