Анастасия Пенкина – Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода (страница 66)
— Избранница древних богов? — переспросил он. — Значит, она...
— Ее нельзя трогать, — перебил Ульрих. — Здесь, в Пограничье, к древним богам относятся с почтением. А те, кто носит их знак, отмечены как их хранители. Они под их защитой.
Толпа зароптала. Кто-то осенил себя божественными знаками. Кто-то опустил вилы и побросал топоры на землю.
— Древние боги не даруют свои символы кому попало! — крикнул Гаррет. — Вы это знаете. Такие люди всегда считались неприкосновенными, ведь они действуют по воле богов.
Толпа замолчала. Староста отступил.
— Но кто же тогда? — спросил кто-то из толпы. — Кто наслал порчу?
— Она, — процедила я, кивнув на Фелисити. — Это она сделала.
Фелисити побелела, потом побагровела.
— Ложь! — закричала она чуть ли не брызгая слюной. — Ты не можешь это доказать!
— Но я докажу, — заверила я.
— Мы обязательно разберемся в случившемся, — заверил Гаррет.
— Так она виновна или нет? — староста кивнул на Фелисити.
— Она пойдет с нами, — сказал Гаррет. — Арестована за ложный донос и подстрекательство к самосуду. Пока что. А там посмотрим.
— Не смейте! — закричала Фелисити. — У вас нет права!
Солдаты схватили Фелисити за плечи, заломили руки. Она попыталась вырваться, когда ее поволокли к воротам.
И ничего в душе у меня не дрогнуло. Не осталось ни жалости, ни сомнений. Не заслуживает Фелисити милости.
Нашла взглядом Клариссу. Та с грустью смотрела на племянницу, которую держали солдаты. Но недолго матушка горевала, отвернулась и нашла меня. Тепло улыбнулась мне, промокнув глаза платком.
— Корвин? — позвала я.
Он повернулся ко мне. Посмотрел на меня с таким беспокойством, что у меня защемило сердце. А я волновалось о том, как он там.
— Как ты? Ты нашел пещеру?
— Потом, — отмахнулся он, поморщившись. — Поговорим потом. Сейчас не время.
Неужели не вышло?
Я хотела обнять его, коснуться его щеки, поцеловать... Но не успела и шаг сделать.
Фелисити вырывалась из рук солдат. Она кричала как бешеная, плевалась. Ее лицо исказилось, глаза почернели.
— Вы не посмеете! — завопила она. — Я сильнее вас всех!
Стражники попытались увести ее, но она вырвалась, оттолкнув одного из них. Ее тело выгнулось дугой, голова запрокинулась.
— Иди ко мне! — закричала она. — Я призываю тебя!
Из ниоткуда поднялся холодный ветер. Небо затянуло тучами, луна и звезды померкли. Фелисити затряслась, ее глаза закатились, изо рта пошел черный пар.
Из нее вырвалась тьма.
Сначала тонкой струйкой, потом плотным сгустком, который рос, пульсировал, принимал форму. Человекоподобную, но без лица, с горящими красными глазами.
Рядом с ней открылась черная маслянистая прореха прямо в воздухе. Оттуда потянуло могильным холодом.
— Что это? — закричал кто-то из толпы.
— Бегите! — заорал Гаррет.
Люди бросились врассыпную, но сущность не обращала на них внимания. Она смотрела на меня.
— Ты, — прошипела она. — Ты все испортила. Мы так старались!
Она шагнула в мою сторону.
— Не подходи! — крикнул Корвин.
Он встал между мной и сущностью. Его тело напряглось, на лице проступила чешуя, опускаясь вниз к шее, глаза засветились. И здоровый, и тот, что под повязкой.
— Обернись! — закричала я. — Сейчас или никогда!
Корвин закрыл глаза. Воздух вокруг него задрожал, закружился магический туман с золотыми искрами. Тело вытягивалось, росло, покрывалось чешуей.
Из магического, искрящегося тумана появился дракон.
Огромный, черный дракон с горящими серебристым и голубым светом глазами. Он занял полдвора и я задрала голову, чтобы смотреть на него. На груди дракона, там где у Корвина были шрамы, несколько пластинок чешуи отсутствовали. У драконьей сущности Корвина тоже были шрамы, они светились бледным светом, пульсировали, словно живые.
Я не сдержала улыбки.
— У тебя получилось, — прошептала я.
Дракон посмотрел на меня. В его глазах читались узнавание, нежность и ярость.
Сущность зашипела и бросилась на него.
Дракон низко взревел, и земля под ногами задрожала. Он ударил сущность лапой, отшвырнул к стене. Сущность заверещала, взмыла вверх и ударила в ответ сгустком тьмы.
Из драконьей пасти вырвалось пламя, сжигая летящую в него тьму. Обожгло сущность, и она завыла, но не исчезла.
Дракон ударил хвостом, сбил сущность с ног, потом наступил лапой, придавив к земле. Сущность визжала, извивалась, но не сдавалась.
— Бенедикт! — закричала я. — Беги в кладовку, принеси ту банку, что на полке в дальнем углу! Быстро!
Бенедикт, белый как мел, кинулся в дом.
Дракон рвал сущность когтями, жег пламенем. Сущность таяла, но сопротивлялась.
Бенедикт выбежал с банкой в руках, протянул мне.
— Хозяйка...
— Давай сюда!
Я открыла банку, держа на готове.
Сущность вырвалась, бросилась на дракона, вцепилась в грудь, туда, где отсутствовала чешуя.
Дракон заревел от боли. Жарко вздохнул, выпуская клубы дыма, и ударил сущность последний раз со всей силы. Она рассыпалась и исчезла.
Прореха в мир теней закрылась.
Дракон пошатнулся, опустился на землю, прикрывая глаза и тяжело дыша.
— Слава богам, — выдохнула Кларисса.
Я шагнула вперед, к Корвину.
— Стойте! — крикнул Гаррет. — Опасно!
— Не опасно, — отмахнулась я, чувствуя странную уверенность.
Кларисса хотела удержать меня, но я не позволила.