Анастасия Некрасова – Земля чудовищ (страница 43)

– И все же что такое «гурадука»? – настаивала я.

– Строптивая, – Амелия лишь пожала плечами.

Дальше мы шли молча. Я постепенно привыкала к пустыне. То, что поначалу казалось бесконечной чередой барханов, похожих друг на друга, приобретало новые черты. Где-то я замечала движение змей в песке, где-то мое внимание привлекали кактусы. Но все же… Большего разнообразия от пейзажа нельзя было ожидать.

Но тут дорога повела ниже. Поначалу я решила, что мы просто спускаемся с очередного бархана, но спуск затянулся, и бархан перед нами становился выше, угрожающе вырастая.

Мы продолжали спускаться все глубже. Песок вокруг постепенно чернел, пока мы не ступили на мелкие камни. Да, здесь были камни! И чем дальше мы шли, тем чаще встречались огромные булыжники.

Наконец мы добрались до дна, которое представляло собой ровную каменистую площадку. Здесь было прохладнее, как будто солнце сюда не дотягивалось.

Я достала карту.

– Лампа где-то здесь, – сообщила я Амелии.

– Может, эти черные круги на карте обозначают камни? – предположила та.

Я пожала плечами. Впрочем, меня терзали смутные мысли о том, что круги обещали совсем иную встречу.

– Лампа, скорее всего, в центре, – сказала Амелия. – Выглядит так, будто эта воронка образовалась от падения лампы.

Мы начали искать. Я первой заметила блеск металла среди камней и подбежала к лампе, не забыв позвать Амелию. Та беспокойно озиралась по сторонам, став более дерганой, чем обычно. Я же махнула на это рукой и присела, чтобы рассмотреть находку поближе.

– Гирада, – практически шепотом произнесла Амелия. – Что-то здесь не так. Здесь кто-то есть, я чувствую это. Не трогай лампу, – предостерегла она.

Не послушав, я быстро схватила лампу, поднялась и посмотрела прямо на Амелию.

– Насколько я помню, мы за ней сюда и пришли. Без лампы я не уйду.

Я повертела лампу в руках. Металл ее как будто покрывала вся пыль пустыни. Удивительно, что я вообще умудрилась заметить его среди всей этой груды камней.

– Лампа как лампа, – пробормотала я вполголоса, не веря, что в ней скрывалась неукротимая мощь Хаоса, которая могла разрушить этот мир. Подчинить человека, сломить его волю и направить по другому пути.

Я провела ладонью по пыльному металлу и увидела надпись на всеобщем языке.

– «Ключ к знанию лежит во тьме…» – произнесла я вслух.

– Что? – недоуменно спросила Амелия.

– Здесь так написано, – я показала ей лампу. – Наверное, это как-то связано с правилом лампы.

– И что за правило такое?

– Не уверена пока. Но это единственный закон джиннов. И нам лучше быстрее разобраться в его сути.

– Хорошо, мы можем обсудить надписи на лампе по дороге к источнику жизни?

– Надписи, надписи… – бормотала я. – Эта фраза должна быть связана с тем, что написано в Книге.

– Это все очень занимательно, но нам давно пора уходить отсюда! – забыв про шепот, воскликнула Амелия. – Лампа у тебя есть, нужно выбираться.

– Идем… – отстраненно сказала я. Находясь в каком-то трансе, я была не в силах пошевелиться.

У меня немели руки, и мне не хотелось идти. Я не могла вспомнить, куда я собиралась. Какая-то цель у меня раньше была, но теперь я не видела ее. Мое сознание будто разделилось. Я находилась одновременно и здесь, и совсем в другом месте, где слышала казавшиеся знакомыми фразы, которые не могла ни воспроизвести, ни понять. Движения мне давались с трудом. Я повернула голову в сторону Амелии, но так и не смогла понять, на что же я смотрела в действительности. Я видела прямо перед собой в одно и то же время и своды дворца джиннов, и Амелию. Но что из этого было настоящим, я уже не знала.

Глава 34

АМЕЛИЯ ОТПРАВИЛАСЬ ОБРАТНО той же дорогой, которой мы пришли сюда, но я не шелохнулась. Я осталась на своем месте, все так же внимательно созерцая лампу. Смотрела не отрываясь, лишь беззвучно шевелила губами. Отдельные слова казались мне знакомыми. Но смысл фразы для меня был непонятен.

Амелия это заметила и вернулась. Она протянула ко мне руки. И тогда я поняла: ей нужна лампа. Моя лампа. Но я не собиралась ее отдавать. Я хотела сказать ей это, но, пытаясь выдавить из себя нужные звуки, слышала лишь шипение.

– Гирада! – крикнула Амелия. – Идем!

Но я не реагировала. Я чувствовала тяжесть лампы в своих руках и теперь хотела лишь одного – защитить от посягательств принадлежащее мне по праву. Амелия подошла ближе и рывком попробовала выхватить лампу. Но не тут-то было. Я намертво вцепилась в реликвию и со змеиным шипением отступила назад. Лицо Амелии побледнело, но она не отставала. Я так сильно держала лампу, что у меня побелели костяшки пальцев.

– Лампа принадлежит мне! – наконец у меня получилось сложить гулявшие в моей голове звуки в одну цепочку и прохрипеть ответ. Камни вокруг зашевелились.

– Гирада! – воскликнула Амелия. – Я тебе не враг. Мы пришли сюда с одной целью.

Камни начали двигаться быстрее и быстрее, закручиваясь в бешеный вихрь.

– Гирада! – уже кричала Амелия. – Мне не нужна лампа! Ты это знаешь!

Вихрь прекратился так же внезапно, как и начался. Но когда камни осыпались на землю, Амелия застыла в немом крике. Я оглянулась посмотреть, что же ее напугало. Позади меня стояли три жуткие фигуры. Но меня посетило смутное чувство, что они подчинятся моим приказам. Я оглядела их с ног до головы. Похоже, зрелище будет еще долго преследовать меня в ночных кошмарах. Создания эти напоминали людей, хотя и очень отдаленно. Их кожа сероватого оттенка была заметно грубее человеческой. Она покрывала туловище неровными слоями, как будто ее прилепили наспех, вместо ногтей на пальцах красовались длиннющие черные когти. Лица… Назвать это лицами было сложно. Шесть одинаково черных глаз без век теснились вдоль вытянутого лысого черепа, лишь иногда мелькала белая пленка, как у птиц, защищая зрачки от песка и пыли. Носа у них не наблюдалось, хотя чуть ниже, на шее, я различила несколько длинных параллельных разрезов – подобие жабр, через которые чудовища втягивали воздух. Губ у них тоже не было. На уровне рта кожа просто резко обрывалась, обнажая длинные заостренные клыки, с которых капала то ли слюна, то ли яд. У живота их туловище постепенно превращалось в массивное паучье брюшко, покрытое длинной черной щетиной, вокруг которого раскинулись четыре пары мощных лап. И сейчас эти твари поочередно потирали лапы, предвкушая добычу.

Химеры, или, как их называли в легендах, чихохвосты. Амелия медленно отступала. Больше ей ничего не оставалось. Существа двигались вперед, обходя меня, пока я все так же безучастно наблюдала за происходящим, прижав лампу к груди.

– Гирада! – кричала Амелия, пятясь. – Брось лампу! Брось ее!

Но у меня не было ни малейшего желания расставаться с могущественным артефактом.

– Гирада! – пыталась достучаться до меня Амелия. – Вспомни, зачем мы здесь!

Фраза породила сомнение, которое рассеялось быстрее, чем я смогла понять его причину. Но произошедшее не ускользнуло от внимания стражей лампы. Одна из химер на мгновенье повернулась ко мне, устремив хищный взгляд и резко втягивая воздух жаберной щелью, но вскоре вновь обратила взор к Амелии. Лампа опять взывала ко мне. Я чувствовала, что нужно избавиться от Амелии как можно быстрее, пока та не похитила мою находку.

– Гирада! – кричала Амелия. – Его же убьют! Твой друг погибнет из-за тебя, если ты не отпустишь эту проклятую лампу!!!

– Мой друг? – переспросила я, хотя без уверенности, что смогу произнести слова, а не очередное шипение.

Я цеплялась за слово. И пыталась понять, про какого друга она говорила. Рылась в своей памяти, и перед моим мысленным взором вспыхивали различные картины, в которых я пыталась найти себя. Имена проносились в голове, но я не могла выделить нужное. Я повторяла их друг за другом, произносила вслух, чтобы оживить связанные с ними воспоминания. Химеры уставились на меня в ожидании. Пока они не нападали, я думала, что какая-то власть над ними у меня сохранилась.

Произнося имена друг за другом, я наконец начала их различать. Вспомнила Тристана и все, что с нами произошло. Я не могла поверить, что действительно его забыла. И все из-за какой-то лампы! Я швырнула ее на землю. Химеры с диким воем прыгнули на меня, я же отшатнулась и упала. Чудовища, не успев дотянуться до меня когтями, рассыпались камнями, обдав меня вихрем песка.

– Откуда они взялись?! – просипела Амелия, охрипшая от криков.

Она подбежала ко мне и теперь смотрела, как я трясущимися руками обхватила себя за плечи и оглядывалась по сторонам.

– Гирада? – позвала Амелия.

Я сосредоточила беспокойный взгляд на Амелии, стараясь привести мысли в порядок. Не могла вымолвить ни слова и судорожно глотала воздух, пытаясь успокоиться. Мысли то вспыхивали одновременно в моей голове, то так же разом куда-то исчезали. Несколько мгновений назад я видела чихохвостов так же явно, как и Амелия, но не могла противостоять воле лампы. С трудом верила, что в тот момент хотела избавиться от Амелии, пытаясь оставить реликвию себе. Если бы я действительно была тем, кем меня все считали, – наследницей Амелиуса, то сумела бы подчинить артефакт джиннов себе. В этом я была уверена.

Но я не была королевской крови. В пять лет я попала во дворец. Снова вспомнила, как в первый раз увидела короля с королевой и первого советника. Только они знали мою тайну. Мысленно вернулась к тому моменту, когда меня подвели к умиравшей принцессе, девочке, чье место мне предстояло занять. Только потом я узнала – королевская чета пошла на крайние меры, чтобы избежать войны с Люпопротагорией. Тогда было ясно лишь одно. Схожесть с принцессой открыла для меня двери дворца. Так я попала в королевскую семью и стала Гирадой, принцессой Нагорья. Свое настоящее имя я давно позабыла. Иногда мне казалось, Мириада и Элеонора что-то подозревали, хотя и не знали наверняка. Я была уверена, что эту тайну не удастся сохранить.