Анастасия Милославская – Позор рода, или Выжить в академии ненависти (страница 4)

— Попрошу держать себя в руках и не выражаться, — распорядитель кидает на мачеху ледяной взгляд. — Таковы новые правила.

— Что-то я не припомню таких правил. Комиссия решила, что Медея нестабильна. У неё были множественные срывы. Последний раз она магией едва не убила ребёнка…

— Не было никаких срывов. Это всё ложь! — я разворачиваюсь и смотрю дяде Оскару прямо в глаза. — И под ребёнком ты имеешь в виду Лину? Она старше меня на год. Какой ребёнок?

Лина — дочь мачехи от первого брака. Когда мы жили с моим отцом, Лина была лапочкой. Но как только власть перешла дяде, она сразу изменилась, показав своё истинное лицо. Но я ей никогда не причиняла вреда.

— Ей было четырнадцать, — вклинивается мачеха.

— А мне тринадцать, и моя магия только начала пробуждаться! — напоминаю я. — Вы состряпали всё так, будто я хотела придушить её неконтролируемым потоком теней…

— Хватит! — рычит дядя.

Внутри меня бурлит злость, но я давлю её на корню. Пусть болтают, что хотят. Главное я узнала, что у меня появился крохотный шанс. И я им воспользуюсь.

— Рад, что мы все успокоились, — распорядитель по очереди смотрит на каждого из нас. — Сделка между мистером Даркфоллом и мистером Найтом теперь недействительна. Медея Найт, с вас будет снято ограничение. И вы отправитесь в академию высшей магии «Кристальные пики», чтобы вас обучили контролировать вашу силу.

— Что за бред? Что вы такое несёте? — Сина снова не сдерживается. — У неё стоял блок с четырнадцати лет, с тех пор, как эта паскудница стала жить в пансионе. Она уже забыла, что такое магия. А её драконьи крылья? Они проявляются гораздо раньше двадцати, но у Медеи до сих пор их нет. Какое ей обучение? Ещё и в «Кристальных пиках»! Это же лучшая академия Андраксии.

— Теперь проблемы Медеи Найт не ваша забота. Я думаю, скоро станет ясно, кто её истинный и тогда ответственность за будущую пару перейдёт на его Род.

Дядя звереет на глазах. Даркфолл делает унылое лицо, но видимо смиряется с происходящим. Сина на грани истерики. Она долго ждала этого дня, но всё пошло не по её плану.

А что до меня… я абсолютно перестаю понимать, что происходит, но, надо признать, мне нравится, как развиваются события. Потому что у меня появляется шанс вырваться из-под опеки дяди. Кто бы ни был мой истинный, пусть он даже из ненавистных мне огненных, он явно лучше родственничка, который хотел продать меня с потрохами.

Распорядитель выдаёт бумагу, на которой действительно отмечено, что с меня нужно снять ограничения.

— Руку, — коротко бросает он.

Я вытягиваю руку ладонью вверх. В груди колет. Потому что Сина права в одном — я действительно не знаю, что такое быть дракорианкой с магией. У меня отобрали это право в подростковом возрасте.

Распорядитель берёт чёрный металлический куб и прикладывает его к моей коже. Её обжигает холодом, а уже в следующую секунду я чувствую, как в ладонь входит что-то острое. До крови закусываю губу, чтобы не закричать. Делаю рваный выдох.

Когда распорядитель убирает куб, я вижу, как в него втягивается крохотная игла.

— К завтрашнему утру блок точно спадёт. Магия должна начать возвращаться.

Это действительно странно. Просто так ущербным не возвращают силу. Я не могла вспомнить ни одного случая. Но сейчас думать тяжело, потому что эйфория затапливает каждую клеточку моего тела.

Я выживу. Сделаю всё, что будет необходимо и начну новую жизнь.

— Обучение начинается уже завтра. Вам нужно купить всё необходимое для академии и достать порт-ключ до «Кристальных Пик», — даёт наставление дяде распорядитель. — Каждый дракорианец должен получить образование и научиться контролировать свою силу.

Я прекрасно понимаю, что на меня никто не потратит даже серебряной монетки. Придётся ехать с тем, что я привезла с собой из пансиона. Но за последние годы мне уже довелось из наследницы влиятельного рода стать ущербной без магии и пожить в пансионе с настоящими подростками-преступниками. Подобные вещи закаляют и делают не слишком привередливой.

Мы выходим из кабинета распорядителя. Сина пышет злобой и хочет снова начать орать, но внезапно захлопывает рот.

Я оборачиваюсь, чтобы понять, что же заставило её наконец заткнуться.

И снова вижу Майрока.

Замираю на мгновение, смотря на него, стоящего в паре десятков метров от нас. Он разговаривает с кем-то. А затем поднимает руку и трёт предплечье, слегка морщась. Прямо, как я недавно. От этого странного совпадения внутри шевелится неясная тревога. Но я отгоняю её. Уже завтра я смогу поехать в академию. Дядя не посмеет пойти против буквы закона.

Глава 3. В семье не без урода

— Ну же, милая, давай, мы ждём тебя уже полчаса! — восклицает Сина, подгоняя свою дочь.

Мне придётся учиться вместе дочерью мачехи от первого брака.

Лина закатывает глаза:

— Мама, я должна была проверить всю ли косметику я положила. А платья… наверняка там будут вечеринки…

Я усмехаюсь, едва не закатывая глаза. Какая же всё-таки сводная сестра легкомысленная. Хотя может это я слишком серьёзная?

Поудобнее перехватываю свой чемодан. Он лишь наполовину заполнен. В то время, как у Лины целых три чемодана, которые едва удалось застегнуть.

— Лина, ты едешь в «Кристальные Пики» учится, а не развлекаться, — одёргивает её мать. — А ты не строй такую надменную рожу, Медея. В очередной раз ты всех нас подвела.

— Я не виновата в том, что дядя Оскар плохо ведёт семейные дела, и наш род обнищал. Будь отец жив…

— Он умер, — шипит, как змея моя бывшая мачеха. — Смирись уже, что теперь всё изменилось. И хватит вечно говорить, что «вот будь отец жив…».

Я отворачиваюсь, ничего не отвечая. Не хочу тратить силы на бесполезные перепалки, да и хоть в чём-то Сина права. Я вернулась домой, и здесь всё по-другому. Как раньше уже не будет.

Всю ночь я ворочалась и думала о том, что же произошло.

Эйфория прошла и вместо неё меня начала душить тревога. «Кристальные Пики» — академия для самых выдающихся наследников империи. С чего бы вдруг распорядитель меня туда засунул?

Я плохо знаю правила, потому что росла в пансионе вдали от людей, но одно было известно точно — семьи сами выбирают академию для детей из своего рода. За меня же выбрал распорядитель. Или кто-то другой?

Меня ведь действительно считали опасной! Я последний раз пользовалась магией в четырнадцать, и то тогда она лишь начала проявляться. Что мне делать среди вышколенных и невероятно искусных в колдовстве сверстников? Я же там буду, как белая ворона. Ещё и Лина… она же постоянно будет меня задирать.

Я смотрю на сестру.

Она сильно изменилась с наших подростковых лет. Раньше это была угловатая девчонка с плоской грудью и худыми цыплячьими ногами. Сейчас сводная сестра превратилась в красивую молодую девушку с миловидными чертами лица, загорелой кожей, большой грудью, пухлыми губками, выкрашенными розовой помадой и длинными острыми наманикюренными ноготками.

Я по сравнению с ней некрасивая и неприметная. Моё единственное украшение волосы — огненно-рыжие и яркие. Но я и не стремилась быть красоткой, потому что отвыкла от того, что нужно прихорашиваться.

В пансионе нас не баловали. Никакой косметики и нарядных платьев. Волосы всегда в чопорном пучке. Так что сейчас я радовалась даже возможности заплести простую косу.

Кто бы мог подумать, что наследнице рода Найт придётся так изменить свою жизнь. Ведь раньше у меня было всё: платья, украшения, духи, поездки, коллекция редких кукол из тонкого фарфора. Папа любил меня, я для него была маленькой принцессой.

Сейчас у меня нет ничего. Но я привыкла и бедняжкой себя не чувствую. Потому верю — однажды всё изменится.

Лина делает пару шагов ко мне и склоняется к моему уху:

— Я не хочу, чтобы ты ехала со мной! Я так долго ждала дня своего поступления, а ты всё испортишь. Будешь меня позорить в академии. Все знают, что ты ущербная, Медея.

— Я больше не ущербная, с меня сняли ограничение, — сквозь зубы говорю я. Как же хочется вцепиться в идеально уложенные волосы сводной сестры.

— Если мне что-то не понравится, я тебе устрою сладкую жизнь, — Лина мило улыбается, затем поднимает руку и поправляет мои волосы, заводя несколько выбившихся из косы волосинок мне за ухо. — Какая же ты всё-таки уродливая. Держись от меня подальше в академии, а то пожалеешь.

Я грубо отталкиваю её руку.

— Ай! — вскрикивает Лина нарочито громко. — Ты сделала мне больно!

— Отвали от меня, дура, — бросаю я зло.

Как же она меня достала! Ещё и в академии собралась портить мне жизнь.

Дядя спускается по лестнице со второго этажа особняка. Идёт ко мне с выражением крайней неприязни на лице.

— Не смей бить Лину! Думаю, пора тебе всыпать плетью. Уже забыла, как прошлый раз было? — напирает он на меня.

В мире, где правит магия, дядя предпочитает самый скучный, но довольно болезненный способ наказания — плеть. Я думаю, это потому что ему нравится, что остаются следы, от которых не избавится. У меня вся спина исполосована шрамами.

Глава 3.2

Даже в пансионе наставницы были куда гуманнее. Били в основном линейкой по рукам, иногда давали пощёчины.

— К сожалению, времени мало, скоро им отправляться в академию, — сетует мачеха. — А так Медея и правда заслужила наказание.

— Хватит смотреть на меня диким зверем, — дядя Оскар обращается ко мне, а сам едва не скалится, а затем добавляет: — Всё-таки это всё какая-то большая ошибка! Ты агрессивная и неуравновешенная, тебе не место среди обычных дракорианцев. Я уже подал жалобу на действия распорядителя. Так что можешь не радоваться. Вернёшься обратно через пару дней.