Анастасия Мельникова – Калимба. Запертые. Эксперимент вышел из-под контроля (страница 45)
– Да…
– Привет!
– Привет.
– Весь день не могу дозвониться, ты чем там занят?
Владимир был человеком старой закалки и часто задавал вопросы, ответы на которые его не интересовали.
– Я все решил!
– Хорошо.
– Не маловато радости в твоем голосе?
– Пап, не начинай, пожалуйста. Я не один, мне неудобно сейчас. Всё, перезвоню.
Дима раздраженно убрал телефон и закурил. Сергей посмотрел на него и произнес мягко:
– Твой ноутбук открыт был. Я-то думал, ты обратно в военную прокуратуру вернешься. Значит, решил из органов совсем уйти?
Дима ответил не сразу.
– Не знаю. Как пойдет.
– Отец-то знает?
Дима снова помедлил.
– Нет пока. Там все непросто.
– Он у тебя вроде…
– Да, генерал-лейтенант. Артиллерия.
Сергей с уважением кивнул.
– Ясно. А ты…
Дима затушил сигарету, сделал последний глоток кофе и выкинул стаканчик в урну.
– Идем. Они уже, наверно, закончили.
В бюро судмедэкспертизы было почти пусто. Напарники прошли по длинному коридору, выложенному советской плиткой, и вошли в зал. В центре большого помещения с высокими потолками стояли семь железных каталок. Секционных столов на такое количество трупов здесь не было.
На каталках лежали голые тела участников эксперимента. На груди у каждого из них красовался большой фиолетовый шов в форме буквы Y.
Уставшие лаборанты изучали образцы тканей под микроскопом и заполняли бумаги, у металлического стола взвешивал головной мозг старший судмедэксперт Игорь Малышенко.
Следователи подошли поздороваться. Дима протянул Малышенко руку, но тут же ее отдернул – держаться за окровавленную перчатку не хотелось.
– Приветствую. Сейчас…
Малышенко снял перчатки, вымыл руки и повел следователей между трупами.
– Все бюро на ушах с утра. Пришлось образцы по трем лабораториям рассылать. У нас центрифуга уже месяц в ремонте! Месяц!
Малышенко вытер вспотевший лоб. Сергей проигнорировал его причитания и перешел к делу:
– Рассказывай, не томи! Какие травмы? Причина смерти?
Дима осматривал трупы, слушая эксперта.
Малышенко взял со стола папку.
– Травмы у всех обширные. Следы борьбы, ушибы. Но это так, попытки выжить, полагаю. По причинам смерти…
Они подошли к телу Платона, и Малышенко указал на живот:
– Тут все просто – массивное кровотечение и сепсис.
Они перешли к Нурлану.
– Здесь проникающая черепно-мозговая. А там, – указал он на Наташу, – уже поинтереснее. Панкурония бромид.
– Это что еще за зверь? – не понял Брындин.
– Миорелаксант, – опередил эксперта Дима.
– Правильно. Это противосудорожное. При передозировке вызывает паралич дыхательных мышц.
Дима достал блокнот и сделал пометку.
– Но это еще не все. У девушки на шее следы удушья.
Малышенко указал ручкой на шею Наташи, и следователи увидели темные пятна.
– Мышцы девушки были расслаблены под действием препарата, сопротивляться она не могла. Видимо, убийца хотел подстраховаться, чтобы наверняка.
– Убийцы, – поправил его Дима. – Их было двое.
Малышенко удивленно вскинул брови.
– Да, – сказал Сергей. – Мы тоже удивились, когда посмотрели записи.
Наташа приложилась к своей фляжке, поморщилась. Ей показалось, что она ошиблась с выбором рома.
– Ладно, я пошел. У меня рейд за туалетной бумагой, – тихо сказал Андрей.
Наташа грустно улыбнулась, и Андрей оставил ее одну. Наташа убрала фляжку и уселась на кухонный стол. Она была благодарна Андрею за поддержку, но тревожные мысли не отпускали ее. Наташа дала себе слово не напиваться, но тоска и малознакомое чувство вины душили ее, и она не выдержала.
На кухне послышались шаги, из темноты показалась большая фигура. Наташа присмотрелась:
– А, это ты…
Нурлан открыл холодильник и выпил воды. Он не любил пьяных женщин, особенно развязных.
– Ну чего засмущался? Я не кусаюсь.
Наташа медленно спустилась со стола. Хоть Татьяна и бесила Наташу с первой минуты, Нурлана она презирала. Ей было без разницы, мучился он виной или нет, и жалеть его она не собиралась, а вот поиздеваться была совсем не против.
Наташа подошла вплотную к Нурлану и прижалась молодым упругим телом.
– Слушай, ты правда извращенец? Или взрослые женщины тебя тоже заводят?
Нурлан растерялся. Наташа провела рукой по его плечу, второй обвила шею и потянулась, чтобы поцеловать, но Нурлан резко ее оттолкнул.
Наташа с трудом удержалась на ногах, но тут же рассмеялась:
– Да нужен ты мне!
В противовес собственным словам, Наташа снова подошла к здоровяку и, приложив палец к губам, указала на камеру. Прежде чем Нурлан успел что-то сделать, одной рукой она обхватила его за талию, а вторую положила на член. Нурлан в напряжении замер.
– А вот это неожиданно! Я думала, у тебя только на школьниц стоит.
Нурлан попытался отвести ее руку от паха, но Наташа крепко сжимала его достоинство. Лицо Нурлана скривилось от боли.