Анастасия Максименко – Госпожа Снежных Буранов (страница 16)
Да, для полного счастья этого мне просто вот не хватало.
Несколько секунд не мигая глядела на кристалит. Так, и что с ним делать? А я ведь его голыми руками трогала. Просто блеск, Селин. Скудоумие и отвага, всё верно сказал крыс. Придумала. Вновь набросив на плечи дублет, понеслась к соседу.
Санто вышел в холл меня встречать, глянул голодным жадным взглядом на пустые руки и тяжко вздохнул, отводя разочарованный взгляд.
― Чем могу помочь, госпожа магичка? Гена мне рассказал насчет Арлен…
― Я за сундуком, ― крикнула на ходу, пролетая мимо опешившего мальчишки. Подбросила над головой светляк, ринулась по ступеням в подвал. Разжившись сундуком, стрелой пролетела в обратном направлении мимо обескураженного парня, крикнув ему, что попозже обязательно загляну.
Обернув руки в первую попавшуюся под руки ткань из комода, осторожно положила опасный артефакт в сундук и захлопнула крышку. Помня о том, как именно мы его открывали, порезала палец страничкой ежедневника и провела по резьбе. Щелчок и скрежет, похожий на жернова, – музыка для напуганной до усрачки-и-не-признающей-этого-души. Осталось подумать, куда запрятать сам короб. По правде сказать, куда ни запрячь – то же самое, что на пороховой бочке присесть. Излучение, пусть и мизерное, а всё равно будет.
Глава 27
Око осторожно проскользнул в господскую спальню, прыгнул на бездыханное тело, пробежал по пыльному, некогда богатому белоснежно-золотому кафтану к обескровленному лицу.
― Хозяин, девочка навестила Арлен. Её живое дыхание, как вы и предсказывали, дало росток импульса для пробуждения.
― Хорошо, ― застонало пространство. Зрачки под полуприкрытыми веками на краткую полусекунду зажглись неоново-синей маной.
― Она нашла кристалит, но не догадалась о его назначении. Что прикажете делать?
― Наблюдай. Не вмешивайся. Помогай.
Крыс вздохнул. Иного он и не ожидал.
― Как прикажете, хозяин, ― ткнулся носом в бледный подбородок. ― Уже скоро. Она девочка сообразительная, она нам поможет.
Спрыгнув на пол, крыс пошуршал на выход, с тоской оставляя своего уставшего хозяина. Они так долго ждали
Я не придумала ничего лучше, как засунуть сундук на наш чердак. Глупо? Возможно. Но именно так поступить подсказывало мне моё чутье. В землю нельзя ни в коем случае, она здесь и так не сахар, а с изотермитом мы здесь все рано или поздно сто процентов превратимся не просто в нежить, а напрочь мертвую нежить. И если раньше это могло меня особо не волновать, то после того, что я узнала из дневника, я напитана надеждой исправить некогда огромную несправедливость, если, конечно, написанное — не обман и не жестокая шутка сумасшедшего. Справедливости ради, написанное в дневнике именно на то и походило: на записки безумца с больной фантазией.
― М-м-м. Чем так вкусно пахнет? ― послышался за спиной голос Око, нарушая ход моих мыслей.
― Где ты был? ― хмуро оглянулась на крыса, продолжая резать на дольки картофель. В глубокой миске дожидался своего часа кроль без одного бедра, оно вместе с мелко нарезанной картошкой варилось в кастрюльке, разнося по дому вкусные запахи.
― На обходе, где же ещё, ― Око прыгнул на разделочную зону, заинтересованно косясь на будущую снедь. ― Что в меню?
― Суп из кролика и запеченный кролик в картофеле.
― Звучит слюноотделительно.
― Держи свои слюни подальше от кастрюли! ― прикрикнула, мягко шлепая плоскостью ножа по нагло сунувшейся к супу морде, крыс пискнул и благоразумно отскочил к мойке.
― Эй, сдурела! Чуть не прибила.
― Ну, не прибила же. Через час с хвостиком всё будет готово. Потерпи. Как там на улице?
― Пока тихо.
Вздохнула. Надолго ли?
― Что с розжиговыми амулетами? Сколько годных?
Поморщилась:
― Из одиннадцати всего четыре, один, как ты понимаешь, я наполовину использовала.
Одного амулета розжига хватало на три манипуляции – заряда, и всё-таки это лучше чем ничего. Когда еда приготовилась, мы с крысом набили брюхо, без фанатизма, конечно же, да только на вынужденной диете мне и миски супа теперь хватало.
Завернув пропитание, налитое в чистую посуду, для Санто, отправились к мальчишке. А он нас уже ждал: сидел с голодными грустными глазами у подножия лестницы и при нашем появлении неуловимо быстро взвился на ноги, слегка напрягая светящимися алым широко распахнутыми глазами.
Молча поставила посуду на стол, сдернула тряпки с плошек и подвинула в сторону мальчугана. Тот сглотнул голодную слюну и, вопреки своему состоянию, набрасываться на этот раз на подношение не стал. Ел быстро, но аккуратно. И всё равно, в душе слегла тянуло от жалости к бедняге.
Буркнув Око: на улице подожду, выбралась на уже привычно разряженный воздух. Усевшись на нижнюю ступеньку, задрала голову к небу под ложно тонкой пленкой купола. Достать бы того, кто сотворил всё это с жителями Долины, и придушить голыми руками. Что бы там ни сотворил бывший наместник Передела, да только простые жители, уверена, ни в чём не были виновны, и уж Санто — особенно.
Мальчишку, по словам Гены, и вовсе подставили, выкинув в проклятые земли умирать. Умирать страшно, мучительно и долго. Вот только, насколько я теперь понимаю, твари не знали об истинном положении дел в Долине, не знали о дневнике, если написанное опять-таки правда, а мне хотелось верить, что да, хотелось, как ни во что и никогда. И я обязательно разгадаю тайны Драконьей Долины. Долины проклятых. Пока жива, я здесь теперь госпожа.
Глава 28
Привалившись спиной к стене, сижу на чердаке домика Санто, обложившись таинственными дневниками. С руки на деревянные доски мерно капает кровь. Мимолетно поморщившись, обернула тряпкой ладонь, оторвала от строчек взгляд, стиснула пальцами переносицу. За окном снова буранит, и не только буранит, но даже и воет, и так — уже с ночи. По неутешительным прогнозам Око, сегодня случится одна из самых холодных ночей в году. Именно в такую ночь «погиб» от проклятия мальчишка.
Ещё утром бедняга закутался в одеяло, оставив торчать наружу только вздернутый нос, и забился под кровать, не собираясь вылезать оттуда, пока вся эта напасть не закончится, и плевать ему, что он как бы немножко умер и повторно умереть ему не грозит. Собственно, его понять можно.
За окном протяжно завыло, будто волки на луну воют, честное слово. Помимо воли про себя содрогнулась. Подтянув шерстяное ни черта не греющее покрывало, послала щедрый импульс в нагревательный артефакт, усиливая работу. Последний остался, остальные два сдохли буквально за пару часов. Если эту ночь я, может быть, ещё переживу, то как пережить следующую такую — ума не приложу, даже думать несколько страшно. И самое такое, что одежда не спасает, как и не спасут и двести толстых одеял. Двести я не проверяла, им здесь попросту неоткуда взяться, а вот с пятью проверила, — не помогло. Подула на озябшие руки и сдернула тряпку, порез, как и ожидалось, зажил, с этими дневниками они заживают в неимоверном темпе. Чуется магия.
Ладно, вернемся к дневникам. Прочитав хронику, я выяснила для себя, что наместника таким жестоким образом наказали (намеренно или нет — с некоторыми особо преданными ему людьми, то есть драконами) за злодеяния перед правящим родом драконов. Начнем немного с истоков. Наместник Передела являлся бастардом первого принца империи Драголитов, а так как мы уже поняли на примере Санто (который, судя по всему, является двоюродным братом наместника), что бастардов в правящей семье особо не жаловали, то его сослали править одной из провинций драконьих земель, этой. Имя наместника в хронике, к сожалению, не упоминалось, это для справки. Очень некрасиво опускать такую важную деталь, но это ладно.
Так вот. Якобы: наместнику не нравилось такое положение дел, а именно ссылка в провинцию, ведь он сын первого принца – причем первенец, а значит, по справедливости, второй в очереди на драконий престол. Но его сослали и тем самым раздраконили чувство собственничества и желание до короны Драголитов. И вот наш наместник готовит переворот, собирает втихую соратников, строит планы по завоеванию «костяного» трона. Да только в число его верных соратников затесался неверный, лазутчик драконьего короля, он и сдал «гнусные» планы наместника монарху. Тот ошалел от гнева и пулей примчался в Передел вместе с сотнями своих чешуйчатых легионеров, где и припер к стенке наместника или узрел собственными глазами, что бунт на корабле готовится и вообще в самом разгаре.
В хрониках просто не определились: то ли он к стенке своего по сути внука припер, то ли увидел доказательства предательства своими глазами, но! Как итог, король вызвал срочно из столицы принца, отца наместника, и они вдвоем прокляли неверного «сына» принца крови кровью, прокляли всеми стихиями и небесными карами, нагнав на Долину жуткий Буран.
И проклятию быть до тех пор, пока неверный не смоет свой порок кровью… кровью невинного любящего сердца, чью жизненную нить в наказание он должен собственноручно оборвать, испытывая жуткие муки. М-да.
Меня повело, то ли от полубреда написанного, то ли от начинающейся горячки. Приложив ладонь к покрытому испариной лбу, закуталась в плед по самый нос.