Анастасия Любимка – Рисующая ночь (СИ) (страница 32)

— Владыка?

У меня голова шла кругом от папиных слов. Злость поднималась волной. Новый статус? Папа уже примерил на себя корону и в благодарность хочет отдать свою дочь?!

— А теперь вы меня послушайте, — я не собиралась сдаваться и в очередной раз полагаться на шутницу Судьбу. — Вы живы благодаря Владыке, у вас начнется новая жизнь, но это не значит, что я обязана идти в уплату ваших долгов! Все, что зависит от меня, я сделаю. Если я должна передать свой дар — я это сделаю. Нужно вылечить детей — я не отказываюсь. Но я никогда не выйду замуж за того, кого не буду любить! И вы меня не заставите!

— Анита, но тебе ведь нравится лорд Дэймон, — робко произнесла мама.

— Мне и лорд Арвел нравится, но это не значит, что я вижу его своим мужем. К тому же, а самого повелителя вы спросить не желаете? Вы его уже в мыслях женить успели, а согласие на то получить не забыли?

Мои мысли спутанным клубком роились в голове. Хотелось ругаться и кричать от обиды.

— Лорд Дэймон поддержал нас в этом желании.

— Что?

— Мы дали свое благословение на ваш союз, — мертвенно бледная мама смотрела на меня огромными испуганными глазами.

— Этого не может быть, — я с силой потерла виски. — Я, конечно, и сама виновата, в том, что не интересовалась вашими планами и происходящим в доме, но это не значит, что самые важные моменты моей жизни, должны проходить без меня. Мама, папа, вы же не могли со мной так поступить?

Ответом мне было молчание.

— Анита, я думаю, лорд Дэймон сам тебе все объяснит, мы, поверили его словам, а потому дали добро на то, чтобы скрывать от тебя чувства лорда Арвела. Вот, сегодня это оказалось невозможным, леди Айса получила разрешение Владыки на встречу с тобой, правда, не сказала, что с ней будет лорд Арвел.

— У меня ощущение, будто мы на подмостках сцены заезжего театра на рыночной площади, мама.

— В любом случае, Владыка желательнее…

— Вдовец с ребенком лучше молодого, невероятно влюбленного и одаренного юноши? — каюсь, я сорвалась. Я не думаю, что лорд Дэймон плох или наличие ребенка делает его хуже.

— Анита, его отец обвиняется…

— А он сам? Молчите? Разве не вы мне всегда говорили, что дети не должны отвечать за грехи родителей? Не вы ли привечали в доме обездоленных детей, чьи родители воришки и падшие люди? Вы всегда давали им работу и верили в их порядочность! Я могу привести множество примеров, но… Отец, неужели еще неполученная корона уже испортила тебя, а призрачная власть вскружила голову?

— Анита!

Я всегда боялась такого тона отца. Я редко доставляла ему проблем, но иногда мои шалости были далеко не невинными. К примеру, когда я обстреляла грязью прибывших гостей. Вот также на меня кричал папа тогда. Но сейчас я не боялась. Я была обижена и зла.

— Я всегда гордилась своей семьёй. Радовалась, что у нас нет тайн друг от друга. Верила, что так будет всегда. Сегодня вы, самый родные и близкие люди, вырвали у меня эту веру с корнем. Хорошего вечера, отец, матушка.

Я присела в глубоком реверансе и прежде, чем родители опомнились бросила прочь из гостиной. Не о чем мне с ними больше говорить. Да и Владыка хорош! Правильно, зачем иметь конкурента? Проще договориться с родителями, чего-то там им наобещать, а меня запереть в доме, чтобы не дай Богиня, ни с кем не смогла пообщаться и тем более в кого-то влюбиться!

Они, наверно, думают, что я совсем глупая и не понимаю, что происходит? Если лорд Дэймон пожелал меня в жены, понятно отчего прятались письма лорда Арвела. Понятно, почему он никаких действий не предпринимает. Ведь сейчас совсем не время для этого, он занят заговором! А потом, как со всем справится, можно будет оказать внимание соскучившейся по людям, общению и впечатлениям, девушке, засидевшейся в четырех стенах. Ну конечно же я брошусь ему на шею и буду очарована его ухаживаниями! Да любая бы очаровалась, если бы дольше месяца взаперти посидела, не видя белого света и других людей, кроме родных!

Я ворвалась в свою комнату ураганом, на пути сметя Урджина, желавшего со мной поговорить. Олив, постучавшийся пятью минутами позже, тоже был отослан.

Вот не хочу с ними разговаривать. Я должна сначала успокоиться, потому что не хочется обижать дорогих людей, а это непременно случится, если меня не оставят в покое хотя бы на пару часов.

Я признаю, что вспылила, однако и матушка с отцом не правы. Они никогда не скрывали от меня важных событий, которые касались меня и брата. Мы часто собирались вместе и обсуждали наши действия и будущее. Нам не запрещалось высказывать свои мысли, ни меня, ни брата никогда не наказывали за то, что мы отказывались что-либо выполнять. Отец и матушка уважали наши решения, однако и ответственность мы несли самостоятельно!

А сейчас…я не знаю, почему так вышло. Все проходит мимо меня, пусть и нахожусь я на расстоянии вытянутой руки. Может, я просто отвыкла от того, что больше не одна и не нужно во всех видеть врагов?

Я и сама не заметила, как вновь заперлась в мастерской и иступлено выводила кисточкой, которая из ярко-золотистой становилась тусклой. Правда, поняла я это только тогда, когда меня потревожили и я выронила кисть.

Вот поднимая ее с пола, я и обратила внимание на то, что она потеряла свою краску и перестала меня изумлять своим видом.

— Добрый вечер, Анита.

Я повторно уронила кисть на пол. Меньше всего я ожидала увидеть именно Владыку. Впрочем, наверное, после того, что я устроила это неудивительно.

Дэймон Лиос’ атр’Авейн

Бесконечный водоворот из дел, требующих немедленного решения, закрутил меня. Начавшаяся чистка начала давать свои плоды. Штат неблагонадёжной прислуги во дворце сокращался, а на их места приходили лично мной одобренные люди. Удивительно как по этому поводу скандалили главы Совета, уже, бывшего. А новый я еще не созвал.

И вряд ли вообще созову. Отец совершил ошибку, пойдя на поводу своего окружения и пожелав сбросить с себя часть ответственности.

Повелитель не может это сделать. Мы напрямую связаны с каждым подданным. От нас зависят их жизни и благополучие. С новым законом, мне добавилось проблем. Я запретил брать в жены больше одной женщины, как и запретил любые отношения не с темными. Никаких гаремов и попыток зачать здорового ребёнка. Эта необходимость отпала, а женщинам нужно вернуть их волю и разум. Пока они близко взаимодействуют нашими мужчинами — это невозможно. Но причин, естественно, я пока никому не мог объявить. Только надавить своей властью и требованием подчиняться.

Я устало опустился в кресло и потер переносицу. Скоро все закончится, осталось сделать три главных шага. Смена власти в Арсеи — не прихоть, а жестокая необходимость. Кто бы мог подумать, что именно монаршие особы этой страны давно и тщательно планировали переворот у темных?

Моей ухмылке мог бы позавидовать любой хищник. Отец как же ты был слеп! И как слеп был я!

Камилла Ортанс…

Я познакомился с ней во время очередного поиска сильного мага на территории еще благополучной Арсеи. Насколько это вообще можно назвать благополучием. Мы остановились в одном из постоялых дворов столицы, рядом с учебным заведением, которое рассмешило меня своим названием: «Нефритовая Звезда». Помню, как я блуждал под высоким каменным забором, рассматривая здание издалека, и обдумывая тяжелую ситуацию у моих подданных.

Если бы я знал тогда, что именно привело меня к стенам «Нефритовой Звезды»! Если бы только мог вернуть время вспять.

Запрокинув голову, я громко рассмеялся. Аните тогда было четырнадцать лет. Я попал как раз в то время, когда прибывали новые ученицы и, несомненно, Анита была среди них.

Вот к кому я стремился, неосознанно тянулся…а столкнулся с леди Камиллой. И решил, что эта тяга к красивой женщине, а не к малолетней девице, впервые вышедшей из-под опеки родителей.

И тот факт, что Камилла считалась лучшим магом Арсеи лишь обрадовал меня, вместо того, чтобы насторожить!

Богиня, да я был слеп и глуп! А ведь Арвел отговаривал меня… Он уже тогда видел суть этой женщины! Видел ее насквозь и не желал сближения его Повелителя с ней.

Зато его отец наоборот, желал этого союза. Было ли это случайностью или разыгранным спектаклем? Один род разделённый на два лагеря?

Как легко пройдена ступень от горячей любви к неистовой ненависти! Я ведь любил Камиллу, терял голову от ее красоты и нежного голоса! Сходил с ума от ее улыбок и желанного тела…

И как интересно устроена наша память! Я не лгал себе, говоря, что не желал ее, не лгал… Потому что попросту забыл о том времени, когда мечтал о том, чтобы Камилла была лишь моей.

Меня ей было мало. Настолько мало, что я понял это слишком поздно. Какие роскошные балы я устраивал в честь нее, сколько ночей мы провели рядом, но не преступая грань. И каким счастливым был я, узнав, что она ни с кем не была до меня. Я был ее первым мужчиной, и не последним. Меня так сильно впечатлило, что в первую ночь она не боялась, я как дурак, верил, что это от сильной любви ко мне и доверия, а по факту… Камилла избавлялась от того, что ей уже осточертело. Она словно знала, что жениться Владыка Темных может лишь на девственнице.

Я оглох, ослеп, отдал власть в руки тем, кому не должен был, даже под страхом смерти. Я понял все слишком поздно. Но я все еще жив и могу исправить, а вот ей, не повезло.