Анастасия Лебедева – Сообщество голодных (страница 2)
Вечеринка у Лесли-Лучшей действительно получилась настолько потрясающей, что большинству участников вообще было не суждено ее вспомнить. Наверное, поэтому никто и не заметил, что виновница торжества исчезла.
Куда она пропала?
Ответ был в стиле всего представления.
2. Лучшие бессмертны!
У Рэйчел в тот понедельник была восхитительная прическа. Ее волнистые каштановые волосы искрились под светом флуоресцентных ламп и струились тяжелой волной почти до талии. И вообще, выглядела Рэйчел Олдридж прекрасно. Осознавая это и отмечая произведенный эффект, она торжественно вела по школьному коридору Веронику – новенькую, – и, поясняя, указывала рукой на кабинеты, рассказывала про учителей, своих друзей и школьные порядки.
Вероника Аддерли с искренним интересом слушала, осматривалась по сторонам и послушно следовала за Рэйчел. Такого дружелюбия и внимания в первые же минуты пребывания в школе Вероника не ожидала. В этой ее спутнице с прекрасными волосами было нечто, что делало ее особенной, отличающейся от других, но неуловимо странной. Да, натура Рэйчел вообще сложно поддавалась определению. Наверное, подумала Вероника, не надо судить о человеке после первой же встречи.
– Наша школа считается самой клевой в городе, поэтому ты попала в точку, перейдя к нам, – Рэйчел довольно ухмыльнулась. – О! А это Курт!
Вероника перевела взгляд на приближающегося высокого юношу с открытой улыбкой, которую Рэйчел тут же отзеркалила. Она положила руку на его широкое плечо и снисходительно потрепала парня. Он явно был заядлым членом какого-нибудь спортивного клуба.
– Вероника, это Курт. Курт, это Вероника. Она перешла к нам в школу, но из-за проблем с переездом не смогла объявиться в первую неделю.
– Приятно познакомиться, Вероника. Как тебе первое впечатление?
– Взаимно. Но о первом впечатлении пока ничего не могу сказать, – Вероника мягко улыбнулась одними губами, чувствуя себя немного неловко.
Пауза затянулась.
– Вы вместе? – ляпнула новенькая, глядя на парня и девушку и прервав, наконец, молчание.
Рэйчел улыбнулась еще шире:
– Нет, что ты, мы просто друзья.
Вероника открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, как вдруг ее перебил чей-то громкий возглас, раздавшийся за спиной:
– Боже, нет! Только попробуй подойти ко мне еще хоть на шаг!
Вероника обернулась и увидела двух парней. Они стояли около шкафчиков и были явно возбуждены. Один из них был огромным толстяком, другой худощав, и такое сочетание уже само по себе вызывало улыбку. Голос, привлекший внимание Вероники, очевидно, принадлежал субтильному парню: он вжался спиной в открытый шкафчик, закрывая грудь учебниками, и, как загнанный зверек, смотрел на толстяка, держащего в руке всего лишь картонный стаканчик с шоколадом. Несмотря на свои размеры, большой парень выглядел безобидно и совсем не агрессивно.
Рэйчел прочитала вопрос в глазах Вероники и сказала:
– Гроза школы! Малыш Бак, – в ее словах прозвучала ирония, – а второй – Вимси, мой дружок.
Рэйчел изящно помахала им рукой, что тут же прекратило конфликт, если он вообще был.
Бак принялся старательно оттирать большим пальцем шоколадное пятно, которое красовалось на его рубашке прямо у сердца. Пятно становилось все больше и больше. Занимаясь «стиркой» и не обращая внимания на Рэйчел и ее компанию, Бак продолжал рассказывать приятелю:
– Я вчера взорвал свой толчок металлическим натрием! Надо было затопить эту мерзкую бабулю дерьмом!
Вимси, отодвинув грязнулю, уже не вжимался в шкафчик и просто копался в нем, невольно слушая жуткую историю Бака. Он прекрасно знал о бурной реакции, возникающей от взаимодействия металлического натрия и воды. Бак жил на десятом этаже одного из трех небоскребов в центре городка, и ему еще повезло, что по своей глупости он не взорвал все трубы в доме вместе с собой! Хотя может лучше бы и взорвал! Смерть приятеля от взрыва в сортире весьма рассмешила бы Вимси.
– Где ты взял натрий, безмозглый придурок?! – Вимси усмехнулся и, после долгих поисков вытащил из шкафчика какую-то книжку, походящую на ежедневник.
– Прикинь, мой брат хранил целый кусок натрия в банке керосина, – Бак победно взмахнул рукой и подступил на шаг к Вимси. Тот опять отпрянул, не рискуя быть тоже измазанным шоколадом или натрием.
– Нет, Бак, отойди! Я не знаю, что за адская смесь в твоем стакане, которая никогда не отстирывается от одежды.
– Ты не поверишь, Вимси, там какао, вода и сахар.
– Все говорят, что в нашей столовой у него привкус хлорки.
– Просто не надо пить хлорку в чистом виде, это лишь ее остатки, которые обеззараживают стаканчики. Норм!
Вимси удивленно приподнял брови и вылупился на Бака так, словно тот сейчас открыл новый химический элемент.
– Шутка, – объявил Бак. – Вчера по ТиВи видел передачу про хлорку и узнал, для чего она нужна.
После этих слов, он одним глотком опустошил стаканчик с какао, демонстрируя полезность хлорки.
Вимси театрально выдохнул, и закрыл шкафчик:
– А, черт, я подумал, что ты все это время притворялся тупым и скрывал в своем пустом черепе какие-нибудь темные намерения против меня, чтобы отомстить за все те моменты, когда я смеялся над тобой.
– Обижаешь. Чего скрывать, я же могу просто врезать тебе.
Рэйчел, Вероника и Курт заворожено слушали эту перепалку, не зная вмешиваться или нет.
Вдруг откуда-то сверху, как глас Всевышнего, сквозь треск и шорох раздался трубный рык громкоговорителя:
– Внимание! Уважаемые студенты старшей школы, прошу всех срочно собраться в актовом зале.
Голос был совершенно незнакомый, и поэтому невольно вызвал у всех тревогу.
– Повторяю…
– В чем дело? – нахмурившись, спросила Вероника у Рэйчел, чувствуя себя еще более неуютно.
Но, судя по всему, никто не знал в чем дело.
Все, кто был в школе, включая Бака и Вимси, неуверенно двинулись к залу.
Там собралось уже много народу, а на сцене стояли два полисмена в форме – строгие мужчины в возрасте, и директор школы Себастьян Росс.
Один из полицейских был высоким мулатом. Он представился детективом Джонатаном Смитом, и заговорил довольно уверенно и четко:
– Леди и джентльмены! Позвольте сообщить, что у нас, то есть у вас, случилось небольшое проис…
Его перебил второй полицейский, назвавшийся лейтенантом Мортимером Бруксом, прорычав:
– Хватит миндальничать, Джо, давай по делу!
Да и сам лейтенант своими густыми, растущими как придется, бровями, напоминал злую дворнягу. Детектив кивнул и продолжил:
– Итак, нам известно, что некоторые из вас присутствовали на вечеринке Лесли Кэролин в эту субботу. И я хочу сообщить вам неприятнейшее известие о том, что этим утром она была найдена в своей комнате… мертвой.
Это был шок!
Все ждали чего угодно – от визита президента до закрытия школы, в конце концов, но не этого!
Зал мгновенно замер.
Что?
Лесли?!
Лучшая?!!!
Детектив сжал губы, внимательно рассматривая изменения в лицах каждого школьника. В зале поднялся тревожный шум, начались разговоры, превратив напряженную тишину в балаган. Но громкий голос лейтенанта Брукса заставил всех притихнуть:
– Внимание! Тишина!
Все ждали подробностей и впились взглядами в полицейских. Директор скорбно молчал, периодически пожимая плечами.
Вимси охватил ужас! Он прикусил губу, сердце пропустило удар – платье Лесли валялось где-то в его комнате уже целые сутки. Когда он обнаружил его на следующее утро, то только удивился, и не придал этому никакого значения. А теперь получается…
Он был уверен, что, конечно, ничего такого совершить он не мог…
Но…
Но как это вообще можно объяснить? Он же не извращенец какой-то, забирающий платья у своих жертв… хотя, кажется…
Вимси вроде что-то вспомнил спасительное, но как это докажешь?!