Анастасия Кураева – Огненная страсть Габриэллы (страница 10)
Пальцы жгло просто адски. Я трясла ими и обдувала воздухом, пока новая порция огня не пронзила уже мои внутренности.
«О боже. Как же больно…»
Меня согнуло пополам от непереносимой муки.
– Помогите… – сдавленно прошептала я, проваливаясь в спасительную безмолвную бездну.
Я зашел в спальню, в которой царил полумрак. Несколько свечей в канделябрах и масляная лампа на тумбе бросали причудливые тени на стены и полог кровати.
Все закономерно. Дух огня пробуждался в теле Иной, но я почему-то беспокоился. Приобретенная искра была подобна динамиту с подожжённым фитилем – неизвестно, когда рванет.
Я бесшумно опустился на край кровати и вгляделся в лицо девушки. Она спала, но сон был беспокойным. Иная то и дело стонала и бормотала что-то бессвязное. Тело было покрыто испариной. И даже через одеяло я ощущал жар, который от нее исходил.
Я вспомнил, как мы с Оливией проходили инициацию, когда были детьми. Это не смертельно, и обычно пробуждение силы длится одну или две ночи. Но мы были магами от рождения. А Иная…
В углу потрескивал камин и, недолго думая, я просто вылил на горящие угли воды из ведра, стоявшего рядом. Пар взвился вверх с шипением, и в комнате запахло мокрым пеплом. Я с силой дернул ворот рубашки, чувствуя, как душно даже мне, не говоря уже о девушке.
Следовало снизить температуру в помещении всеми возможными способами. Распахнув окно настежь, я впустил в комнату прохладу осенней ночи. Легкий ветерок тут же заиграл с занавесками.
Я вспомнил, как в детстве няня обтирала нас с Оливией влажной тканью, когда мы горели от жара. Тот же приём я решил применить и сейчас. Смочив тряпицу в прохладной воде, я положил ее Иной на лоб. Но вот стянуть с неё это проклятое одеяло, в которое она укуталась до самого подбородка, я так и не решился – даже сейчас она цепко держала его обеими руками, будто спасалась от внешнего мира.
От холодного прикосновения ресницы девушки вздрогнули, а потом она поморщилась от нового приступа боли. Уверен, сейчас ей снились жуткие кошмары – безусловные спутники пробуждения стихии.
Когда я уже собрался уходить, Иная вдруг открыла свои зеленые, затуманенные болью глаза и прошептала:
– Спасибо…
После этого она провалилась в глубокий сон.
12
– Нет. Не так. Плавнее. – Я уже который раз показывал девушке один и тот же пасс.
Мы стояли друг напротив друга в центре каменной площадки, той, откуда буквально вчера нас поднял в небо Голден. Сейчас гуррия мирно дремала в тени раскидистого дерева, укрывшись от посторонних глаз своим мерцающим крылом. А мы уже около часа отрабатывали одно и то же движение.
– Плавнее. Зачерпывающее движение. А вы… Ты как будто тесто замешиваешь.
Она пропустила последнее замечание мимо ушей. Сдула непослушную прядку, упавшую ей на лоб, встряхнула руки, прогоняя усталость, и опять заняла показанную мной стойку.
Если честно, я думал, что сегодняшний урок придется отменить ввиду последних событий ночи. Но Иная, несмотря ни на что, была бодра и даже свежа. Покраснела, конечно, от напряжения и усилий, но однозначно была полна решимости. Только вот решимость не помогала совсем. Пальцы были деревянные, а кисти словно в тиски зажаты.
Да, она повторяла мои движения со скрупулёзной точностью: левая ладонь покоилась в районе живота, образуя лодочку, правая зависала над нею и делала зачерпывающее движение.
– Нет. Пальцы деревянные, а руки очень жесткие. – Я продолжал внимательно следить за жестами девушки, а потом все-таки не выдержал и направился прямо к ней, на ходу стягивая куртку и бросая ее прямо под ноги. Солнце жарило с каждой минутой все сильнее и сильнее.
– Мои руки – это издержки профессии, – молвила девушка чуть обиженно.
Я взял ее запястья в свои руки и пояснил:
– Расслабь вот здесь. – Я встряхнул их, потом уложил в правильный пасс и очертил полукруг. – Вот так… Как только сделаешь правильную комбинацию и призовешь стихию, огонь не заставит себя долго ждать.
Она снова сдула свой вьющийся локон и сосредоточилась так сильно, что даже высунула кончик языка наружу. Я чуть слышно хмыкнул. Эта рыжеволосая Иная тут же вскинула на меня пронзительный взгляд:
– Это смешно?
– Чем сильнее ты напрягаешь каждую клеточку своего тела, тем дальше прячется огонь. Он не заструится по твоим пальцам, если ты так сильно будешь морщить лоб и высовывать язык…
Она выпрямилась и посмотрела на меня несколько секунд пристальным взглядом. Не понял, то ли она разозлилась, то ли, наоборот, была спокойна, как монах Горной провинции во время медитации.
– Покажи, пожалуйста, еще раз, – процедила она сквозь зубы.
Точно злилась.
Ну что ж… Я показал еще раз.
Левитирующий огненный сгусток над моей ладонью появился в один миг. Иная даже глазом моргнуть не успела. Конечно, она была впечатлена, даже рот приоткрыла от удивления. Я схлопнул ладонь, и сфера исчезла. Иная тут же встала в стойку и попробовала повторить мои движения. От вида ее каменных пальцев захотелось удавиться.
Сегодня будет длинный день.
– Так, все. Перерыв.
Спустя полчаса я все‒таки не выдержал и прервал нашу тренировку. Девушка непонимающе нахмурилась, но руки опустила.
Я обогнул ее бодрой походкой и направился к колеснице, откуда достал заботливо приготовленную кухаркой корзину с едой. Позвал девушку с собой. Вместе мы спустились по холму прямо к реке, преодолевая корни таксодиума.
– Я забыла спросить, что это за четыре камня стоят там на площадке? На каждом изображен свой символ…
Я немного помолчал, прикидывая, сколько информации я мог ей рассказать.
– Камни соответствуют четырем стихиям. Огонь, вода, земля и воздух.
– Значит, есть еще маги воздуха, земли и воды?
– Да.
– Ого! А в вашем городе есть еще маги огня? Или воздуха? Или…
– Нет.
– То есть ты и Оливия… – девчонка не унималась. Она поравнялась со мной и сейчас внимательно следила за каждым моим словом.
– То есть мы сейчас будем завтракать, – прервал я ее предположения.
Она поджала губы, но не стала продолжать и в молчании спустилась за мной к каменистому берегу реки. Вид бурно бегущей воды ей явно понравился. Замерев, она вглядывалась в далекий противоположный берег, приложив ладонь ко лбу.
Здесь, около воды, таксодиум со своими мощными необъятными стволами уступал место разросшейся гледичии с ярко-желтыми листьями. Зайдя за один из больших кустов, я поставил корзину на большой камень, смутно походивший на стол. Потом скинул жилетку и остался в одной рубахе.
На Каменном Холме предков, с древнейших времён проводились ритуалы Посвящения – одни из важнейших в жизни любого стихийника. Сотни поколений магов приходили сюда, чтобы приветствовать новую силу, пройти обряды и оставить частицу своей энергии в земле.
Почва напиталась этой древней магией, и потому управлять стихией здесь всегда было проще, будто сама природа помогала тебе.
Теперь это место официально считалось достопримечательностью. Иной раз сюда даже возили адептов из Академии магии – показывали место силы, проводили выездные занятия, обучая чувствовать и направлять поток магии в особых условиях.
Мы с Оливией тоже занимались здесь с учителем, когда были подростками. И я частенько сбегал с этих уроков на берег реки. Сидел на этом большом камне и бросал куски земли в бурлящий поток.
Чаще всего в этом месте было тихо и безлюдно. Для простых людей Холм и близлежащая местность оставались неинтересными: ни ягод, ни грибов, ни рыбы. А случайный путник, даже оказавшись на соседнем пригорке, вряд ли бы разглядел нас – густые заросли и старые деревья надёжно скрывали поляну от чужих глаз.
Иная направилась в сторону импровизированного стола и, присев, заглянула под салфетку в корзину.
– Я бы сейчас всё отдала… – пробормотала она с мечтательной тоской.
Но я не расслышал ее последних слов – река шумела особенно громко, перекрывая всё своим мощным гулом. Давно я не слышал этот звук, с детства.
Я вдруг вспомнил один случай, когда мне было лет пятнадцать. После очередной выматывающей тренировки я, как обычно, спустился к реке, чтобы искупаться. В тот раз течение оказалось особенно сильным – то ли из-за недавних дождей, то ли я был слишком измотан. Меня моментально подхватило потоком и унесло. Я несколько раз ударился о подводные валуны, а потом вдохнул и лёгкие наполнились ледяной водой. Меня спасла Оливия. Применив энергосферу, которую мы только‒только научились использовать, она выдернула меня из воды. После этого она неделю была без магии, настолько истощилась…
Я поднял глаза – Иная замолчала на полуслове. Она застыла, держа в руках ломоть хлеба и маслёнку, пристально разглядывая меня, будто пыталась заглянуть внутрь.
– Что тебя гложет? – вдруг мягко спросила она, её голос прозвучал почти нежно.
Я удивленно приподнял брови, вернувшись мысленно из прошлого.
– О каком напитке ты говорила? – спросил я, решив уйти от неприятного разговора.
Она тут же заметила мою отстранённость, прищурилась, но быстро взяла себя в руки и с лёгкой, немного рассеянной улыбкой ответила: