Анастасия Кристаль – Морозко (страница 9)

Морок, обладавший магией такой силы, что мог обмануть даже Рода, сумел научиться создавать жизнь и выпустил в мир первых монстров, но оказался слаб чтобы создать армию. Боги поймали его и хотели убить, чем разозлили Мору. Зима тогда не кончалась более века, многие растения и животные погибли. Морока отпустили, и богиня вновь ушла в подземное царство. Но теперь она прониклась ненавистью и к богам, и к своему творению. Мора тоже начала создавать демонов и чудовищ.

Боясь, что Мора способна уничтожить мир, боги нашли способ обмануть Морока и усыпили Мору. Теперь богиня спит в подземном царстве, где её охраняет Кощей. Мороку же закрыт туда вход, и он в слепой ярости сеет хаос и разрушение на земле.

Мороз завершил свой рассказ и осушил кубок.

– Как же им удалось усыпить богиню? – тихо спросила девушка. Её потрясла услышанная история.

– Она выпила смесь мёртвой и живой воды и стала живым мертвецом. И приняла она эту воду из моих рук, – ответил Мороз, опережая следующий вопрос девушки. Горестная складка прорезала его лоб. Настя заметила переживания мужчины, встала с кресла и подошла ближе. Застыв на мгновение, она набиралась решимости, а затем взяла его за руку. Прикосновение было лёгким и неуверенным.

– Я не знаю, что Вы чувствуете, но уверена, что это правильное решение. Я очень благодарна Вам за всё, – произнесла Настя с тихой искренностью.

– Вот как? Разве ты не боишься меня? Разве я не Мор, прислужник Моры? Не бессердечный князь зимы? Не предатель своей создательницы? Я ведь чудовище в твоих глазах! – с надрывом воскликнул Мороз, и, как это часто бывает с пьяными, его слова выдавали давно забытые душевные раны, которые он пытался спрятать от посторонних глаз.

– Нет, теперь я Вас ещё больше уважаю.

Мор поднялся с кресла и, подойдя вплотную к девушке, наклонился, заглядывая в её голубые глаза.

– Только уважение, Анастасия? – едва слышно прошептал он.

Волшебная уздечка.

Со дня происшествия в пещере прошло достаточно времени, и Настя тех пор старалась не приближаться к Морозу. В тот вечер, когда они оказались в тереме, в полутьме его комнаты рядом, девушке показалось, что он хотел её поцеловать. Даже от воспоминания об этом бросало Настю в дрожь, однако ей почему-то хотелось снова и снова пережить тот момент.

Она всё чаще стала исподволь поглядывать на хозяина дома, и от этого ей становилось не по себе.

Тоска по батюшке и Ване всё чаще накатывала на неё, заставляя хмуриться и молча страдать. Однажды Северин застал её плачущей и не отстал, пока не узнал причину. Рассказал ли он об этом Морозу, неизвестно, но тот начал бубнить, как старый дед, о том, что нужно чаще бывать на улице, и пытался уговорить Настю прокатиться с ним на санях. Ей было страшно даже смотреть суровому мужчине в глаза, не говоря уже о том, чтобы остаться с ним наедине.

Но когда Северин упомянул, что видел суженого девушки, её сердце пропустило удар, и она ясно осознала, что не хочет покидать терем. Не хочет расставаться с Морозом. Да, наконец-то она призналась себе, что влюбилась в него, как глупая дурочка.

– Интересно, сколько таких, как я, влюблялись Мора? Наверное, очень много, – с грустью думала Настя, глядя в окно на кружащийся хоровод снежинок.

– Сестрица! – раздался голос Хорса, и Настя вздрогнула. Его голос ломался, и теперь вместо прежнего звонкого тембра в нём проскальзывал низкий и хриплый тон. Хорс почти сравнялся ростом с Северином и теперь постоянно стремился помериться с ним силой, но в душе оставался таким же озорным мальчишкой, как и раньше.

– Что произошло, Хорс? – спросила Настя, откладывая плащ Северина в сторону. После того случая с колдуньей Северин вернулся домой поздней ночью и несколько дней пребывал в подавленном состоянии. Именно тогда он позволил Насте заняться починкой своего плаща, который был необходим ему для превращения в ветер.

– Мне нужна твоя помощь, – сказал Хорс, присаживаясь рядом с Настей. – Помнишь, я рассказывал тебе о зимнем солнцестоянии?

Настя кивнула, пытаясь вспомнить разговор с Хорсом.

– Ах да! Придёт Златогрив, и тебе нужно его укротить, – произнесла она.

– Да. Так что, поможешь её найти? Я уже уговорил Мороза, он не против.

– Э-э-э… Найти что? – спросила Настя смущённо.

– Ну я же рассказывал! – недовольно протянул Хорс. – О чём ты вообще думаешь в последнее время?!

– Прости меня. Просто столько всего сразу свалилось, – произнесла девушка, обнимая обиженного юношу.

– Златогрив – мой давний друг, но он дикий конь и даже своему лучшему другу не позволит себя оседлать без специальной уздечки, которую для меня изготовил Сварог.

– Но зачем её искать? Ты её потерял? – спросила Настя.

– Не то чтобы потерял. Просто не помню, куда положил. Каждую осень я тщательно прячу уздечку, чтобы никто, кроме меня, не смог её найти. Морозу я указываю только приблизительное место. А после того, как умираю и рождаюсь заново, я почти всё забываю о своей прошлой жизни. Поэтому и приходится её искать.

Однажды я спрятал её на очень высокой горе, которую местные жители называют Джомолунгма! – с энтузиазмом похвастался Хорс.

– Хорошо. И когда отправимся в путешествие? – спросила Настя, стараясь скопировать интонацию мальчишки.

– Интересно, откуда во мне эта жажда открытий и новых впечатлений? Раньше я мечтала лишь о спокойной и размеренной жизни без постоянных насмешек мачехи и Марфы, – мелькнула у неё в голове мысль.

– Завтра утром нам нужно заняться подготовкой. Ну, еда там, всё необходимое…. Надеюсь, управимся за пару дней, – деловито произнёс Хорс.

Весь следующий день Настя активно помогала со сборами. Мороз занимался починкой саней, а Северин как обычно где-то пропадал. Вечером все вместе пообедали. Впервые за долгое время Северин казался весёлым и искренне смеялся шуткам Хорса. В то же время Мороз, казалось, был чем-то огорчен и наблюдал за происходящим с отстранённым хмурым видом.

После ужина Хорс поспешил наверх изучать карту земель, которую ему передал Мороз, а Настя занялась мытьем посуды.

– Как ты относишься к этому небольшому приключению? – спросил князь.

– Теперь моя интуиция стала работать гораздо лучше. Я не услышала его шагов, но почувствовала, что он рядом. Кажется, будто в его присутствии даже тишина становится другой, необычной, – осознала вдруг Настя.

– Честно говоря, я с нетерпением жду его. Даже не знаю, откуда у меня этот задор, возможно, на меня так влияет Хорс, – с улыбкой проговорила девушка, не оборачиваясь. Теперь половицы выдавали движение Мороза лёгким скрипом. Девушка не стала оборачиваться, но проследила за звуком, представляя его размеренный шаг.

– Хорошо. Возможно, новость, что жених ищет тебя, обрадует ещё больше? – произнёс Мороз.

От неожиданности Настя выронила глиняную тарелку, и она с тихим жалобным треском раскололась на две половинки. Настя замерла, словно заворожённая. Очнувшись, она быстро собрала осколки, уловив тонкий аромат хвои.

– Я не хочу уезжать, но так скучаю по батюшке, Ване и Илье! Да, я скучаю и по нему, но только как по другу, не более того. Раньше я думала, что «стерпится – слюбится», и лучше уж быть замужем за другом, чем вовсе оставаться одной. Но теперь понимаю точно, что не могу стать его женой, – хотелось сказать Насте, но она сдержалась и произнесла вслух совершенно другое.

– Я так рада, что он, как и раньше, верит в меня. Он считает, что я хороший человек, и мне обязательно нужно с ним увидеться. Ты поможешь мне его найти? – спросила Настя.

На мгновение ей показалось, что в глазах Мороза мелькнули печаль и сожаление, но затем его лицо вновь стало непроницаемым, как лёд. Он кивнул и тихо произнёс: – Я выполню твою просьбу, Настя.

В тот же миг свечи в комнате погасли, погрузив её во тьму. – Он исчез, – подумала Настя. Она услышала, как тихо потрескивает лёд, покрывая дверь, ведущую из комнаты.

– В последнее время он стал таким загадочным. Может быть, он испытывает те же чувства, что и я? – размышляла Настя, расчёсывая волосы в своей светлице. Она залюбовалась сиянием северных огней, что плясали на потолке светлицы.

– Нет, князь не может полюбить деревенскую простушку. Не стоит терзать своё сердце напрасными надеждами, – решила девушка, погружаясь в сон. – Мне достаточно просто быть рядом с ним, – прошептала она, засыпая.

Настя проснулась ранним утром. Хорс, как всегда, бегал по комнате, не давая никому покоя. Девушка растопила печь, чтобы согреть кухню, обычно здесь было теплее. Она закуталась в тёплый платок и с лёгкой дрожью взглянула на изморозь, покрывавшую кухонную дверь причудливым узором.

Хорс спустился вниз и зашёл на кухню.

– Доброе утро, оно ведь доброе? – спросил юноша, откусывая кусочек хлеба.

– Доброе, конечно, а почему ты спрашиваешь? – удивилась Настя.

Хорс указал пальцем на дверь:

– Вот так он делает, когда сильно разгневается, – произнёс он, приступив к завтраку.

– Что? Почему? Что я сделала? – недоумевала Настя, уставившись на дверь.

– Присядь, поешь, путь предстоит долгий, – предложил Хорс.

– Где Мороз? – чуть громче, чем нужно, спросила Настя, выдавая своё беспокойство.

– Он занимается подготовкой коней и саней. От завтрака отказался, – сообщил Севрин, входя в комнату.

– Настя, пожалуйста, поешь. Не стоит переживать из-за него. Я же говорил, у Мора непростой характер, – настаивал светлоликий.