Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 20)
– Все закончилось. Бывает. Не переживай. Ты спас много людей. Молодец, – приговаривал он, словно маленькому ребенку.
Тело предательски дрожало, как чихуахуа на выгуле. Он почувствовал, что обоссался, и, кинув взгляд на Марию, прикрыл глаза – еще не хватало расплакаться.
Мария все еще напряженно вглядывалась в переулки, но кивнула парням.
– Пошли, – произнес Грэг.
Пройдя по вещевым рядам, он остановился у одной из палаток и, взяв с витрины спортивный костюм, грубо вложил его в руки Азамата:
– Переодевайся.
Заторможенный взгляд опустился на одежду. Влага начала остывать и холодила ноги. Он почувствовал, как покраснел до самых корней волос, и, смутившись, отвернулся. Руки плохо слушались, но через силу он стянул с себя одежду и переоделся.
– Спасибо… Почему ты мне помогаешь? Я же тебе не понравился, – хрипло отозвался Азамат.
– Конечно не понравился. Приставили ко мне зеленого рекрута с отсутствием боевого опыта, зато полного высокомерия. Здесь не Эль-Гаар, здесь реальная жизнь… Все, что ты о себе думаешь, можешь выкинуть в трубу и забыть. Но… ты был готов пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти гражданских. Это достойно похвалы. Думаю, мы можем сработаться. – Грэг протянул руку и произнес: – Начнем наше знакомство сначала. Я Грэг Нор. Теперь мы напарники.
Азамат изумленно посмотрел на его протянутую ладонь и, искренне улыбнувшись, пожал ее в ответ.
Красноглазый ворон смерил их внимательным взглядом, но как только он поднял лицо, тот взмыл в небеса.
Глава 7
Колыбель экзорцистов
Бескрайние поля, полные адской купины, уходили далеко за горизонт. Тонкие стебли соцветий прекрасных цветов покачивались на легком ветру – и казалось, что это колышущееся море.
Нина наклонилась, кончиками пальцев дотронулась до нежных лепестков.
– Владыка, – позвал человек рядом.
Нина повернула голову. Длинные волосы соскользнули с плеч. Рядом с ней стоял Самуил и, нахмурив брови, смотрел на нее.
– Почему они не обжигают вас?
Губы Нины растянулись в улыбке и открылись, готовые дать ответ…
Самолет жестко приземлился, проскрежетав колесами.
Нина вздрогнула и сонно заморгала. Она бросила взгляд в иллюминатор: они проезжали мимо терминала аэропорта.
Смачно зевнув, она отстегнулась и встала со своего места. Книга соскочила с колен и, зашелестев, упала в ноги, раскрывшись на середине. Со страниц на нее смотрел Владыка Ада: надменный взгляд черных глаз был полон спокойствия; на лице застыла сардоническая полуулыбка.
В большинстве случаев Владыку Ада изображали женщиной, но на этой древнейшей фреске он был мужчиной. Он настолько походил на Тьму из ее видений, что Нина поежилась и, подняв книгу, захлопнула ее и оставила на столике. На самом деле это было странно: все называли Владыку Ада на мужской манер, но частенько рисовали женщиной… По идее она должна была быть Владычицей Ада. Нина спросила об этом Самуила, на что он ответил: «Вивьен хотела не просто заменить Владыку, а присвоить все его почести, стать им, поэтому никому не позволяла называть себя по-другому».
Ноги юркнули в кроссовки. В начале полета она успела переодеться и отправила вечернее платье в мусорку, поменяв его на удобные джинсы и джемпер. Нина накинула куртку на плечи и, застегнув ее до самого горла, повернулась к Самуилу, который сидел рядом и смотрел в иллюминатор.
– До сих пор не понимаю, как вы, смертные, соглашаетесь летать в этой хрупкой металлической птице? – буркнул он недовольно.
Она не сдержала улыбки: это было первое знакомство Самуила с самолетом, и оно явно ему не понравилось.
– Зато мы на другом конце планеты всего за несколько часов, – негромко произнесла она, смотря, как он встает.
Прокатившись по взлетной полосе, воздушное судно остановилось.
Волосы взметнулись от порыва холодного ветра и разметались по плечам, перемешивая фиолетовые и черные пряди у лица.
Небо было изумительно синим, какое бывало только на рассвете.
Даже аэропорт Святой земли выглядел как готический замок: высокие шпили пронзали небеса, а контрфорсы придавали терминалу вид величественной крепости, узкие высокие окна, наполненные голубыми витражами, казались вратами в Рай.
Самуил вышел вслед за Ниной, неся в руке ее сумку, и прищурился от показавшегося на горизонте солнца. Как грациозный дикий кот, он спустился по трапу и поравнялся с ней. Следом вышел и Гриша.
– Вы остановитесь в Эль-Гааре?
Она помотала головой:
– Брат не гвардеец. Ему не место там.
Они сели в ожидающую их машину и направились к Эль-Гаару.
Нина ни разу не была на Святой земле, но, казалось, словно она вернулась в давно позабытый дом. Как так? Странное чувство дежавю окружило смутно знакомыми звуками, голосами: звон колоколов завибрировал внутри, приоткрывая забытые двери души Нины, и разлился, распространяясь до самого горизонта; такое редкое зимнее солнце кончиками своих теплых пальцев-лучей ласкало щеки.
Машина выехала с территории аэропорта и поспешила по Святой земле, укрытой ватным покрывалом белоснежного снега, что переливался и искрился на свету. Поля сменялись высокими хвойными лесами, а те полями. Только через пятнадцать минут наконец показались районы с современными высотками.
Прошло еще несколько минут, и они въехали на узкие улочки старого города. Все было густо застроено двух-трехэтажными зданиями в готическом стиле. Серый камень строений делал Святую землю похожей на один огромный величественный замок, который растекся по земле от самых высоких башен к периферии.
Они ныряли под мосты и двигались дальше. Острые башни венчали ангелы, крылья которых были подобны лебединым, но чаще взгляд Нины цеплялся за каменных горгулий, ползущих по стенам с крыльями летучих мышей. Чудища следили своими каменными глазами за черной машиной, которая продвигалась вглубь города к огромному величественному замку.
Здесь остановилось время.
– Каждый раз захватывает дух, – произнес восхищенно Гриша.
Нина промолчала. Да, она много слышала о красоте и величественности Святой земли, но не ожидала, что реальность переплюнет все ожидания.
Колокольный перезвон отзывался в груди трепетом. Нина кинула взгляд на Самуила – даже десница Владыки Тьмы не мог войти внутрь Эль-Гаара; его стены охраняла древняя могущественная сила. Это было по-настоящему безопаснейшее место на Земле.
Оборонительная стена, которая разделяла город и Эль-Гаар, была огромна: высокие колонны уходили далеко вверх, оканчиваясь шипами, статуи крылатых берегинь украшали ниши стен, величественный портал входа в Эль-Гаар был полон сцен из Священного Писания. Но поражало не это – вся стена была покрыта светящимися мантрами. Мантры слегка пульсировали от синей энергии.
Площадь Очищения была полна туристов, которые фотографировали все подряд и всячески позировали.
В центре площади стояла крылатая фигура одной из берегинь. Вознеся руки в молитве к Эль-Гаару, она застыла в центре законсервированного на зиму фонтана, освещенная ярким солнцем.
Нина вышла из машины – мороз защипал щеки – и захлопнула за собой дверь. Гриша вышел следом и, попрощавшись с ними, направился к огромным воротам.
Белокрылые голуби соскочили с крыш и пролетели над головами туристов. Порыв ветра ударил в грудь, и Нина поежилась от ощущения собственной никчемности. Паломники прочерчивали знак света на груди и заходили в Собор первой берегини, фасад которого величественно возвышался над площадью, горя цветными витражами. Из распахнутых дверей собора выплескивался голос песнопевцев и наполнял площадь. Все это настолько показалось ей знакомым, что в груди защемило. Она подняла руку и прикоснулась к кулону папы. Когда-то Эль-Гаар был его домом.
Самуил преградил ей обзор – поволока спала с глаз. Нина заморгала.
Отвернувшись, она достала телефон и, найдя на карте нужный дом, направилась к нему. Окна дома выходили прямо на главную площадь Эль-Гаара. Сложно было представить, сколько стоила здесь недвижимость, но Михаил сказал, что это квартира его семьи, которая все равно пустовала. Фасад терялся на фоне собора и оборонительной стены.
Нина так устала, что готова была на все, лишь бы побыстрее оказаться в душе и лечь.
Обойдя дом, она зашла в подъезд и нажала на код, который ей продиктовал Михаил. Замок щелкнул, и дверь открылась. Она зашла внутрь и сразу же вспотела. Сняв сапоги, она кинула куртку на стул у входа и, оглядев огромную квартиру, заставленную старомодной вычурной мебелью, прошла в ванную. Раздевшись, она отметила, что квартиру явно подготовили к приезду: на полотенцесушителе висели свежие полотенца, а на мебели – ни пылинки. Стоило повернуть кран, и обжигающие струи воды смыли пот и грязь, а вместе с ними и тревоги. Нина могла бы вечность стоять так…
Стоило закрыть глаза, как перекошенные лица одержимых и демонов вспыхивали перед глазами. Ноги гудели от усталости. Она присела на корточки и обняла колени. Душевой дождь лил на затылок. Горячий пар проникал внутрь с каждым вдохом.
Нина знала, что за закрытой дверью ванной стоял Самуил. Высший демон стал для нее самым близким существом на свете. Она давно уже не понимала, где та грань, которую не должна была переступать.
Помывшись, она вышла из душа и, протерев полотенцем волосы, нашла под умывальником фен. Она долго всматривалась в затуманенную гладь зеркала и собственное расплывчатое отражение, различая там то черную мантию, то грустную полуулыбку монстра. Склеры покраснели и слезились от линз, но пока она не могла их снять.