Анастасия Князева – Легенда о Тёмной Принцессе (страница 62)

— Какие книги, ты сейчас читаешь?

— Исторические, научные. Ничего из художественной литературы. Столько всего изменилось, будет нехорошо, если кто-то заподозрит, что я не из этого времени.

— Жаль. Я надеялся послушать один из твоих рассказов, из тех книжек, о принцессах, рыцарях и о пустыне. Меня всегда удивлял этот перечень. Нет, первые два пункта ещё куда ни шло, но почему про пустыню?

— Юноша ищет свою дорогу в пустыне. Бесцельно бродит по ней, изнывая от солнца. Я страдала от жажды вместе с ним. Я умирала от холода по ночам, вместе с ним. Возможно, потому что я знала, что однажды, буду как и он. Буду бродить по тьме, в поисках верной дороги, не зная, верно ли я иду и будет ли спасение в конце. Путник выбрался из пустыни. Выберусь ли я из неё когда-нибудь? Порой мне очень страшно. Но я стараюсь не зацикливаться на этом.

Мы дошли до фонтана молча. Летнее солнце не жарило здесь как в Толедо, гулять по улице было одним удовольствием. Воду с фонтана у центральной площади немного разносило ветром, а мелкие брызги образовывали радугу. Для завершённости картины не хватало только пения птиц, но всех их распугали снующие туда сюда ученики. Надо будет выбраться сюда часов в шесть утра, когда все ещё спят и птицам некого бояться.

— Николас, вот ты где! — раздался неприятный фальцет прямо у меня под ухом. Дмитрий тут же расплылся в своей идеальной улыбке. Он был сейчас другим человеком, с другим обликом, но не это делало его чужим. Чужим его делали изменения в его поведении: холодная, очаровывающая и ничего не имеющая за собой улыбка, пустые, синие глаза.

— Зои, день добрый!

— Вообще-то я Зоя, — она слегка наморщила свой маленький носик, — Но ничего, прощаю тебя. Пойдём куда-нибудь? Я просто умираю от скуки, когда все ходят парочками!

Кажется меня она даже не замечала, но мне это было только на руку. Я постаралась притвориться кустом, травой, асфальтом, чем угодно, лишь бы только не слышать очередных колкостей в свой адрес.

— Мы как раз гуляли с Ами, ты можешь присоединиться к нам.

Нет, нет, нет, не привлекай её внимание ко мне, пожалуйста, иначе я сломаю ей нос. Зоя только было открыла рот, чтобы что-то сказать, но я решила, что стоит перебить её, ради её же сохранности:

— Да, знаете, мы могли бы пойти в кафетерий. Вы бы поболтали там вдвоём, а я бы посидела рядом, почитала книжку, раз уж мне всё равно нельзя уходить от Николаса.

Моё предложение кажется ошарашило блондинку, она внимательно всматривалась в меня, пытаясь понять, не скрывается ли за моим предложением иного умысла. Но не заметив никакого подвоха, а его и не было, она перевела своё внимание на Дмитрия:

— Мне нравится, хочу в кафетерий. Идём?

В какой-то момент я даже перестала её слышать, честно. Она постоянно говорила и говорила ни о чём. Я не могла понять двух вещей: почему она так интересна Дмитрию, и как можно быть такой пустой? Второе удивляло меня особенно сильно, поскольку Зоя не вызывала во мне впечатления глупого человека. Она просто будто бы пыталась постоянно притворяться кем-то ещё, кем она не являлась. И вся эта выдумка, не имела ничего общего с ней настоящей. Когда она цеплялась ко мне, в ней было гораздо больше живого и настоящего, нежели сейчас.

Они не дали мне зайти в корпус за книжкой, потому мне пришлось довольствоваться журналами в кафетерии. Впрочем тут была целая стопка natgeo, что меня вполне устраивало. Мне всё время казалось, что я всё ещё недостаточно знаю о том мире, в котором живу.

— Ами, — отвлёк меня от чтения Дмитрий. Я чуть опустила журнал и посмотрела на него и на стол, на который оказывается принесли цветочный чай и десерты, — Я взял тебе шоколадный мусс. Поешь с нами.

Я взглянула на шоколадный мусс и сглотнула предательскую слюну, выступившую во рту, как будто бы я лизнула лимон. Еда у слабого класса была не то чтобы скудной, но не особо разнообразной, а после ужина с графом, я особенно сильно осознала, как соскучилась по вкусной еде. Я опустила ноги, которые до этого поджала к себе. Ещё раз взглянула на Дмитрия. Впервые с тех пор как наши пути разошлись я видела столь тёплый взгляд направленный на меня.

— Спасибо, — тихо сказала я и взялась аккуратно поглощать шоколадный мусс. Я будто бы срезала десертной ложечкой слой за слоем и направляла его себе в рот. Больше всего на свете я не любила, когда люди портили красоту десерта, яростно отрывая его или ковыряясь в нём. Всё должно быть аккуратно, фрагмент за фрагментом. Десерт закончился не скоро, а когда он закончился, я поняла, что мне мало.

Мысленно я унеслась назад, в прошлое. Вот мне одиннадцать лет, я сижу за столом со всей своей семьёй. У нас важные гости. Отец много говорит с генералами о политике. Мой брат прямо напротив меня, уже корчит из себя взрослого, пытаясь вникать в суть дел. Я доела весь десерт и жалобно смотрю на маму. Я хочу, чтобы меня или отпустили в мою комнату, или дали мне ещё десерта.

Мама недовольно хмурится. Я знаю, что она хочет сказать, что я должна быть терпеливой и мне стоит брать пример с брата. Отец прерывается на полуслове, поймав нашу телепатическую беседу и начинает заливисто смеяться:

— Лиллиан, прошу тебя, не мучай малышку. Эй, Нина, забери Камелию к себе на кухню и накорми её чем-нибудь на ночь.

Я радостно заёрзала на стуле, пока Нина не подошла и не отодвинула его. Тогда, как полагается, я присела в небольшом реверансе, склонив голову, пожелала всем приятного вечера, взяла Нину за руку и позволила увести себя на кухню. Там мне налили большую кружку молока и отрезали свежего яблочного пирога. Пусть Маркус продолжает торчать за тем столом и строить из себя взрослого. Зато мне достался пирог.

— Ами, ты меня слышишь? — оказывается Дмитрий уже секунд десять пытался наладить со мной контакт. Но я не отвечала на сигналы внешнего мира.

— А?

— Я спрашиваю, быть может тебе взять ещё? Мне не сложно, а ты не выглядишь сытой.

Я смотрела на него, как на призрака.

— Нет, спасибо…если буду так сильно зацикливаться на еде, то забуду об истине.

Он закатил глаза и заказал вторую порцию десерта для меня. Я опустила голову, чтобы он не увидел, как я улыбаюсь. Вот ведь, дьявол кроется в мелочах. Как бы он ни упирался, но изменилась тут не только я.

Вот он стоит передо мной, высокий, сияющий, безупречный, лишь только крылья спрятал. И протягивает мне три конфеты:

— Но выбери только одну, Камелия.

Мне шесть и я расстроено спрашиваю:

— А почему мне нельзя взять все?

— Если будешь так сильно зацикливаться на еде, то забудешь об истине.

Я не понимала его слов. Но как мантру, он повторял мне её в пять лет, в семь, в тринадцать, в восемнадцать. Особенно в восемнадцать, когда всё что меня могло бы остановить от уплетания вкусностей, это потеря талии. Но я не теряла её. Ела и не теряла. А мантра Дмитрия проигрывала.

— Знаешь, — начала Зоя как-то вкрадчиво, — Если ты это по поводу фигуры беспокоишься, то мне кажется, тебе об этом волноваться рано. И кстати, ты наконец-то стала одеваться нормально.

Теперь я смотрела на Зою, как на призрака. Казалось, это было первым добрым словом, что она сказала в мой адрес. И будто бы, не желая, чтобы я думала о ней хорошо, она вновь срочно сделала вид, что меня не существует. Надо же, даже она бывает человеком.

Когда я доела второй десерт, к Зое пришли девочки из сильного класса.

— Эй, Зоя, мы тебя везде обыскались. Идём погуляешь с нами?

— Вообще-то, я здесь занята, — слишком резко огрызнулась она.

Девочки переглянулись между собой. Казалось, будто бы они что-то знают и не говорят об этом.

— И всё же, — начала настаивать одна из них, — тебе лучше пойти с нами. Серьёзно, Зой. Это не просто предложение.

Девочка кивнула в сторону выхода. Там стоял один из типов ответственных за охрану академии. Дмитрий встал. Кажется он собирался пойти выяснять в чём дело, но тут Зоя схватила его под локоть:

— Не нужно. Я разберусь. Может быть это связано с испытанием или они хотят поговорить о моём самочувствии. Меня часто распрашивают, не вернулась ли ко мне память, — Зоя улыбалась, будто бы отшучиваясь. Но я читала в её взгляде другое, страх. Она не хотела подставлять Дмитрия. Вот так интересно.

Дмитрий расслабился, сел обратно за стол и проследил взглядом за уходящей Зоей. Мне пришлось убрать книгу. Дмитрий думал о том, что Зою увели, поскольку у нее неприятности. Я же думала о том, что её увели, поскольку она мешала нам. За нами следили, я это чувствовала. Нужно было что-то предпринять. Как связана я и Дмитрий? Они будут искать связи. Лучше всего увести подозрения под видом того, что между нами происходит что-то романтическое. Но здесь могли быть лишние уши. Что делать? Взять его за руку самой? Слишком подозрительно. Ещё недавно я жаловалась на его приставания, слишком странная перемена.

— Надеюсь с ней всё будет в порядке, — начала я и положила руки на стол. Я опустила голову, изображая из себя настоящее волнение, — Это место так пугает меня, Николас. Вроде бы мы в академии, нас обучают, всё хорошо, но ведь на самом деле все мы здесь в большой опасности.

Я намеренно назвала его вымышленным именем. И он понял. Он погладил меня по плечам, как бы успокаивая.

— Я понимаю тебя. Всё будет в порядке, если что-то случится, я буду защищать тебя.