Анастасия Князева – Легенда о Тёмной Принцессе (страница 61)

Мы подошли ближе к клетке, пробираясь сквозь толпу зрителей. Здесь же были и болельщики — друзья участников, которые радостно кричали и всячески подбадривали их перед соревнованием. Разгорался азарт, кто-то даже делал ставки. Сверху клетки, на почётном месте, находился рефери. Впрочем, нужды в нём не было. Никто из участников не был оборотнем, потому, после первой же полученной крупной раны, их перевоплощение в животных и птиц слетало и раненный покидал клетку.

Все участники уже заняли свои позиции: крупные орлы и беркуты расположились на широких ветвях дерева, находящегося внутри ограждения; леопарды и ягуары расположились почти также высоко, а львы и тигры ожидали своих жертв внизу. Всего было двенадцать участников, каждую команду разделили по шесть игроков.

Ажиотаж нарастал, зрители всё больше кричали, пока не раздался громкий хлопок — рефери выстрелил в воздух. Как по команде, птицы взлетели, а кошки грациозно покинули свои позиции, перескакивая с одной широкой ветви, на другую. Поднялась сильная пыль и мне пришлось прикрыть нос и рот рукой. Толпа радостно завопила.

Первый удар нанёс один из беркутов. Он стремительно вылетел из густой листвы дерева и сбил ягуара, перескакивающего в этот момент между ветвей. Ягуар, который уже было нацелился на орла, никак не ожидал, что ему придётся лететь порядка пяти метров вниз, на землю. Почти сразу же, после удара, ягуар превратился в молодую девушку, которая безвольно скорчилась от боли на земле.

Толпа громко загудела.

Я фыркнула себе под нос:

— Слабая игра предвидится.

— А тебе подавай побольше крови, да? — парировал стоящий рядом Дмитрий.

Я смерила его недовольным взглядом и продолжила смотреть игру. В этот момент опять раздался протяжный гул, потому что тигр и лев как раз атаковали сброшенного кодора. Они разрывали его крылья, вырывали перья, до тех пор, пока юноша не потерял свой облик птицы и не завопил от боли. Его, как и девушку из команды кошек поспешно телепортировали за пределы клетки.

Где-то наверху раздался оглушительный рык. Ещё один беркут пытался вцепиться когтями в глаза леопарду, но тот проворно парировал его удар. Беркут попробовал нанести удар ещё раз, цепляя когтями по морде леопарда. Но тот лишь отвлекал внимание на себя, пока чёрная пума, не перехватила беркута за шею.

Один за другим игроки покидали территорию клетки, пока не остался лишь лев и кондор. Игра становилась скучной. Кондор набирал высоту, не давая льву достать его, потом резко пикировал вниз и тут же вновь наверх, когда лев было думал, что кондор вот-вот попадётся ему в лапы. Он подскакивал для удара, но кондор уворачивался, разворачивался и наносил льву рану, как только тот приземлялся обратно на лапы. И так раз за разом, минута за минутой. В итоге, льву не оставалось ничего другого, кроме как сдаться, понимая, что иначе игра может длиться очень долго.

Птицы победили.

— Дилетанты, — бросил Дмитрий позади меня. Его заявление меня удивило, и я только было вскинула бровь, чтобы задать вопрос, как нас перебил женский голос:

— О, это очень верно подмечено.

Кис стояла чуть поодаль от нас, но как оказалось, всё равно всё прекрасно слышала. Она внимательно изучала свой новый цвет ногтей, после чего всё же подняла свой взгляд на нас и улыбнулась, демонстрируя чуть выступающие клыки.

— Я бы даже сказала, — продолжила она, — Что собиралась уйти где-то на середине, но не успела, потому что, как оказалось, это был уже конец. К тому же, нам нельзя разделяться, а Казадор как упёрся взглядом в арену, так и не прекращает, хотя игра уже давно закончилась. Одним словом, скука смертная.

— Я не знала, Кис, что ты так увлекаешься этой игрой.

— Ну, типа того. Сыграла бы разок.

— За кого?

— За кошек конечно, что за вопрос.

— А вот Николас, я уверена, решил бы играть за птиц.

— Не сомневаюсь, — промурлыкала Кис. Её голос был угрожающим и сладким одновременно, — Жаль, что слабому классу никогда не освоить эту технику. Может прогуляемся вчетвером?

Это бы спасло меня, особенно на случай, если бы Зоя решила вновь прицепиться ко мне. Но тут на плечо Кис опустилась рука Казадора.

Как Кис и описывала, этот парень смотрел будто бы сквозь всех нас. После чего он чуть сильнее сжал её плечо. Она недовольно увернулась:

— Эй, полегче.

— Идём. Они с нами не идут, — произнёс он так тихо, что даже находясь возле нас, мы его почти не слышали.

— Ого, ты всё же умеешь говорить, — наигранно удивлённо ответила она. Потом будто бы подумав, согласиться с ним или послать его, пожала плечами, кивнула мне и скрылась с ним в толпе.

— У меня мурашки по коже от этого типа, — сперва я думала, что я озвучила свои мысли вслух, но это был Дмитрий. Впервые за долгое время мои с ним мысли сошлись. Толпа постепенно расходилась.

— Нам нужно где-то переждать этот день. Потом испытание для нас закончится, — нарочито сухо сказала я.

— Я думал испытание будет длиться два дня.

— Для нас нет. Я договорилась.

— О как. Подставляешься. Вызываешь подозрения.

Я вздрогнула:

— Вот только не надо делать вид, будто бы ты переживаешь по этому поводу. Знаешь, может это и хорошо, что нас столкнули. У меня много вопросов к тебе. Пойдём, я хочу поговорить с тобой в более уединённом месте. Но не пустом. Мы должны быть на виду.

Сперва мы хотели сесть в кафетерии, но там нас могли подслушать. Потому проще всего оказалось сесть на общей поляне, на пледе. Здесь собралось немало учеников, которые знакомились со своими парами, да и просто отдыхали на летнем солнце.

Мы разместились чуть подальше от остальных, но всё же не слишком далеко.

— Итак, зачем ты здесь? — начала я.

— Сразу берёшь быка за рога. Я могу спросить тебя о том же.

— Ты знаешь, зачем я здесь. Изучаю противника.

— Вот как? Со стороны это никак не делается? Сдаётся мне, Ами, — он нарочито выделил моё новое имя, — Что всё это лишь частичная правда. В таком случае, я тоже могу сказать, что изучаю союзников.

Я посмотрела на него, как на безумца:

— Союзников? Дм…Николас. Они творят ужасные вещи!

— Я не говорил, что ищу в их лице друзей. Но они могут помочь мне избавиться от старейшин. Ты же не думаешь, что я собирался сделать это в одиночку? Или что я оставил эту идею?

— Да? А ты подумал над тем, что будет после? Когда ты избавишься от них и Асинис придёт к власти?

— Может быть асинис и не придёт к власти. Во всяком случае, возможно я смогу им помешать в этом. А может быть, они не такие уж и плохие ребята. По крайней мере, не все они.

— Например Зоя.

— В маленькой принцессе заговорила ревность, что её игрушки, больше не её игрушки.

Я наигранно засмеялась, чуть ядовитым смехом:

— Ну да, точно. Какое самомнение. Думаешь, ты тянешь на хорошую игрушку?

Мой ответ его не устроил. Видимо он хотел услышать что-то вроде: “Я вовсе не считаю тебя игрушкой”. Но мне хотелось его позлить. Он помолчал какое-то время.

— Может быть, когда старейшин не станет, я обращусь к тебе за помощью.

— Ба, что я слышу. Какие откровения. Разве сможет великое зло, помочь тебе в этом вопросе?

— Я присматриваюсь не только к Асинис. Я присматриваюсь и к тебе. Целый год, я изучал твою судьбу, что с тобой стало, какой ты стала, с какими людьми связалась. Но это были всё больше слухи. Мне нужно было видеть лично. Но пока что, всё что я вижу, мне не сильно нравится.

— Я видела, как тебе не нравилось то, что ты видел перед собой, когда мы были в твоей комнате.

Он с яростью посмотрел на меня, я зацепила его за больное. Чтобы не продолжать перепалку, я не дала ему ответить и перебила его:

— Твой мир рухнул, да, но также, как и рухнул мой. Мы жили в отдельном мирке, который не имел права на долгое существование. Мы имеем то, что имеем. Друзья в прошлом — враги в настоящем. Сейчас мы в одной лодке, пока кто-то из неё не выпрыгнет или один не вытолкнет другого. Но плыть вдвоём легче. Ты ведь не знаешь ничего об Асинис. Прежде чем принимать решение о союзе, нужно чуть больше узнать о них. Так помоги мне. Не выдавай меня, дай мне закончить это испытание, отвести от себя подозрения. Не выдавай себя, ведь этим ты сдашь и меня. А потом, клянусь, я сделаю всё на свете, чтобы ты никогда больше меня не увидел.

Дмитрий молчал. Я не была до конца уверена, услышал ли он меня вовсе.

— Хорошо. Но как я уже говорил тебе сегодня утром, не ты диктуешь правила. Помни о том, от кого зависит успех твоего плана. И слушайся.

Я увидела, что он скрывает улыбку. Я подозрительно прищурилась:

— Ты что, получаешь удовольствие от своего превосходства?

— Ну, мне сложно скрывать, что твоя зависимость от меня, доставляет мне удовольствие.

У меня перехватило дыхание от возмущения. Не в силах что-либо возразить, я недовольно отвернулась в сторону и подпёрла подбородок рукой. Он лишь сильнее рассмеялся:

— И вот тебе будто бы опять пятнадцать. Идём, я хочу погулять. А у тебя вариантов немного, так что придётся составить мне компанию.

Воспоминания. Часть VII

Я едва успела собрать плед и поспешила нагнать Дмитрия, который уже резво двинулся по аллее к главному фонтану. Он решил по всей видимости начать светскую беседу: