Анастасия Калько – Два берега Наровы. Два мира. Две страны. Одна загадка (страница 2)
Тетя Тамара вышла на крыльцо и, просияв, поспешила к калитке, раскинув руки навстречу племяннице. Она была намного моложе своей сестры Татьяны Ивановны, матери Ники и Вики. Татьяне Ивановне недавно исполнилось 84 года. Тамаре Ивановне – шестьдесят. Моложавая, цветущая, подтянутая, Тамара излучала энергию и оптимизм. Свежее лицо, волнистые рыжие волосы до плеч, брюки с блузкой – Тамара выглядела лет на 10—15 моложе своих лет.
После радостной встречи тетя показала, куда поставить машины в гараже и провела Нику с мужем в дом.
– Обед уже скоро будет готов, – сказала она, – мы с Эльзой начали готовиться к вашему приезду еще утром. Ой, сейчас только ваших ребят поселю во флигельке! Калью в Нарве, вечером ужинать придет, но передает привет!
Муж тети Тамары, Калью Лутс, каждый день ездил на работу в Нарву, где служил на железнодорожной станции в таможенном отделе. Когда-то на заре 90-х Калью пытался открыть свой бизнес, но потерпел неудачу и вернулся на таможню.
Ожидая, пока хозяйка дома разместит Федю и Киру в гостевом флигеле, Виктор достал телефон и открыл сайт ресторана «Монк», где была назначена завтрашняя встреча.
– Приличное место, – сказал он жене, – недалеко от набережной, третий этаж торгово-досугового комплекса. В меню преобладают рыба и сыр. Ты ведь после Карелии распробовала рыбу и полюбила рыбную кухню?
– И кура есть, – заглянула на экран Ника, – а сейчас, судя по ароматам из кухни, нас ждет уха с ивангородской щукой!
– Ммммм, как соблазнительно, – протянул Виктор. – Смотри, и цены там достаточно демократичные, на сотню евро можно отлично пообедать!
Ника только улыбнулась. Для Морского сто евро были небольшой суммой, как для среднестатистического гражданина – сто рублей. А в том же Ивангороде многие получают такую зарплату, на которую можно разве что 6—7 раз пообедать в «Монк». И не так давно для нее самой эта сумма тоже была отнюдь не мелкой тратой…
Снова зазвонил телефон. Виктор вышел на крыльцо. До Ники донеслись обрывки фраз:
– Понял. О результате доложите. Что делать, вы знаете. Жду!
Вернулась Тамара Ивановна и тут же захлопотала, показывая Нике и Виктору мансарду, предоставленную в их распоряжение, и успевала при этом отдавать указания помогающей ей по хозяйству девушке Эльзе, расспрашивала Нику о матери и сестре, о работе, рассказывала о своих делах и задавала вопросы Виктору, чтобы он не чувствовал себя лишним. По словам тети Тамары, ее старший сын Густав недавно ездил на симпозиум в Швецию, а дочь Ильми собралась замуж. Когда они шли к столу, тетя рассказала забавный случай в Ивангородской крепости, когда турист попытался перебросить крепко скатанный снежок через реку и попал в перила моста на эстонской стороне… Тамара была такой остроумной рассказчицей, что Ника и Виктор хохотали до слез, представляя себе эту картину.
– Мог и международный скандал вспыхнуть, – заметил Морской, – не время сейчас силушку молодецкую показывать!
– Эстонцы не глупы и поняли, что это не диверсия, а просто парень хотел силой своей похвалиться, – ответила Ника.
– Нет, жаль, что я этого не видел, – веселился Морской. – Особенно любопытно, какие лица были у эстонских погранцов, когда снежок долбанулся в мост!
– Прошу к обеду, – Тамара Ивановна открыла дверь столовой, где уже был сервирован стол.
***
В мансарде было очень уютно и просторно. Бежевые, кофейные и кремовые тона, окна на набережную. Почти треть пространства занимает огромная кровать под пушистым покрывалом. В алькове разместились стол и компьютерное кресло. Вдоль одной из стен протянулись полки с книгами. Две двери вели в раздельный санузел и гардеробную. У окна, смотревшего на реку – кофейный столик и два ротанговых кресла.
– Удобно и рационально, – Виктор поставил на стол свой ноутбук. – Все нужное есть и ничего лишнего.
– Потеснись, – Ника поставила рядом свой лэптоп, – не ты один любишь поработать на досуге. Очередь к столу установим, или будем драться за место?
– Уступаю тебе. Я могу заряжать ноут до упора и восемь часов пахать на нем в любой точке, – Виктор плюхнулся в кресло у кофейного столика. – А ты дама, значит, тебе и рабочий стол! Я же, типа, в натуре, рыцарь, – пародируя «нового русского» 90-х годов из анекдотов, пробубнил он.
– Чемодан разбери, – напомнила Ника, – после тетиного обеда надо размяться, а то пузо вырастет!
– Нет уж, этого мне не надо, – Виктор проворно вскочил, – не хочу походить на купчину из пьес Островского!
Они зашли в гардеробную. Там было прохладно, пахло лавандой. В углу уже висели в прозрачных чехлах зимние вещи Тамары и Калью. В запах лаванды вплетался легкий шлейф кофейной отдушки.
– Может, зря мы так утеплились? – Ника расположила на «плечиках» два толстых свитера и кардиган. – Солнце уже сильное, прогреет воздух, и будем ходить, как вареные.
– Лучше подстраховаться, – Виктор развешивал свои вещи, – погода в апреле не устоялась, надо быть готовыми к любым сюрпризам. Ууф, твоя тетя так мастерски готовит, что я ни от чего не мог отказаться, и чувствую, что переел. Может, прогуляемся после обеда? Надо размяться.
– Я не против. Тоже полакомилась от души.
Тетя Тамара возилась в саду возле газона, окруженного поребриком из фигурных красных и бежевых камней. Цветов пока еще не было, но уже выбились из земли первые задорные ростки и кое-где наметились крошечные бутоны.
Ника привезла тете семена из цветочного магазина в Петербурге, и Тамара Ивановна уже намечала места для будущих посадок.
– Твои цветы прекрасно будут здесь смотреться, Верочка, – улыбнулась она племяннице, – а вы прогуляться идете?
– Да, посмотрим город… Сто лет у вас не бывала!
– Своди мужа в крепость или в усадьбу Штиглица. Там так красиво, уже по-весеннему.
У Виктора снова зазвонил телефон.
– Морской слушает! Да, Арво Робертович, знаю, где это. Будем. До завтра!
– Извелся, – олигарх убрал телефон в карман. – Спасибо, Тамара Ивановна! Сходим непременно!
Они вышли на улицу, а Тамара Ивановна задумчиво смотрела им вслед. «Арво Робертович!.. Знакомое имя! Не может быть…»
Она снова склонилась над газоном.
***
Во второй половине дня Ивангород осветило солнце. Оно быстро высушило лужи после вчерашнего дождя, но пока еще почти не согревало. Ника с Виктором довольно быстро натянули капюшоны курток и застегнули воротники повыше.
Их окружала тишина маленького приграничного городка. Даже удивительно было, что в два часа пополудни может быть так тихо.
Довольно быстро они вышли на набережную, где вдоль реки протянулись живописные дома в ретро-стиле. Ни один из них архитектурно не повторял соседа.
– Каллас боится, что сделка сорвется, – сказал Виктор, – я так понял, из-за этой катавасии с санкциями и ограничениями на международную торговлю его фирма переживает трудные времена. И альянс с «Морской. Инк» даст им второе дыхание, он сразу поправит пошатнувшиеся дела.
– Витя, а тебе какая выгода от этого слияния?
– Я давно хотел расширяться за рубеж и выбирал, с какой области начать. И решил, что иметь дело с северянами, тем более – со скандинавами, надежнее. Они – люди основательные, степенные, без спонтанности.
Ника остановилась, чтобы закурить.
– Да, таков скандинавский менталитет, – сказала она, – может они и неторопливы, зато тщательно продумывают каждый шаг. Не люблю, когда у человека шило в заднице и семь пятниц на неделе. Вечером познакомишься с моим дядей Калью. Он – типичный скандинав, не засуетится даже на пожаре, но все успеет даже быстрее других.
– Все потому, что суетливый человек делает много лишних телодвижений и теряет время, – пояснил Виктор, тоже достав «Трисурер» и зажигалку. – Спокойный и рассудительный человек действует продуманно и не расходует драгоценные секунды на вопли и метания. Вот и успевает больше, чем заполошные крикуны.
Он облокотился на парапет, глядя на раскинувшуюся за зеркальной гладью реки Наровы территорию – пустырь весьма неухоженного вида, похожий на какую-то промзону или место, где только что снесли аварийную постройку.
– И у них бывает заброшка, – заметил олигарх.
– Наверное. А с крепости хорошо видна набережная Нарвы… Хотя, завтра мы ее увидим не со смотровой площадки, а вблизи.
– Что там твоя тетя советовала нам посмотреть? – вспомнил Виктор. – Усадьбу Штирлица? – он прыснул.
– ШТИГЛИЦА, Витя. Это промышленник, который в позапрошлом веке построил в Ивангороде две фабрики. В их честь район усадьбы называется Парусинка.
– Понял. Плохо быть Незнайкой! Что же, сходим! А еще в Ивангороде имеется пляж, – Виктор смотрел в телефон. – Если моя леди-морж желает, то после посещения усадьбы мы можем сходить туда, окунуться. Ты ведь не бросила моржевание?..
– С чего бы вдруг?
– Прекрасно, значит, не в одиночестве буду плавать!
***
У входа в Ивангородскую крепость стояло два больших экскурсионных автобуса. К воротам тянулся длинный «хвост» очереди. Доносились усиленные микрофонами голоса экскурсоводов. Посмотрев на это, Ника поморщилась:
– Витя, если ты не против, давай просто погуляем вокруг крепости. Все равно ничего толком не увидим, пока по территории носится сразу две туристических группы. А задницами толкаться не хочется.
– Согласен. В такой сутолоке все равно ничего толком не рассмотришь. Может, в крепость лучше идти в первой половине дня? Я так понял, экскурсии сюда приезжают после обеда.