Анастасия Калько – Брэйн-ринг с хитрецом (страница 11)
– Все по полкам разложила, – усмехнулся Ефим.
– Профессионально, – Белла вскочила и резво зашагала по кабинету, потом снова плюхнулась на подлокотник, – зрю в корень. Поймать бы этих папарацци да надрать им задницы по 137-й статье! Да еще 128-ю, точка один, добавить!
– Кстати, – пригладил тонкие усики Коган, – по ай-пи можно элементарно вычислить. Пусть отвечают за базар.
После разговора с Беллой и Коганом Уланову стало легче. В самом деле, нашел, чему верить. Тоже еще, нашел, где искать достоверную информацию! Одного артиста подобные "сенсационники" десять раз женили на женщинах, с которыми он даже не был знаком. Популярную певицу несколько раз хоронили в подобных публикациях, тогда как она гастролировала по стране и прекрасно себя чувствовала. Модную писательницу объявляли неизлечимо больной – а она в это время отдыхала с семьей на курорте или готовила к изданию новое произведение и даже не знала о том, что "врачи оставили все надежды". И вот очередной фейк о Наташе. В самом деле, не смешно ли? Развесил уши, как лопух!
*
Сон, где она снова оказалась в спецблоке московского СИЗО, повторялся уже в третий раз, стоило Наташе задремать. И там она ощущала даже специфический тюремный запах, который преследовал ее все полтора года – и потом еще долго казалось, что от нее все еще пахнет тюрьмой – страданием, неволей и безысходностью.
Наташа уже трижды повторяла фразу, которой ее научила бабушка: "Куда ночь, туда и сон", выпила глицин, который, если верить аннотации, нормализует сон, пробовала перед засыпанием настраивать себя на позитивный лад – но, стоило закрыть глаза, как снова появлялась камера в "Бастилии", решетки на окне и "тормоза" на двери. И Наташа старалась поскорее проснуться.
В окно светила луна. Ветер трепал пляжное полотенце на балконе, и по стене номера металась его тень, навевая не лучшие ассоциации.
– Да что за хрень, – Наташа встала, зажгла свет и потянулась за одеждой. – Пойду, прогуляюсь – может, свежий воздух и морской ветерок выветрят из головы токсичные сны!
Алексей Иноземцев проснулся от ощущения, словно кто-то грубо тряхнул его за плечо. Никто бы не посмел такое с ним проделать наяву: оглушительный нокаут был бы гарантирован. Даже спросонья удар у Алексея был поставлен хорошо. Вот и сейчас атлет выбросил вперед сжатый кулак и со словами "Какого хрена?!" сел на кровати. Осмотрелся. Не похоже на его спальню в воркутинском "умном доме", построенном по спецзаказу. "Я что, у очередной телки заночевал? А почему темно, как в январе, сейчас уже ночи светлые!.."
Сон отступил, и Иноземцев вспомнил, что он в Крыму. Устроил себе автомобильное турне с "Найтом". Спросонья голова плохо соображает… И чего его вдруг подбросило?
Обостренное чувство надвигающейся опасности не раз вот так "встряхивало" Алексея и спасало ему жизнь, бизнес или помогало вовремя прийти на помощь сестре.
"Что-то случится, – Алексей встал и подошел к окну. Завывал ветер. Луна то показывалась, то исчезала за клочкастыми облаками. В ее свете раскачивались по стенам тени высоких туй около корпуса. "Ну и задуло, как у нас в тундре… Как-то, помню, запуржило так, что автобус шахтерский ветром унесло", – зябко переступив босыми ногами на полу – от окна ощутимо тянуло ночным холодком – Алексей потянулся за джинсами. Пойти, что ли, искупнуться? Может, небольшой заплыв прогонит беспричинную тревогу.
*
Наташа курила на своей любимой лавке у обрезанной фляги-пепельницы. Городок спал. Возле пары номеров в длинных двухэтажных коттеджах стояли раскладные сушилки, и ветер энергично трепал оставленные на них полотенца и купальники. Ревело море за корпусами.
Откуда-то от "Колизея" донесся тихий шелест шагов. Еще один полуночник выполз. В свете фонаря к берегу проследовала высокая плечистая фигура – а, понятно, Алеше тоже не спится.
"Почему же, спиться я могу и сам", – вспомнила анекдот Наташа и хихикнула, гася сигарету в импровизированной пепельнице.
Когда она шла к своему корпусу, роясь в карманах ветровки в поисках ключа, мимо "Шанхая" шмыгнула еще одна фигура и направилась к воротам.
"Сегодня, похоже, многих мучает бессонница…"
Со стороны моста донеслось нестройное пьяненькое пение нескольких голосов о белогривом коне и ревнивой жене и чей-то вопль: "Да достали уже, идите на…!". "И колдырям-придуркам не спится".
Внезапно ветер затих. Еще секунду назад все завывало, свистело и тряслось, и вдруг наступила полная тишина. Наташа остановилась, потрясла головой – не оглохла ли она. Живя на севере, она успела отвыкнуть от крымской погоды – ветер может яростно завывать, ломая деревья, и моментально затихнуть.
Небо плотно затянуло облаками, окончательно скрыв луну и звезды и наступила кромешная темнота.
Наташа поняла, что сбилась с пути, когда вместо своего корпуса оказалась в узкой аллее у реки – из-за кустов веяло прохладой и запахом речной травы. Потом фонарик на телефоне выхватил из темноты морду сенбернара – совсем рядом. Наташа чуть не налетела на него. "Блин, откуда тут этот слонопотам?!" Она замерла на месте, вспомнив роман Стивена Кинга "Куджо" о том, как взбесившаяся собака несколько дней терроризировала городок.
Собака не шевелилась и даже не моргала. Посветив на нее фонариком, Наташа увидела, как блеснула свежая краска. Это была ростовая фигура, выполненная в натуральную величину и с пугающей реалистичностью. Рядом был вход в кафе-шашлычную.
Наташа чуть не рассмеялась: ничего себе крутая десантница, чуть не заорала от испуга при виде скульптуры!
Она осмотрелась. Да, заблудилась она в темноте знатно – вместо своего корпуса оказалась около моста, за которым располагалось кафе, где она обедала. Немудрено – в "Любоморье" она впервые, да в такой темноте, да спросонья…
С моста донесся какой-то шум, словно шла рукопашная схватка. Сдавленный вскрик, стон. Глухой удар. Возня. Через секунду, показавшуюся пугающе долгой, всплеск – как от падения чего-то тяжелого в реку. И все затихло.
Забыв о том, что хотела искать свой корпус, Наташа стала проламываться через кусты к реке. Боже, человек упал с моста, ему может быть нужна помощь! Пусть даже это один из тех горластых гуляк – все равно не бросать же его!
Чья-то рука легла ей на плечо. Наташа обернулась и, уловив знакомый запах парфюма "Ральф Меллер", сказала:
– Ты очень кстати, Алеша. Тут кто-то упал с моста. Или его столкнули…
– Вечер перестает быть томным, – пробормотал Алексей.
*
Река сильно обмелела, но осталась широкой. Ее можно было перейти вброд, но дно было сильно заилено. Несколько раз Алексей и Наташа поскальзывались и хватались за кусты и друг за друга, отчаянно чертыхаясь. Но они не сворачивали, пробираясь к островку посредине реки, на котором лежало тело упавшего человека.
– Эй, – окликнул Иноземцев, первым ступив на островок, – вы живы?
Нет ответа.
– Помощь нужна? – поинтересовалась Наташа.
Молчание.
– Алеша, кажется, надо…
– Сейчас проверю, что с ним… Может, сможем привести беднягу в чувство своими силами.
Сверху что-то щелкнуло.
– ЛОЖИСЬ!!! – заорала Наташа, по армейской службе хорошо знающая этот звук, щелчок взведенного курка.
Реакция Алексея была молниеносной. Он толкнул Наташу куда-то вбок и следом рухнул сам, закрывая ее своим крупным телом. По тому месту, где они только что стояли, зачмокали пули. Потом кто-то гулко протопал по мосту, убегая. И все стихло.
Лежать лицом в илистой мутной жиже было некомфортно. Наташа толкнула Алексея:
– Все, отбой… Ты как?
– Ничего, – Алексей откатился вбок, сел. Казалось, что его глаза светятся в темноте, как у обозленного хищника. – Нет, ну за такие шуточки я могу и руки-ноги местами поменять… Найду я этого стрелка!
– Алеша, – стерев с лица грязь, Наташа вернулась к упавшему, склонилась над ним, коснулась шеи, проверяя пульс, – у тебя телефон с собой?
– Если не разбил, когда нас обстреляли, то с собой, – Иноземцев вытащил из кармана широких спортивных штанов черно-серебристый "Верту", – Что? Плохо? "Скорая" нужна?
– Полиция нужна, – вздохнула Наташа.
– Понял, уже звоню. А кто это? – Алексей кивнул на лежащего.
– Сейчас посмотрим.
Лицо упавшего было сильно разбито о камень, на который он очень неудачно упал головой. Но Наташа все равно узнала его.
– Валька Водоносов, – прошептала она, – Алеша, представляешь? Тот самый, которого ты у курилки просил при мне не материться.
– А потом еще пугнул возле ресторана, где вы тусили, – Алексей подошел к ней и посмотрел на тело сантехника. – Полиция уже едет. Кого же это он еще так допек?..
*
Через час на берегу речки было тесно от полицейских, экспертов, следственной бригады и по другую сторону оцепления – от постояльцев и служащих гостиничного корпуса, разбуженных выстрелами на мосту и воем полицейских сирен. Слухи распространяются быстро, и толпа, несмотря на ночной час, собралась немалая.
Наташу и Алексея опрашивали как свидетелей, разведя по разным помещениям шашлычной, которую открыли специально для удобства оперативной бригады.
С Наташей беседовала худощавая рыжеволосая девушка с молочно-белой кожей и в форме капитана полиции. По ее осунувшемуся лицу и красным глазам Наташа поняла, что девушка уже собиралась сменяться с суточного дежурства, когда ее выдернули "на труп". "Теперь провалдохаются до утра, бедняга, вторую ночь не спит", – посочувствовала ей Навицкая.