Анастасия (Кагомэ) – Очевидное маловероятно (страница 21)

— Пошел вон! — сильно толкнув бывшего демона, гуляка сделал несколько неуверенных шагов, упал и захрапел в сугробе.

— И Вам здравствуйте, — подчернуто вежливо ответил Дэйвон. — И угораздило нас оказаться в скандинавских мифах! Одно хорошо, что в кабаке можно разузнать, где находятся наши товарищи.

Оказавшись внутри, наши герои с удивлением поняли, что помещение огромное. На лавках за длинными столами сидело, казалось, бесконечное количество воинов разного возраста. Стоило вновь прибывшим разместиться за ближайшим столом, как он покрылся красиво расшитой скатертью, уставленной простыми, но сытными блюдами. Нашлись здесь и вино, и медовуха на травах. Утолив первый голод, Дэйвон, Робэр, Эдвард и остальные стали знакомиться с воинами, подливая вино и распрашивая их о двух гвардейцах и одном мальдорорце с удивительными браслетами на руках. Спустя какое-то время они услышали долгожданный ответ:

— Эти отважные эрленды отправились охранять прекрасную Идун. Сказать по правде, не повезло сим воинам, хоть и умелые они. Вот уже несколько лет подряд хранительницу молодильных яблок похищают, то ли прельстившись девичьей красотой, то ли надеясь выведать ее божественный секрет. Могучие герои вызволяют Идун, но никто из них не возращается домой в прежнем рассудке. Так что уже мало кто готов на подобный подвиг. Разве что здесь, на окраине Асгарда…

— И где же они сейчас, уважаемый хёвдинг? — Эдвард видел, как приятно подобное обращение пожилому воину со шрамом во всю щеку. — Полагаю, что недалеко?

— Эрленды отправились в путь с час назад. Наверняка, богиня Идун и волшебное дерево где-то поблизости.

— Девушка, что же, путешествует? — удивился Сомерсби.

— Красавица старается запутать следы. А что поделаешь, коли за тобой охотятся и боги, и смертные…

— Где бы нам раздобыть быстрых коней? — задумчиво протянул Джеймс Лоренс.

— Вы же в Асгарде, дорогие эйсты. Стоит только представить, и снег подарит желаемое.

— Благодарим за помощь, благородный викинг, — кивнул Дэйвон и первым направился к выходу. — Ваш товарищ спит на морозе. Пусть за ним выйдут.

— С Рангвальдом подобное не впервые. Если парень очнулся, возьмите его с собой. Влюбленный герой спит и видит прекрасную Идун. Его не взяли на последнее спасение, тем самым сохранив его разум, но разбив сердце.

Когда наши путешественники снова вышли на мороз, Рангвальд задумчиво рисовал веточкой на снегу. И вот вскоре девять снежных коней (выглядящих совсем как настоящие!) мчали своих седоков через белоснежную равнину. Так прошло около часа.

То, что ждало наших героев дальше, выглядело одновременно пугающе и впечатляюще. Метров на пять в небо уходил мощный вихрь, источающий жуткий холод…

— Неужели сам король народа Ольх решил сделать свой ход? — в голубых глазах Рангвальда застыл страх. — Если он схватил желаемое, то уже не отпустит ни девушку, ни ее защитников!

— Вы имеете в виду Короля Дикой Охоты? — уточнил Эдвард. — Могущественного призрака с глазами, горящими синим огнем?

— Его самого…

— Верно ли, что этот бог способен принимать осязаемую форму по первому желанию?

— И не только. По силе он почти равен Великому Одину!

— Мы тоже кое-что можем, — хмыкнул Дэйвон. — Время опять работает против нас… Отважный викинг, что нужно делать, чтобы встретиться с Красными Всадниками?

— Они сами нас найдут, стоит только “скормить” вихрю свиток с именами, написанными кровью.

— Каждый раз от дешевой патетики у меня аж зубы сводит! — буркнул бывший наследник Мальдорора, принимая из рук Эндрю Лоренса лист пергамента и доставая свой тончайший нож-стилет. — Подходим по одному, господа, и расписываемся поразборчивее.

— На каком языке писать? — уточнил Джеймс Лоренс, так как был первым в очереди.

— Как сердце подскажет, — тут же откликнулся Томас Джарин. — Магия этой эпохи все сделает за нас. Истина в глазах смотрящего.

— А я думал, что красота… — романтично вздохнул Рангвальд.

Спустя всего десять минут список улетел к адресату.

— И сколько нам ждать? — Джон Лоренс, прищурившись, смотрел в темнеющее небо. — Дедушка, скоро Вы обретете физическую форму?

— Опыт подсказывает, что часа через полтора. А в целом, я ощущаю себя удивительно бодрым призраком. Путешествие во времени и пространстве, явно, пошло мне на пользу.

— Отважные эрленды, среди вас тоже есть мертвец? — на удивление спокойно поинтересовался плечистый викинг.

— В некотором роде, — улыбаясь, ответил Робэр. — Только состояние нашего друга временное. Для Вас подобное привычно?

— В Асгарде живут умершие, которые за его пределами тоже выглядят немногим лучше, но, в остальном, люди не замечают никаких отличий от прежнего существования.

— Чем же так страшна Дикая Охота? Если терять уже, в принципе, нечего? — тактично полюбопытствовал Эдвард, отмахиваясь от летающей у лица красной мошки.

— Души наши бессмертны, да… Однако страшнее всего для здешних жителей — потеря шанса на перерождение и возвращение к близким (пусть уже и в ином статусе).

“Как же мне знакомо это холодное, скользкое чувство…” — вздохнул про себя сэр Лоренс. Вспомнив о далеком доме, остальные тоже молчали.

— Кто осмелился потревожить покой Дикой Охоты?! — громогласно раздалось прямо из вихря.

— Мы — жители Страны Счастья. И воин, по имени Рангвальд. У вас в плену наши друзья и та, кого они защищают. Со всем уважением просим отпустить их… — учтиво ответил Робэр и (на всякий дипломатический случай) чуть поклонился.

— Каждому известно, что уважение можно заслужить лишь в бою! — категорично заявил голос.

— В таком случае, мы готовы, — высказал общее мнение Сомерсби, первым обнажая меч.

Мгновенно сумеречное небо заволокло тяжелыми черными тучами. Поднялся ветер. Разыгралась жуткая метель. Едва наши герои попривыкли к столь резкой перемене погоды, раздался душераздирающий вой Гончих Псов. Их глаза хищно мерцали. Из-за пурги сложно было определить их размеры, но (по самым скромным расчетам) "собачки" были никак не меньше лошадей. Девять мужчин разбились на группы по трое и вступили в яростную схватку. Сэра Лоренса звери чувствовали, но избегали: очевидно, пока принимали за "своего". Сомерсби, Дэйвону и Робэру первым улыбнулась удача. Судя по всему, молодая и неопытная еще гончая в пылу схватки подставила противникам "филей". Принц-рыцарь от души плашмя стеганул ее по "мягкому месту". Рык, переходящий в обиженный вой, неожиданно привлек внимание обеих сторон. Одним вдруг стало смешно, другим — неловко. Так или иначе, ярость кровавого сражения куда-то пропала (ушла как вода сквозь пальцы).

— Уходите, братья, — добродушно хохотнул король-консорт Лоридема. — Сегодня не ваш бой. Кровь пролилась. Формальности соблюдены.

В то же мгновение раздался громогласный вой волка. Гончие дружно задрали головы к небу, прислушиваясь к сообщению, и неспешно удалились обратно в вихрь.

— Не иначе, это сам Фенрир, — шепнул Эдвард кому-то из братьев Лоренс. — Что же будет дальше?

А дальше храбрецов окружил оргомный рой красных мушек, которые мало того, что пребольно кусались, так еще и парализовывали место укуса. Томас Джарин быстро подготовил контр-заклинание. Однако Джон и Эндрю Лоренс уже не смогли дальше сражаться…

Второй волной оказались Загонщики и Охотники (числом тридцать человек). Прикрывая товарищей, воины замкнули круг. Сэр Лоренс (еще будучи бестелесным) тоже включился в борьбу, тратя огромные ментальные силы. Дэйвон, снова и снова отбрасывал викингов, не понимая, что не так в их стремительных атаках. Неожиданно его сильно толкнули в спину. Бывший наследник Мальдорора ловко развернулся, используя возвратный импульс от удара, обеими руками удерживая сына от падения:

— Эдвард, ты как?

— В норме. Оглушило немного. С той стороны тип с гигантским молотом… Послушайте, отец. Тем, кто с черной повязкой на запястье, нельзя убивать. Это Загонщики. Самые слабые…

— Понял тебя. Отдохни пока в круге… Господин Джарин, колдуйте шустрее! Эти недобитые опять наступают.

“Ву-у-у-ух!!!” — завывала метель, заглушая звон мечей и боевые кличи. “Дзо-о-о-нг! Ш-ш-с-с…” — перекрыло все звуки заклинание Белой Волны, отскакивая от “своих”, сметая врагов и укладывая их в самых причудливых позах по всей снежной поляне.

— Вот это совсем другое дело! — облегченно выдохнул Дэйвон, зажимая рукой рану на бедре.

— Да, живописненько получилось, командир. Браво, Томас!

— Рано радуетесь, воины, — несколько напряженно возвестил обладатель “таинственного” голоса, возникая буквально из ничего.

Сказать, что Король Дикой Охоты ужасал, поражал, нервировал, значит, чертовски плохо передать ощущения наших героев. Древний бог был всем и одновременно ничем. Кто-то видел его живым, кто-то — мертвым. Глаза его были то пустыми, то полыхали всеми оттенками синего, пробирая до костей (заглядывая куда-то поглубже вместилища души)… Самой яркой деталью его одежды был полупрозрачный плащ, который, казалось, являлся частью звездного неба. А вот белоснежный конь Короля Дикой Охоты выглядел самым милым и смирным животным во всех мирах.

— Что ж, я оценил единение воинов. А сейчас желаю выбрать того, кто принесет себя в жертву, чтобы остальные смогли достичь цели, — глава Дикой Охоты обвел воинов тяжелым взглядом. — Удивительно! Каждому есть, что терять… Слишком хорошо живете… Сложно выбрать, кто пострадает сильнее… Джоннатан Лоренс, королевский гвардеец, живой дед, нерожденный сын. Ваша смерть разобьет наибольшее количество сердец… Вы готовы рискнуть?