Анастасия Гудкова – «Волшебное слово» для попаданки (страница 6)

Удивительно, но остальные согласно закивали. Мне показалось, что горожане смотрят на меня с долей сочувствия, я определенно казалась им местной сумасшедшей. Не удивлюсь, если завтра эти, не склонные к сплетням люди, отступят от своей традиции и примутся гадать, что высокородная леди забыла в эдакой глуши.

Дома я со второй попытки, наконец, привела себя в порядок. А Лотта сотворила ужин из того, что было: попросту нарезала хлеб тонкими ломтиками, положила на него козий сыр, кусочки буженины, заварила травяной отвар.

– Не расстраивайтесь, леди Кристиана, – успокаивала она меня. – Люди везде разные.

В чем-то я была с ней согласна. Но только не в том, что дело моей жизни, моя профессия, которой я болела, здесь окажется никому не нужна. Они просто не понимают, всем нужны новости! Просто они бывают разные! И я докажу жителям Ратфорда, что новости – это не обязательно о трагедиях и ужасах. Вот, взять хотя бы сегодняшний день.

Я могла бы написать об удивительном мужчине, способном в одиночку одолеть снороса. О том, как прекрасны здесь горы, о новых артефактах, придуманных на местном заводике. Но прежде, нужно было хоть немного узнать о городе и его жителях. И о Даррионе Рейсе, который отчего-то не давал мне покоя.

Нет, я совсем не влюбилась, хотя мужчина он был откровенно красивый. Дело было совсем не в том. Мне вдруг показалось, что он умолчал о своем титуле не просто так, что кроется в этом какая-то тайна. А я терпеть не могла, когда вокруг меня какие-то тайны, у меня словно все зудело и требовало их разгадать.

Как оказалось, сегодняшний вечер на сюрпризы оказался невероятно щедр. После импровизированного ужина, ноги сами понесли меня на чердак. Я и сама не понимала, что я там собиралась найти. Уж точно не любоваться на тщательно припрятанные там сувениры. Наверное, я рассчитывала на то, что на старых чердаках всегда водится что-то интересное. Так что я оставила Лотту разбираться с посудой, а сама полезла под крышу.

Чердак был маленьким, там даже невозможно было выпрямиться в полный рост, мне приходилось перемещаться "гусиным шагом", чтобы снова не изваляться в пыли. Здесь были сундуки с чьими-то старыми платьями, которыми изрядно закусила моль, плетеные корзины с торчащими прутьями, а в самом углу…

Да не может быть, чтобы мне так повезло!

В самом углу чердака мрачно смотрела на мир запылившимися медными кнопками причудливая печатная машинка, определенно магического происхождения. Определила я это по тому, что она светилась, а стоило мне подойти ближе, как от нее отделилось что-то похожее на горящую шерстяную нить.

Она обвила мое запястье, и я почувствовала, как неведомая сила потянула меня к печатной машинке. Магический артефакт, которым она, совершенно точно, являлась, не желал отпускать случайную гостью. Это он еще не догадывался, что я его появлению рада ничуть не меньше!

Значит, жители Ратфорда считают, что новости им не нужны? А Даррион Рейс уверен, что я не узнаю, кто он такой и почему скрывает свой титул? Они все ошибаются! Потому что с завтрашнего утра в Ратфорде появится своя собственная газета! В конце концов, даже если у меня не получится вернуться домой, я смогу заниматься любимым делом! А еще мне просто необъодимо было доказать горожанам, что они ошибаются.

– Встречайте! – на ходу бормотала я, обнимая печатную машинку, которая отвечала мне легким ровным теплом. – Первый выпуск газеты "Волшебное слово"! Уже завтра во всех домах Ратфорда! Осталось только определиться, о чем писать…

Глава 7

Мой амбициозный настрой немного притупился, когда мы с машинкой оказались в моей комнате. Я лихо смахнула все с небольшого письменного стола, притаившегося в углу, и водрузила на него свою драгоценную находку. А потом вдруг поняла, что не имею ни малейшего представления, что с ней делать дальше.

Вряд ли правильным решением было бы просто стучать по золоченым клавишам, высекая на бумаге нужные буквы. Ведь артефакты точно создают не для того, чтобы использовать их как обычные вещи. Тогда для чего?

А еще был вопрос поинтереснее: если печатная машинка магическая, то что лично я смогу с ней сделать? Я за собой никакой склонности к колдовству как-то не заметила. Как, впрочем, и за Шарлоттой. Ее я расспросила в первый же день. Оказалось, что не все люди в этом мире наделены магическими силами, а точнее – достаточно небольшое количество. Магов считали местной элитой, именно они занимали высшие должности в большинстве отраслей. В этом был определенный смосл и помимо простого поклонения: с волшебной искоркой любое дело получается быстрее.

Мой супруг, так удачно оставленный в столице, магической силой обладал. Если я правильно поняла, он был одним из старших боевых магов королевства, так что вряд ли он испытывал недостаток женского внимания. Вот и пользовался тем, что так удачно падает в руки, да еще и в развернутом, так сказать, виде, даже без упаковки.

Но вспомнила я о лорде Раньер не поэтому. Я к нему никаких чувств не испытывала, его измены были мне крайне на руку. Дело было в другом. Он бы точно подсказал, как запустить вожделенный магический аппарат. Но обратиться к нему за помощью – значило расписаться в собственной беспомощности. А это было последнее, чего я хотела. Так что, оставив печатную машинку скучать на столе, я снова полезла на чердак. Мало ли, вдруг там и бумага завалялась?

В своих ожиданиях я не ошиблась. В том же углу, откуда я вытащила сам печатный артефакт, нашлась и увесистая стопка чуть пожелтевших листов, перевязанная бечевкой. Я обрадовалась, было в них что-то такое, созвучное с этим миром. И пусть листы были чуть сыроваты, а местами края немного размохрились – неважно. Эдакая стилизация под винтаж, почему бы и нет?

Воодушевленная, с чердачной лестницы я практически рухнула, прижимая к себе новую обнаруженную драгоценность. Надо будет хорошенько покопаться на чердаке, вдруг я там найду еще что-нибудь. Не обязательно в комплект к тому, что уже откопала. А просто что-нибудь интересное. Но сначала неплохо было бы разобраться с тем, что по-прежнему занимает добрую часть холла.

За окном было совсем темно, а мы с Лоттой, повинуясь неожиданному порыву и не чувствуя усталости, таскали вещи по местам. Прошло немало времени, прежде чем выстиранная одежда заняла свое место на веревках, которые мы натянули прямо в том же холле. На улице лютовал морозный ветер, так что вряд ли поутру мы нашли бы там сухие вещи, если бы нам вздумалось устроить сушилку во дворе.

Часть платьев и вовсе пришлось выбросить, кажется, моль путешествовала вместе с нами, притом весьма кровожадная. У одного был проеден рукав. второе щеголяло огромной дырой на юбке.

– Это не моль, леди Равьер, – сокрушенно покачала головой Лотта. – Это скорее мыши, причем местные. Надо бы ловушек поставить.

– Или кота завести, – вырвалось у меня.

И я вдруг поняла, что завести кота – это чудесная мысль, действительно чудесная. И даже не потому, что нас одолели мыши. А просто вдруг захотелось чего-то уютного и мурчащего рядом.

– Да где ж его тут сыскать? – всплеснула руками девушка.

– А что, это такая великая проблема? – удивилась я. – Вот в моем… Там, откуда я родом, можно просто подобрать котенка на улице, а можно купить в питомнике.

– Леди Равьер, разве вы родом не из столицы? – прищурилась Лотта, а я решила не отвечать. Какая теперь разница? Из столицы, только не из той, р которой она думает. А девушка задумчиво подевала губу и сказала. – Если вам просто кот, то, пожалуй, я могу поспрашивать у соседей. А вот если фамильяр…

– Фамильяр? Они же только у ведьм, нет?

– У кого? – округлив глаза переспросила Шарлотта.

Так, понятно, ведьм в этом мире нет. Или есть, но называют их как-то иначе, например, магички, магессы, госпожа маг или еще как-нибудь. А вот магические животные имеются. Любопытно… Вот бы посмотреть на такое поближе! И потрогать можно…

– Так, а фамильяра у соседей поспрашивать нельзя? – осторожно уточнила я.

– Нет, конечно, – засмеялась девушка. – Фамильяр находит своего хозяина сам, когда они оба к этому готовы. Во всяком случае, так говорила леди Катриона Раньер, старшая сестра вашего… Ох, простите.

– Старшая сестра Мариуса, я поняла, – кивнула я.

Кажется, я что-то такое припоминаю со дня свадьбы. Не про фамильяров, а про приятную улыбчивую толстушку с выпирающим вперед беременным животиком. Тогда я только мельком ее запомнила, а выходит, она дружила с Лоттой. Или нет? В конце концов, как-то ведь должна была состояться беседа о фамильярах.

– Слушай, Лотта, а она случайно не говорила, как пробудить магию? Или что-то в этом роде?

– Не говорила, – огорчилась девушка. – Но вы можете написать леди Раньер, ой, то есть она ведь уже леди Гордон. Вы уж не выдавайте меня, но она единственная, кто в этой семье относился ко всем по-человечески. Вот только адреса ее у меня нет… Но, может быть, его может подсказать лорд Раньер?

Даже если бы лорд Раньер и мог что-то подсказать, спрашивать я у него ничего не собиралась. Да и очаровательной Катрионе точно не до меня. Судя по масштабам живота, она ждала по меньшей мере двойню. А с такими делами не до пространных переписок, наверное.

За разговорами мы разобрали еще два сундука с постельным бельем и полотенцами, но стирать их решили уже завтра – у нас попросту кончился холл.