Анастасия Гайнаншина – Из музыки и тишины (страница 7)

потому что летом она за неведанными рубежами, вся пропавшая без вести вместе с нами.

#сантьяго

Это море старо как мир, стар как море рыбак Сантьяго. У него и у моря глаза – сапфир, всё состарилось, кроме взгляда. Его кожа – на четверть соль, солнцем сточены скулы. Жизнь, исхожена поперёк и вдоль, как рыба в воде блеснула. Тело ведало трёпки и ласк, ведало радость и горе, но всё, что осталось здесь и сейчас, — старая лодка и море. Сантьяго оставит скрипучий причал, земле оставляя земное. Чего бы в море он ни искал, только бы не покоя. Вдохом к прибою придёт волна, выдохнет в парус ветер, сила руке остаётся верна, как солнце небу в рассвете. Боль зажата в костистый кулак, жизнь через смерть познаётся. Бьётся, как лев, старый рыбак, слабеет, но не сдаётся. Скоро Сантьяго увидит сны, берег босого мальчишки. Выйдут к нему желтоглазые львы сказкой из старой книжки. Крылатые бриги бросали причал, с водною гладью споря, мальчик Сантьяго их провожал глазами, вместившими море.

#дитя_моё

Мне очень хочется порой в тебя зарыться с головой и стать с тобой одноимённой. Лежать пыльцой посеребрённой в твоих глазах. Сберечь вовек твоё звучание, твой запах, смех, твоё дыхание. И быть бронёй, мечом, щитом, расти невидимым крылом в твоих плечах. Внутри тебя, дитя моё, и вне, и маяком спасительным во мне горит твой свет неугасимо. Ничто с тобою не сравнимо во всех мирах.

#прогноз_погоды

Будут дожди. И будет в кофе – корица. Петь с Арбениной «я редкая птица», много читать, за страницей страница, старое выбросить. Не мелочиться. Греться телами в коконе пледа без перерыва, до сладкого бреда, все выходные на даче у деда спать. Без совести. До обеда. Устроить луну за шторою на ночлег и в безымянные русла рек пускать фрегаты в скользящий бег.