Анастасия Эльберг – Лунная тень 2. Тени и пламя (страница 9)

В доме появлялись бледные славянки, смуглокожие уроженки Фелота, красавицы с черной, как пустынная ночь, кожей. Однажды Лотар, пребывавший в хорошем расположении духа, «поделился» с Калилем одной из них, а тому не хватило духу отказаться. Не говорить же, что ты давным-давно встретил пятнадцатую весну, но до сих пор не прикасался к женщине? Ему и без того хватало унижения, которое он терпел не только от своего спутника, но и от Сновидца Дита. Слава богам, последний навещал их редко.

После ночи, проведенной с юной рыжеволосой девушкой, Калиль проснулся совершенно разбитым. За завтраком Лотар донимал его расспросами, но юноша молчал, подливая себе еще вина. Он хотел, чтобы на месте незнакомки – он даже не запомнил ее имя, да и не был уверен, что она его называла – оказалась Иллария. Или какая-нибудь из деревенских девушек, на которых он порой заглядывался. Что за глупая идея – продавать свое тело? Кого эти женщины хотят обмануть? Если уж ложиться с кем-то в постель, то только с тем, кого любишь. Сколько бы гадостей о жрицах сладострастия ни говорили, они хотя бы вели себя честно по отношению к другим. Не просили денег и испытывали искренние чувства к мужчинам, пусть и на одну ночь.

В спальне Лотара Калиль не нашел.

– Господин на внутреннем дворе, – сказала служанка Ловиса, молоденькая темная эльфийка с большими печальными глазами и миловидным тонким личиком. – Он велел ему не мешать.

– Мало ли что он там велел, – буркнул юноша. – Я живу в этом доме, как и он, и я тоже твой господин.

На щеках Ловисы появился нежный румянец.

– Как пожелает мой господин, – покорно ответила она. – На улице очень жарко, я могу принести тебе кувшин с охлажденным вином и немного фруктов.

– Сделай милость.

Лотар полулежал на разбросанных возле стены подушках возле невысокого медного столика. Сидевшая рядом девушка с длинными светлыми волосами кормила его зеленым виноградом. На каменных ступенях чуть поодаль стояло три винных кувшина, один из которых был уложен на бок в знак того, что напитка в нем больше не осталось.

– Есть важный разговор, – без предисловий начал Калиль.

– Я занят, ты что, не видишь? Проваливай. Поговорим за ужином.

– Мы должны поговорить сейчас.

– Я тебе ничего не должен, паршивец. Да и ты мне тоже. Если хочешь, можешь проваливать. Иди куда угодно, пусть бы и в храм. Оставь меня в покое. Я оставил роль глупого младшего брата в прошлом и наслаждаюсь жизнью.

– Если ты не выслушаешь меня, наслаждаться будешь недолго.

Тяжело вздохнув, Лотар медленно открыл глаза и посмотрел на Калиля.

– Говори.

– Посторонние нам не нужны.

– Это не посторонние. Я доверяю Эоланте как самому себе. Ведь ты умеешь хранить секреты? – обратился он к девушке.

Та довольно заулыбалась и протянула руку для того, чтобы положить ему в рот еще пару виноградин, но Калиль подошел к ней, наклонился и взял за локти, предлагая подняться. Девушка послушалась.

– Наша беседа будет недолгой, моя госпожа, ты не успеешь заскучать. Слуги принесут холодного вина и фруктов, прошу, угощайся и чувствуй себя как дома.

Ограничившись вежливым кивком, девушка скрылась за одной из внутренних дверей.

– Ну? – поторопил Лотар, усаживаясь прямо. – Ты перегрелся на солнце? Немудрено, ходить по базару в такую жару. Чего ты так запыхался, бегом бежал, что ли? И где проклятые травы, которые я жду уже вторую луну?

Калиль рассказал о встрече с Ирфином и голосе Дита в своей голове, благоразумно промолчав о жрицах и их предложении присоединиться к служителям Великого Бога. Лотар разглядывал плошки с фруктами на столе.

– Он тебя не узнал? А ты уверен, что это был Ирфин?

– Конечно, уверен, первые боги тебя побери! Думаешь, я ослеп?! Да я узнаю его даже в ночь новой луны в самом темном в двух мирах лесу!

– Значит, Дит спас тебя.

– Другого объяснения я не вижу.

– Он всегда говорит только со мной. Почему это вдруг он обратился к тебе?

В голосе Лотара послышались ревнивые нотки. На мгновение он превратился в маленького эльфенка, готового расплакаться только потому, что младшему брату досталось больше ягод.

– Понятия не имею. Проклятье, ты вообще слышишь, что я тебе говорю?! Ирфин живет в этом городе! Совсем рядом с нами! Он может найти этот дом! Убить тебя, убить меня! Этого ты хочешь?! Отправиться на тот свет?

– Меня хранит моя госпожа.

– Не будь глупцом, Лотар. Дар твоей госпожи получить сложно, а вот забрать его она может в любой момент и с легкостью. Ты – всего лишь игрушка в руках существа, которому посчастливилось родиться в деревне Сновидцев, а потом получить бессмертие. Откуда тебе знать, что ты получил дар от Охотницы? А если это его магия? Он спас тебя от…

– Мое имя Йонас, – перебил Лотар. – То, что произошло в деревне, было моим посвящением. И я прошел это испытание. Выдержал его с честью. Советую говорить со жрецом госпожи снов повежливее.

Калиль в сердцах пнул пустой винный кувшин. Тот завертелся на каменном полу и чудом не разбился, столкнувшись со стволом миниатюрного деревца с аккуратной кроной.

– С таким же успехом я могу ходить по лесу в предутренних сумерках, не боясь наступить на ядовитую ящерицу, и говорить, что меня, целителя, хранит бог Эрфиан! Ты выпил слишком много вина, Лотар?! Дит Сновидец сказал, что мы должны уйти отсюда сегодня же!

Собеседник насмешливо изогнул бровь.

– Мгновение назад ты сказал, что не веришь ему. А теперь утверждаешь, что мы должны уходить?

– Я утверждаю, что нам нужно уйти, потому что я хочу жить. Боги дали нам разум не для того, чтобы мы во всем полагались на их волю.

– И куда же мы пойдем, Калиль?

– На восток, на юг, на запад. Куда угодно. Главное – не на север. Ты же не хочешь оказаться в северных землях? Говорят, там живут Незнакомцы.

– Вранье, – отрубил Лотар.

Несколько минут они молчали, переводя дыхание и прислушиваясь к трелям птиц. Солнце почти спряталось за горизонт, ставни окон на городских улицах закрывались в ожидании ночи. Наверное, торговцы на базаре уже складывают свои товары. Вечером туда придут вампиры и будут предлагать совсем другое. Например, светлых эльфиек…

– И вот еще что, – нарушил молчание Калиль. – Я думаю, нам стоит обзавестись воином.

– Такого, с которым мы не убоимся страшных Незнакомцев из северных земель?

– Такого, который сможет защитить нас. Не от Ирфина, конечно. Но всюду полно разбойников, а у нас куча денег. Дит Сновидец не будет тратить свое время на то, чтобы защищать тебя от них.

– Ищи воинов, коли хочешь, – смилостивился Лотар. Он вновь прилег на подушки и прикрыл глаза. Похоже, вести об Ирфине его не проняли, и Калиль понимал, почему. Если бы он вылакал целый кувшин вина, то к нему явились бы все первые боги разом. – Эоланта, дитя мое! Мой надоедливый приятель уходит, и нам больше никто не помешает!

***

Эльфийка сидела у каменной стены, еще хранившей тепло солнечных лучей, и точила один из парных клинков с помощью камня. Рядом стояла глиняная плошка с недоеденной кашей.

– Чего надо? – осведомилась она, даже не посмотрев на Калиля.

Вместо ответа он протянул ей мешочек-кошелек. Эльфийка приняла деньги, ослабила тесемку, заглянула внутрь и присвистнула.

– Ничего себе. Ты часом не сын патриция? Не у каждого торговца в этом городе хватит средств для того, чтобы столько платить наемникам.

– Мы с моим приятелем отправляемся в путешествие. Я хочу, чтобы ты сопровождала нас. Я родился в деревне темных эльфов, а там много воинов, и не раз видел, как они обращаются с оружием. По-настоящему искусные воины относятся к своим клинкам как к любимым мужьям и женам. Я смотрю на тебя и понимаю, что ты – искусный воин.

Рука эльфийки в очередной раз провела по лезвию клинка. Храмовое серебро – а Калиль был уверен, что это оно – отозвалось мелодичным звоном, в котором ему почудился человеческий голос. Говорят, храмовые мастера беседуют со своими изделиями при ковке, а металл обладает памятью.

– Льстишь ты неумело, эльфенок, но мне приятны твои слова. Куда вы направляетесь?

– Не знаю, – честно признался Калиль. – Уйдем из города, а там посмотрим.

– Вы от кого-то убегаете?

Не дождавшись ответа, эльфийка убрала клинок в ножны и встала. Только сейчас Калиль заметил шрамы на ее запястьях. Смертная женщина могла бы обжечься долго лежавшим на солнце браслетом, но темному существу такие «подарки» оставляет только один металл. Храмовое серебро. Если на эльфийке и вправду были браслеты, то носила она их не по своей воле. Кандалы, подумал Калиль. Она сидела в Коридорах Узников, самом жутком месте в двух мирах. За что принцессу светлых эльфов могли посадить в подземелья Темного Храма?

– Меня зовут Тира, – представилась эльфийка.

– Очень приятно, ваше высочество.

– Мой титул остался в прошлой жизни.

Или в Коридорах Узников, добавил про себя Калиль.

– Рад, что ты согласилась путешествовать с нами, Тира.

– Я ни на что не соглашалась. Вот посмотрю на твоего приятеля – и решим. Но до того, как мы отправимся к вам домой, хочу сказать кое-что важное. Если я решу сопровождать вас, ко мне присоединится мой брат. Хлопот он не причинит, но зато он умеет готовить еду. И сможет развлечь нас балладами и игрой на лире.

– Брат? – переспросил Калиль.

– Да. Его зовут Тор. Мы родились от одного лика луны.