Анастасия Эльберг – Лунная тень 2. Тени и пламя (страница 8)

Так зачем же ты идешь за этим существом, глупый мальчик? Не потому ли, что твой отец оставил мир живых, когда ты встретил четвертую весну, а мать слишком сильно тебя опекала, и ты не научился самостоятельности? Не потому ли, что ты хотел быть рядом с кем-то взрослым, сильным, решительным, имеющим цель? Если так, то выбор ты сделал дурной. И расплатишься за это сполна.

– Как же можно сомневаться в могуществе Великого Бога? – всплеснула руками Велла. – Пойдем с нами, чужеземец Калиль! Никто в здравом уме не откажется от того, чтобы провести хотя бы несколько дней в храме из лазурного камня. А потом, может статься, ты примешь обеты и станешь жрецом… мы будем любить тебя как брата.

– И не только как брата, – добавила Ювелла.

Калиль ожидал, что они рассмеются в один голос, но жрицы оставались серьезными.

– А… что я буду делать в храме? – недоверчиво спросил он.

– У нас много работы, – ответила Ювелла. – Найдешь то, что придется тебе по душе. Сбор фруктов, приготовление вин, благовоний и любовных зелий, шитье. А еще мы делаем украшения и свечи. Ты говорил, что ты целитель. Мы обучим тебя особым рецептам снадобий, которые снимают любую хворь. Страдающие люди и темные существа приходят в лазурный храм со всей округи, и мы помогаем им. Великий Бог учит нас, что нет ничего более священного, чем спасение жизни.

– У нас есть деньги, – вновь вступила в разговор Велла. – Главная жрица Махаат – одна из самых богатых и влиятельных женщин Фелота. Ты не будешь ни в чем нуждаться. Получишь собственную комнату в храме, горячую еду, красивую одежду, мягкую постель.

– В которой, конечно же, никогда не будешь спать в одиночестве, – закончила Ювелла.

Калиль уже почти принял свое решение и открыл рот для того, чтобы задать следующий вопрос, но с его губ не сорвалось ни звука. К прилавку жриц подошла пара. Или, если говорить точнее, спутники. Мужчина и девушка. Темные волосы девушки, одетой в длинную тунику из нежно-розового шелка, были заплетены в толстую косу, на ее голове красовалась изящная тиара, украшенная мелким жемчугом. Рядом с ней мужчина в простой одежде, которую в Фелоте носили разве что слуги, казался оборванцем. Калиль заморгал, пытаясь прогнать наваждение, но морок не рассеивался. Красавицу, которая, судя по тунике и украшениям, принадлежала к семье одного из самых богатых торговцев города, если не к семье патриция, сопровождал Ирфин.

Его волосы отросли чуть ли не до лопаток, он похудел, но осанка по-прежнему была гордой и немного надменной – в деревне первого советника всегда узнавали даже со спины. Ирфин держал за плечом мешок, в котором, конечно же, были покупки девушки в шелковой тунике. Во имя всех богов, что он делает в Фелоте?.. Да еще и сопровождает богатую девку в таком виде? Может, у него закончились деньги, и он решил наняться к кому-то слугой? Эта мысль рассмешила Калиля, но следом пришла другая. Он столкнулся нос к носу с первым советником. Сейчас Ирфин схватит его за горло и не отпустит до тех пор, пока не узнает, где скрывается Лотар.

Ювелла улыбнулась покупателям.

– Господин и госпожа ищут что-то особенное?

– Нам нужно мало для ламп и благовония для гостевой комнаты, – сказал Ирфин.

Темно-синие глаза, взгляд которых не приводил в ужас разве что Орлина, женщин и детей первого советника, бесстрастно скользнул по лицу Калиля… а потом Ирфин отвернулся и вновь посмотрел на жриц.

– Восхвалим Великого Бога за его дары, – отозвалась Велла. – Сегодня утром мы приготовили свежее масло для ламп.

С этими словами она взяла с прилавка крохотную плошку, закрытую плотной тканью, и протянула ее девушке. Та вдохнула аромат масла и довольно заулыбалась.

– И правда, совсем свежее! Кажется, я еще никогда не видела такого свежего масла для ламп. Отец будет доволен!

– Твой почтенный батюшка знает толк в масле для ламп, – закивала Ювелла. – Ты прекрасна как цветок, раскрывающий свои лепестки лишь в ночь полной луны, когда воздух наполнен любовью и магией, дитя… Кто из благородных господ этого города имеет счастье называть тебя дочерью?

– Торговец Кловис, – ответила девушка, улыбнувшись.

Она была очень молода, вряд ли встретила пятнадцатую весну. И насчет ее красоты жрица нисколько не преувеличила. Судя по чертам лица незнакомки, ее мать была темнокожей. Родилась в далекой стране, где солнце светит круглый год. На ум Калилю пришло сравнение с трепетным олененком, отличающимся от своих собратьев: слишком чудной, слишком необычный. Такая красота раскрывается лишь в тот момент, когда девочка превращается в девушку.

– Ах, Кловис! – просияла Велла. – Почему же ты сразу не сказала, дитя? Храм задолжал ему больше тридцати золотых монет! Прошу, убери деньги, – продолжила она, заметив, что девушка снимает с пояса мешочек-кошелек. – Я не посмею взять с тебя плату. Сколько кувшинов с маслом хочет получить твой батюшка?

Оцепенение наконец-то отпустило Калиля, и он бросился наутек. Ирфин даже не оглянулся – он изучал выставленные на прилавке товары. Юноша не знал, что нашло на первого советника, и почему он посмотрел на него как на чужака – и не хотел знать. Важно было другое: он жив, за горло, и следовало как можно скорее уносить ноги.

– Эй, смотри куда прешь!

Женщина с коротко остриженными светлыми волосами возмущенно оттолкнула налетевшего на нее Калиля. Он замедлил шаг и остановился.

– Прошу прощения, моя госпожа.

– На твоем месте я бы не носилась так по базару, эльфенок. Неровен час, один из стражников патриция надерет тебе уши за нарушение порядка.

Калиль поднял глаза на женщину. Сперва он принял ее за человека, но теперь понял, что перед ним светлая эльфийка. И волосы у нее были не просто светлыми, а цвета белого эльфийского золота, а глаза – голубыми. Принцесса? На базаре в Фелоте?.. Юноша оглядел эльфийку снова, на этот раз, более внимательно. Никаких туник, никаких платьев. Воинское облачение: черная кожа. На поясе женщины висели ножны с парными клинками. Она стояла, прислонившись к каменной стене дома, и небрежно вертела между пальцев медную монету. Такие местные представители власти давали тем, кто хотел принести на базар свои товары. Чем же она торгует? Глупый вопрос. Если воин пришел на базар в таком виде, то ответ может быть только один: это наемник.

– Извините, ваше высочество, – пролепетал Калиль.

– Беги дальше, эльфенок, – снисходительно рассмеялась женщина. – Но если ты хочешь купить мои клинки, можешь задержаться. Обсудим цену.

– Благодарю, ваше высочество, но в воинах я не нуждаюсь.

– Что за глупое имя – Калиль? Или там, откуда ты родом, детей называли в честь проклятых богов?

Юноша вспыхнул. Мерзавка подслушала его разговор со жрицами!

– Мое имя переводится с древнего языка как «легкий»[Имя «Калиль» можно перевести с арамейского как «легкий» и как «проклятый». Корень обоих слов звучит одинаково, разница лишь в написании]! – обиженно заявил он.

– Я плохо разбираюсь в древних языках. Если тебе не нужен воин, эльфенок, проваливай. Распугаешь других покупателей.

Калиль торопливо поклонился женщине и пошел дальше. Подумал было перейти на бег, но не стал, помня о страже патриция. Для полного счастья ему не хватало заключения в темнице.

– Проклятье, – прошипел он себе под нос. – Я забыл травы!..

При мысли о том, что нужно вернуться, сердце превращалось в камень, а в желудке начинал ворочаться противный скользкий комок страха. Калиль остановился, пытаясь понять, что делать дальше. И в это мгновение чей-то голос – тихий, почти шепот – сказал ему в самое ухо:

– Ты все еще сомневаешься в могуществе моей госпожи? Она только что спасла тебе жизнь. Вряд ли Великий Бог, о котором разглагольствуют жрицы сладострастия, сделал бы то же самое.

Калиль крутанулся вокруг своей оси, но источника голоса не обнаружил. Неприятная догадка кольнула его острой ледяной иглой.

– Возвращайся к своему спутнику, юный эльф, и расскажи ему о том, что видел, – продолжил обладатель невидимого голоса. – И о том, что произошло. В нем достаточно веры, ее хватит на вас обоих. Уходите из этого города сегодня же. Передай Йонасу, что Дит Сновидец найдет его, когда придет время. И пусть он будет осторожен. Осторожность не помешает даже верным слугам моей госпожи. Нам нужно многое сделать. Не хочу, чтобы в наши планы вмешались посторонние.

***

Калиль и Лотар поселились в большом доме на окраине Фелота, в той части города, где жили богатые торговцы. К тому времени, как он добрался до строения из светлого камня, солнце начало клониться к горизонту, но жара и не думала спадать. Совсем наоборот: воздух стал прямо-таки невыносимо горячим. После заката с моря подует прохладный бриз… но до этого еще далеко.

Калиль остановился у калитки, переводя дух, проскользнул в сад и вошел в приоткрытую дверь. В большой комнате с очагом и обеденным столом Лотара не было, и его это не удивило. С тех пор, как они обосновались в доме, большую часть дня сын советника Нарида проводил в своей спальне, и постель его редко пустовала. Дит Сновидец снабдил приятелей деньгами, которые Лотар тратил на изысканную еду, хорошее вино и женщин. Любовь – или, если говорить точнее, тело – последних можно было приобрести не только на базаре. Стоило вам появиться в отдаленных от дворца патриция городских кварталах в сумерках – и они звали вас из переулков и окон, а то и подходили на улицах, бесстыдно демонстрируя свои прелести. Стража в эти кварталы, наверное, предпочитала не заходить (разве что для того, чтобы воспользоваться услугами этих женщин).