Анастасия Долганова – Мужчина, женщина и их родители: как наш детский опыт влияет на взрослые отношения (страница 8)

Можно сказать, что мать при нормальном течении развития дочери из самой важной фигуры на свете становится просто важной.

Место самого важного могут временно занимать романтические партнеры, муж или дети, но в целом путь развития каждого должен приводить к тому, что самой главной фигурой для человека должен быть он сам. В том случае, когда дочь способна ориентироваться на собственные чувства и потребности при принятии решений о своей судьбе, она больше не нуждается в материнской фигуре – как реальной, так и созданной с помощью фантазий и проективных идентификаций. В этом месте она свободна чувствовать привязанность, а не быть ее заложницей, а также способна искренне помогать собственной дочери, а не делать ее своей принадлежностью.

Мама при хороших отношениях также не чувствует себя обязанной всю жизнь заботиться о своем ребенке и решать его жизненные задачи, например находить партнера, работу или растить его детей. Две женщины становятся свободными друг от друга, притом что сохраняют любовь.

Глава 2

Девочка и ее папа: Идеализация, любовь, использование, отвержение

Отношения мужчины и его дочери бывают очень разными. Их важность может быть неочевидной, поскольку папа не в такой степени обеспечивает выживание своего ребенка, как мама. Однако он является второй из двух самых важных фигур, рядом с которыми формируется психика ребенка, а значит, можно условно сказать, что половина психики будет формироваться под его влиянием. Даже если отец не хочет участвовать в жизни ребенка, это не значит, что его решение отменяет указанное влияние. Это будет лишь означать, что бо́льшие части психики будут сформированы под влиянием устраняющегося, уходящего, изолирующегося отца.

Рядом с отцом формируются части и решаются задачи, отличные от тех, в которых важную роль играет мать. Для мальчиков и девочек в чем-то эти задачи совпадают, а в чем-то очень разнятся.

Папа и его дочь сильно отличаются друг от друга, поэтому процессы, происходящие между ними, имеют меньше отношения к идентификации и больше – к познанию различий.

Безусловно, самым важным вызовом отцовства в отношении дочери является обнаружение девочкой своей сексуальности, которая в раннем виде целиком разворачивается в сторону отца. Отец с нерешенными задачами собственной сексуальности или своей роли в гендерных отношениях, отец с проблемами эго, отец, страдающий от социального одиночества и чувства внутренней изолированности, испытывает сильное бессознательное желание откликнуться на примитивный призыв дочери – и так начать ее использовать в своих целях (либо бежать от нее, испугавшись самого себя). Отец, у которого достаточно благополучная жизнь и достаточно высокий уровень внутренней устойчивости, способен выдерживать дочернюю любовь спокойно и проявлять взаимность, не теряя при этом границ и продолжая в отношениях с дочерью заботиться о ней, а не о себе.

Основной патологией отношений между отцом и его дочерью является чрезмерная и поддерживаемая отцом идеализация.

Отец использует свою дочь

Здесь необходимо сразу обозначить определенные границы, в пределах которых будет рассматриваться материал этого раздела. Так как книга не описывает тяжелые патологии, а исследует влияние наших мам и пап на то, каким образом мы будем строить взрослые отношения и с какими трудностями столкнемся (и как их будем решать), то прямой инцест в этой книге не затрагивается. Последствия сексуальных отношений между дочерью и ее отцом имеют, безусловно, тяжелые патологические последствия для личности и психического здоровья девочки и выходят за рамки этой книги.

Однако мы рассмотрим сексуализированные отношения между девочкой и ее папой, то есть такие отношения, в которых нет секса, но есть особая эмоциональность, которая в норме возникает в отношениях скорее между любовниками, чем между родителем и ребенком. В таком же формате позже мы рассмотрим нарушения отношений между женщиной и ее сыном.

Итак, в возрасте около трех лет девочка впервые способна всерьез отвлечься от своей матери, и тогда она обнаруживает, что в ее мире существует отец. Это радостное и будоражащее открытие: к этому моменту мама становится более или менее понятной, и найти отца – это как найти шкаф с еще не открытыми подарками. Потребности девочки становятся более сложными, она уже не так нуждается в ежеминутной заботе о своем выживании и где-то даже может позаботиться о себе сама, а значит, ее психика усложняется в сторону социального и эмоционального развития.

Девочка обнаруживает, что рядом с папой она испытывает совсем иные чувства, чем рядом с мамой. Если от мамы она ждет скорее отражения, то от папы хочет любования. Если мамины руки дают ей чувство безопасности, то папины могут быть связаны с ощущением превосходства. Если проводить время с мамой – значит знакомиться с собой, то папа знакомит ее со всем большим миром, и это маленькой девочке невероятно интересно.

Так же как новые вещи вызывают у нас другие эмоции по сравнению со старыми, так и время, проведенное с папой, его тело и личность становятся для девочки очень-очень привлекательными, что может обижать маму и заставлять ее ревновать. Для папы же такой поток внимания и обожания бывает очень соблазнительным: ему ничего не нужно делать для того, чтобы дочь его обожала (она и так его идеализирует), он может быть совершенно любым и пребывать в совершенно любых состояниях. На первых порах для маленькой девочки вполне достаточно самого факта его существования, который приводит ее в восторг. Ее потребности очень просто удовлетворить – и так же просто получить от нее лавину любви.

Эта любовь может поддерживать самооценку отца (дочь мною интересуется, ей интересна моя работа, интересны мои занятия, а значит, я имею значение), может решать его задачи идентификации (я человек, которого любит дочь, а значит, я хороший человек), может защищать его от социального одиночества при отсутствии надежных дружеских связей или удовлетворительных романтических отношений. Можно сказать, что маленькая дочь одаривает своего отца, каким бы он ни был – и это очень естественный и очень опасный для нее процесс. Это первый мужчина, на которого изливаются сила и теплота ее сердца, и поведение такого первого объекта будет иметь огромное значение для того, какой опыт она получит.

Если мать склонна использовать дочь как свое продолжение (относясь к ней как к собственной руке или как к своей второй психике), то отец склонен выстраивать с ней отношения замещения, то есть такие отношения, в которых дочь – это всегда не просто дочь, а кто-то еще.

Отец будет замещать дочерью те фигуры и те отношения, в которых он недостаточно успешен в своей взрослой жизни.

Дочь может выполнять одну (реже) или совмещать в себе несколько (чаще) ролей, обслуживая папино удовлетворение. Недовольство отца дочерью, его фантазии о том, что лучше бы у него был сын, также имеют отношение к отцовским представлениям о том, что при другом внешнем объекте он и сам был бы другим.

В общем эти роли можно рассмотреть так:

● компенсация роли друга, интересного человека;

● компенсация романтических и сексуальных потребностей;

● компенсация в роли наставника, педагога, учителя, примера для подражания;

● компенсация в роли ребенка, любимого сына, малыша, которому все позволено.

Можно сказать, что если отцу остро нужно что-то для себя и он не научился получать это в равных отношениях, то будет склонен использовать для этого свою маленькую обожающую и на все согласную дочь. Если же он умеет получать удовлетворение своих потребностей от других взрослых и знает, что предложить им в ответ, тогда любовь маленькой девочки не будет для него таким соблазном, поскольку то, что может предложить ребенок, недостаточно для удовлетворения взрослых потребностей. Хороший отец – это тот отец, которому от своей дочери ничего не надо и который при этом все равно умеет ее деятельно любить.

Можно сказать, что мать компенсирует с помощью дочери внутренние задачи, а отец – внешние, социальные и ролевые.

Хорошему отцу идеализация дочери не должна быть нужна.

Теперь рассмотрим нарушения ролей подробнее.

Компенсация роли друга или интересного человека

Друзья – это люди, которым мы дороги и которые дороги нам, те, с кем мы проводим время, те, с кем нам хочется разделить жизненный опыт, поскольку от этого он становится легче и радостнее. Дружить проще в детстве и сложнее во взрослом возрасте. В дружеских отношениях меньше тенденции к созависимости, поскольку обычно друзья в меньшей степени завязаны друг на друга в плане совместной жизни и общего бюджета. Для дружбы нужно уметь не только брать, но и давать. Нужно быть способным на искренность и привязанность, нужно владеть навыками соблюдения границ и разрешения конфликтов, нужно уметь регулировать дистанцию. Обычно дружба разворачивается между людьми одного пола – а значит, эти отношения не предполагают сексуального притяжения или взаимных матримониальных планов (и не облегчаются ими).

Можно сказать, что дружба более справедлива и более безжалостна по отношению к каждому участнику, всем воздается по заслугам.

При этом у нас может не быть нужных для дружбы качеств, но могут быть потребности иметь друзей. Друзья – часть нашей идентификации, наличие в жизни дружбы решает множество задач. Инфантильная фантазия о дружбе состоит в том, что нам не нужно ничего делать, чтобы построить дружеские отношения, а нужно лишь найти такого человека, которому мы будем подходить именно такие, какие есть.