Анастасия Дебра – Утопая в звёздах (страница 29)
Мы с мамой несколько раз пытались серьезно поговорить, но ее взгляд постоянно устремлялся в сторону Бика. Он был громким и подлым. Наше финансовое положение становилось все ненадежнее, хотя он по-прежнему утверждал, что гениален. Нам дважды отключали электричество, а маме приходили уведомления по кредитной карте о взыскании долга.
В квартиру Гейза приходили и уходили уборщицы, а затем единственными посетителями стали ремонтники. Окно они оставляли приоткрытым, что меня радовало и заставляло грустить одновременно.
Я гадала, где он был. Все, что знал Сэм, – Гейз теперь живет в приемной семье и у него все хорошо. Я надеялась, что это правда, и в то же время грустила, потому что не была частью его новой жизни. Приходилось напоминать себе, что другого выбора не существовало. Мне снились кошмары, но лица мистера Джонса я больше не видела, только его глаза. Глаза убийцы – в них не было ни осторожности, ни заботы, – отражающие измененное состояние его разума, пребывая в котором, он принимал решение. Я каждый день опускала записки в кофейную банку: мысли, извинения, страхи. Банку можно было спрятать со стороны Гейза, так что мне было спокойно. А влага не попадала внутрь благодаря крышке.
Школа без Гейза стала больше. Я вдруг поняла, что начала больше читать и меньше времени проводить с друзьями. Они бы стали спрашивать о Гейзе, а мне не хотелось ничего говорить. Странно осознавать, как быстро ученики средней школы забыли меня, словно они мухи, липнущие только к тому, что интересно.
Прошло шесть месяцев без Гейза, как вдруг все снова изменилось. Мама возвращалась домой из аэропорта – поездка была недолгая, и Бик с ней не поехал – ее такси попало в аварию. Водитель выжил. А мама нет.
Глава 30
Мы въехали на подъездную дорожку к дому Майка и Ронны, что напомнило мне сцену из ситкома. Хороший район, у многих стояли баскетбольные кольца на участках, но не у моей приемной семьи.
Дети вышли на лужайку перед домом с охапкой воздушных шариков и кокер-спаниелем, который беспорядочно на всех лаял.
Все они предстали передо мной вживую. И я почувствовал себя не в своей тарелке, но делать было нечего, пришлось выйти из машины.
Майк и Ронна оставили чемодан и направились вместе со мной к детям. Рокет, собачка, прыгала вокруг нас, пока девочка не подхватила ее на руки. Собака начала извиваться и высунула язык.
Мальчик с растрепанными волосами первым протянул мне руку.
– Привет, рад тебя видеть. Я Мильт.
Я пожал его руку. Он поприветствовал меня очень формально, хотя выглядел довольно неряшливо.
– Я Остин. – Помахал мне второй и улыбнулся.
Он выглядел так, словно у нас с ним уже были общие шутки, понятные только нам. Девочка, Тедди, все еще боролась с собакой. Теперь стало понятно, что она младше меня. Вместо того чтобы пожать мне руку, она протянула Рокет.
Белая собачка сначала понюхала мою руку, словно раздумывала, стать ли моим домашним животным.
– Фу. Какая она неугомонная! Подержишь ее?
Тедди развернула собаку и передала ее мне, как ребенка.
Спаниель лизнула меня в подбородок, и я рассмеялся над тем, как покорно она приняла позу. Лапы висели как макаронины, но она выглядела довольной.
– Я Гейз, и я никогда в жизни не видел, чтобы собака вела себя так.
Остин ткнул пальцем в сестру.
– Все потому, что она приучила ее так общаться, когда Рокет была щенком. Глупая собака.
Майк и Ронна выглядели нервными и радостными одновременно. Мужчина нес мой чемодан.
– Тебе не тяжело держать Рокет? Не хочу, чтобы ты сильно напрягался и все такое.
Я дошел до крыльца, следуя за ребятами, Мильт обернулся и предложил понести Рокет. Он закинул ее на плечо, так что ее морда оказалась на одном уровне с моим лицом, когда мы поднимались по лестнице. Собака снова лизнула меня в нос.
Внутри, на первом этаже, Тедди и Остин показали мне, что где располагается. Здесь находились гостиная, небольшая кухонька и приличных размеров ванная комната. Майк пронес мой чемодан мимо нас, и мы последовали за ним.
Тедди раскинула руки в стороны.
– Вот твоя комната!
Я огляделся. Здесь стояла огромная кровать с изголовьем и изножьем, французские двойные двери вели к бассейну, закрытому на зиму. А за ним была старая игровая площадка.
На зеркале над комодом было написано: «Добро пожаловать, Гейз!»
Ронна рассмеялась и подошла к зеркалу, затем провела по надписи пальцем.
– Тедди, это перманентный маркер?
Лицо девочки вытянулось.
– О нет! Я думала, он стирается сухой тряпкой.
Остин цокнул языком:
– Ну, по крайней мере, на этот раз она не лицо им разрисовала.
Все засмеялись, а Мильт достал телефон и показал мне фотографию маленькой Тедди с бородой и вьющимися усами.
– Она переоделась пиратом и захотела дополнить образ.
– И ей пришлось ходить так две недели. – Остин обнял сестру за плечи. – Иногда мне кажется, что я все еще вижу эти усики.
Он прикоснулся к ее губам, и она тут же начала с ним бороться.
Ронна и Майк покачали головами.
А потом Ронна сказала:
– Что ж, они вели себя прилично почти пятнадцать минут, это новый рекорд.
Майк вытолкал борющихся детей из моей комнаты.
Ронна улыбнулась:
– Хочешь пока расположиться и провести время наедине с собой? Мы бы могли показать тебе оставшуюся часть дома после ужина?
– Э-э, конечно. Спасибо.
Я бросил взгляд на Рокет, которая пыталась запрыгнуть на кровать. Мильт снова поднял ее, держа как ребенка.
– Я бы очень хотел принять душ.
– Как я тебя понимаю, – отозвалась Ронна. – Когда вернулась из больницы после родов, это было первое, что я хотела сделать. В твоей ванной есть полотенца и все остальное.
Она открыла дверь, которую я принял за дверь шкафа, и конечно же, за ней оказалась моя собственная ванная комната.
– Спасибо. Я очень вам благодарен.
Я заметил, как взгляды Ронны и Майка встретились. Черт, здесь царила такая крутая атмосфера.
После того, как они ушли, вернулся Остин.
– Позволь мне открыть эту дверь для тебя. Выходи когда захочешь. И если тебе нужно побыть одному сегодня, уверен, что смогу просунуть под дверь пиццу.
И закрыл за собой дверь.
Я некоторое время постоял, затем сел за письменный стол. Так много всего. Дорога, новые люди. Все нужно переварить. Семья казалась приятной. Но у меня оставался вопрос, почему они захотели усыновить ребенка моего возраста. Комната была обставлена гендерно нейтрально и напоминала обычную гостевую.
Громко выдохнув, я открыл хромбук[11], который лежал на столе. Он был совершенно новым. Наверное, в глубине души я надеялся, что после больницы вернусь домой и увижу Пикси, даже несмотря на то, что злился на нее. Но это новое место казалось совершенно другой вселенной.
Сходив в душ, я надел спортивные штаны и футболку, которые нашел в чемодане. В пушистых носках и толстовке с капюшоном было еще комфортнее. Я переложил одежду из чемодана в пустой комод. Я несколько раз пытался выйти из комнаты в свой новый дом. Когда я наконец решился на это, раздался звонок. Дверь комнаты, расположенной напротив моей, была приоткрыта, Остин появился одновременно со мной.
– А вот и пицца. Как раз вовремя. – На нем были черные спортивные брюки и розовая футболка. Вокруг шеи обмотан шарф, а руки усеяны кольцами. У него определенно есть свой стиль. – Я покажу тебе дорогу.
Он повел меня вверх по лестнице, а Майк в этот момент как раз закрывал дверь, держа коробки с пиццей на вытянутой руке.
Рокет стояла наверху лестницы, пританцовывая и не сводя глаз с еды.
– Эй, можете позвать остальных и сказать, что пора есть пиццу?
Майк поднялся по оставшейся части лестницы, и мы последовали за ним. Я собирался погладить Рокет, но она ускользнула за Майком.