Анастасия Дебра – Утопая в звёздах (страница 30)

Остин замедлил шаг, чтобы идти рядом со мной, когда я остался один.

– Хочешь заодно посмотреть дом?

Я пожал плечами, но тут же ощутил, как это больно, и вздрогнул.

– Да, давай.

– Ты в порядке? – В его глазах отразилось беспокойство.

– Просто забываю, что некоторые движения все еще больно делать. Но все будет хорошо.

Я огляделся на верхней площадке лестницы. Было видно гостиную, столовую и часть стены, которая отделяла кухню. Места здесь гораздо больше, чем я привык. Черт, да в этом доме куда больше места, чем примерно в восьми магазинах города, вместе взятых!

По всем стенам развешаны фотографии в рамках. Школьные фотографии. Милые снимки. Целая жизнь, увековеченная в картинках. Остин показал мне ванную комнату и половину этажа, затем мы поднялись по другой лестнице еще выше. Он постучал в дверь, украшенную наклейками и надписью «Тедди», которая была частично выложена серебряными буквами, частично нарисована фломастерами.

– Те же маркеры?

Остин хмыкнул:

– Она любит делать то, что нельзя исправить, не подумав. Боюсь представить, что будет с родителями, когда ей исполнится восемнадцать. Она же покроет себя татуировками с диснеевскими героями.

Тедди распахнула дверь, и музыка заполонила пространство. Ее лицо раскраснелось, играло что-то попсовое.

– Танцуешь в «Тик Токе» под Селену Гомес?

Она улыбнулась:

– Я умираю с голоду! – И пронеслась мимо нас. – Чур, мне первый с пузырьками!

– А? – Я понятия не имел, о чем она говорит.

Мильт открыл дверь прежде, чем Остин успел постучать.

– Мой с пузырьками!

Он снял огромные наушники.

– Тедди тебя опередила. Так что никаких тебе пузырьков.

Остин дотронулся до кончика носа Мильта.

Мильт не сдавался:

– Чур, мне второй с пузырьками!

У меня получилось заглянуть в комнату Мильта – логово мечты геймера. Там были полки с разными игровыми системами, на стене – три телевизора. Сами стены выкрашены в черный цвет, а шторы задернуты. На главном мониторе приостановлена игра-стрелялка.

– Надеюсь, тебе не нравятся пузырьки на тесте пиццы. Потому что эти дураки готовы драться, как звери, за такой кусочек. – Вместо того чтобы спуститься по лестнице к ужину, Остин продолжил экскурсию. Он подошел к двойным дверям и распахнул их. – Это спальня мамы и папы, где всех нас зачали. И мы стараемся никогда об этом не думать.

Он размашисто обвел рукой вокруг.

Я рассмеялся:

– Это… мило.

Большая комната с двумя шкафами и зоной отдыха. В доме было опрятно, но кое-где все равно валялись кучи хлама.

– Было бы, если бы она была звуконепроницаемой. – Остин закрыл за нами двери. – Ну, вот и весь дом. Двери нужно закрывать, потому что Рокет может пописать на ковер. Она не контролирует себя. Бассейн не откроют, пока не станет теплее, но еще есть джакузи, а за бассейном – игровая площадка.

Он быстро спускался по лестнице, я шел немного медленнее, стараясь не отставать. Когда мы добрались до столовой, я понял, что мест хватает ровно на всех. Ни одного намеренно втиснутого стула.

Я легко влился в атмосферу ужина. Они рассказали мне о себе, но я почти ничего не говорил. Казалось, что у нас так мало общего. Конечно, мне нужно было оказаться здесь, чтобы это понять, в особенности то, как дети шутили со своими родителями, показывало мне, что они ни дня в своей жизни их не боялись.

Я выпил два полных стакана лимонада и съел три ломтика пиццы. Узнал, что Майк работает инженером, но по вечерам любит играть в баскетбол на заднем дворе. Ронна делает что-то своими руками, как и Тедди, они могут потратить кучу денег в «Майклз»[12]. Мильт подрабатывает в местном магазине игр, куда он раньше и сам любил заходить. Он знал, когда выходят самые крутые игры, и они с Остином обычно вместе ходили на полуночные релизы. Остина все обожали за его острый язык и умение шутить. Я понимал, что он не такой, как все, и мне было интересно наблюдать за тем, как остальные принимают его. Казалось, все они знают, что Остин необычный, и любят его таким, какой он есть.

Рокет сидела в ногах, и я ощущал ее теплый нос через ткань спортивных штанов. Заметил, как Тедди протянула собаке немного сыра. Тедди нравились пузырьки на тесте, но, похоже, она терпеть не могла сыр. Каждый кусочек был очищен, так что оставался только соус и хлеб. Оба брата без спроса тянулись к ее тарелке и забирали себе сыр, но все равно оставалось немного для Рокет.

Я откинулся на спинку стула и посмотрел на Майка, который наблюдал за происходящим.

– Ты же знаешь, Тед, что от этого она начинает пукать.

Тедди закатила глаза, напомнив мне Остина.

– Она спит в вашей комнате, так что…

Когда ужин закончился, я встал и отнес тарелку со стаканом на кухню, как и остальные дети. Они стали мыть посуду вместо Ронны, потому что она и Майк ушли на прогулку с Рокет. Я чувствовал себя совершенно бесполезным, пока Мильт не уселся на стул на кухне.

– Играешь в какие-нибудь игры? – Он покрутил прядь волос, упавшую ему на глаза.

– Не то чтобы… У меня не было игровой приставки. – Я засунул руки в карманы. – Только старый Game Boy[13].

– А ходил в игровой зал? – Руки Мильта постоянно двигались, нажимая кнопки на контроллерах.

– Пару раз, когда был маленьким. Но не так уж часто об этом вспоминаю.

Я почесал затылок. Сейчас-то все и всплывет. И то, что у меня едва хватало денег, чтобы оплачивать счета. И то, что мой отец пытался меня убить. Моя непохожесть просочится в их дом. Мне не хотелось чувствовать себя в центре внимания. Мы были примерно одного возраста, но я не привык жить как они. Без каких-либо ограничений. Ничего не боясь. По крайней мере, хотя бы теперь я мог узнать, каково это.

– Ладно. Хочешь попробовать поиграть и найти игру, которая тебе понравится?

Мильт встал со стула, когда Остин и Тедди закончили мыть посуду.

– Конечно.

Я пошел за Мильтом в его комнату. У него было четыре игровых кресла, так что я рухнул на то, что выглядело как баскетбольное кольцо.

Мильт дружелюбно предложил сыграть в баскетбол, сказал, что знает, как мне нравится эта игра.

Изучив управление, мы отлично поиграли. Но потом Майк и Ронна постучали в дверь.

– Привет, мальчики. Рад видеть, что ты привыкаешь, Гейз. – Майк одарил меня широкой улыбкой.

– Можем мы забрать тебя на несколько минут? Просто хотелось бы обсудить кое-какие документы. Судебные дела. – Ронна прижала к груди папку из плотного картона.

Я передал пульт Мильту.

– Спасибо, чувак.

– Всегда пожалуйста. – Он вздернул подбородок, глядя на меня, а затем вернулся к игре.

Ронна и Майк отвели меня в свою спальню. Я начал беспокоиться, что у меня проблемы или что-то в этом роде, но они предложили мне сесть в зоне отдыха, а сами расположились напротив, стулья были расставлены треугольником.

– Как у тебя дела? – Ронна выглядела очень обеспокоенной тем, что я отвечу.

– Пока все отлично. Но мне кажется немного подозрительным то, что все так хорошо. Я чувствую, что скоро что-то произойдет. Как будто должно случиться что-то неправильное. – Я крепко сжал губы.

– Думаю, это не удивительно, учитывая твою ситуацию. И ты наш первый приемный ребенок, так что мы наверняка в чем-то будем ошибаться. – Майк протянул руку Ронне, она с благодарностью пожала ее.

– Будет правильным рассказать, почему мы решили усыновить тебя. – Ронна показала фотографию маленького мальчика, который выглядел как смесь Остина, Мильта и Тедди. – Это Эйбел, наш первенец. Мы все еще скучаем по нему. Он умер, когда я была беременна Остином, и я всегда чувствовала, что в этом доме найдется место для еще одного члена семьи.

Ронна уставилась на фотографию и коснулась бумаги кончиком пальца.

– Мы понимаем, что ты у нас временно, но у нас была свободная комната, и мы хотели, чтобы в ней жил тот, кто и правда в этом нуждается. Так что, я надеюсь, все будет хорошо, пока ты у нас. Мы планировали, что ты поживешь здесь год, а затем миссис Джозефина проверит, как идут дела. Посмотрит, подходим ли мы друг другу, и все такое.

Я был счастлив, что их мотивы оказались искренними, даже несмотря на то, что история их первого ребенка печальна.

– Вот все, что мы собрали для тебя, как небольшое руководство. О том, где находятся вещи, как входить и выходить. Все, о чем вспомнили.

Она протянула мне папку. Я взял ее и поблагодарил их, когда мне показалось, что беседа закончена.