Анастасия Черемушкина – Айлин и королевство теней (страница 8)
– Твоя комната в общей секции, – Уильям вложил мне в руку холодный ключ с номером. – Завтра утром явишься к Мортейну.
Он остановился у входа в жилой блок, глядя на меня с какой-то странной, почти человеческой жалостью.
– Спи, если сможешь, Айлин. Постарайся не спалить Академию Пепла, – усмехнулся он и ушел.
Я вошла в холл, кожей чувствуя взгляды других студентов. Теперь я была одной из них, но правда о моем рождении жгла меня изнутри сильнее любого магического пламени.
Глава 10
На рассвете к замку друидов прибыл кортеж, больше похожий на военный отряд. Из кареты, запряженной четверкой вороных коней, вышла принцесса Лианель. Как и все темные эльфы Юго-Запада, она была воплощением хищной элегантности: пепельная кожа, ледяные глаза и волосы цвета расплавленного золота, уложенные в тугие косы.
Элориан, стоявший на ступенях, почувствовал, как внутри все сжалось от инстинктивного отторжения. От нее пахло не только солью моря, но и терпким запахом темной ворожбы, которая вызывала у него глухую тошноту.
– Мой принц, – Лианель улыбнулась, и в ее глазах, обычно холодных, блеснуло нечто похожее на искреннее тепло. Она приняла его оцепенение за благоговейный трепет влюбленного. – Еще немного, и я бы поверила, что твой отец передумал отдавать мне свое сокровище.
Элориан заставил себя выдавить подобие улыбки, хотя в висках пульсировала пустота. Отец обещал: как только кровь Малахара прольется на камни Замка Теней, чары развеются и черные дыры из сознания уйдут. А пока Лианель была для него лишь чужачкой, чья магия вызывала инстинктивный ужас, и одновременно была его единственным билетом в логово врага.
– Мой отец держит слово, – голос принца прозвучал хрипло.
Лианель доверчиво прильнула к нему, накрыв его ладонь своей. От ее прикосновения по руке Элориана пробежал холод, смешанный с запахом горькой полыни и старой крови. Принцесса была убеждена, что этот брак – венец их тайного романа, который она якобы «помнила» за двоих. Она не знала, что является лишь живым ключом, который должен отпереть ворота Малахара, прежде чем Элориан вонзит клинок в сердце того, кто украл его прошлое.
– Малахар ждет нас через месяц, к полнолунию, – прошептала она ему на ухо, обжигая ледяным дыханием. – Он уверен, что этот союз принесет ему мир с твоим народом. Он и не подозревает, как сильно ты меня любишь, раз готов войти в его обитель теней.
Элориан почувствовал, как, к горлу подкатывает ком. Он использовал ее чувства как щит, зная, что в конце пути ему придется разбить сердце той, кто верит в его преданность.
Глава 11
На следующее утро я проснулась от странного гула в ушах. Внутри меня, где-то в самой глубине души, ворочалась огромная, еще не пробудившаяся сила феникса. Магия еще не вспыхнула в полную силу, но я уже чувствовала ее тяжесть – словно внутри меня дремал вулкан, готовый взорваться в любой момент.
Моя комната в общежитии Академии Пепла казалась клеткой. Стены из серого необработанного камня давили своей холодностью, узкое окно открывало вид на главную башню Академии. Моя кровать с жестким матрасом и тяжелый дубовый стол, заваленный пустыми пергаментами, выглядели чужими. Здесь пахло пылью и старыми заклинаниями, и этот запах дико конфликтовал с тем жаром, который начал пульсировать в моей крови.
Я вышла из комнаты и направилась к кабинету профессора Мортейна. Весь путь через мрачные сводчатые коридоры Академии я ловила на себе опасливые взгляды. Несмотря на то что огонь еще не сорвался с моих пальцев, пространство вокруг меня подрагивало от невидимых волн жара. Я знала, что не сгорю – мое тело было создано для пламени, но от осознания собственной мощи кружилась голова.
Профессор Мортейн ждал меня, окруженный аурой ледяной некромантии. В его кабинете было так холодно, что мое внутреннее пламя инстинктивно сжалось в тугой комок.
– Заходи, Айлин, – его голос прозвучал как шелест сухой листвы. – Король Теней был предельно ясен: твое полное перевоплощение должно быть произведено не позднее одного месяца.
Он указал на край стола, где лежала стопка тяжелых книг и аккуратно сложенная черная форма с ярко-красной окантовкой – символ факультета стихий.
– Забирай это. К обучению приступить сегодня.
Я прижала книги к груди, глядя на свое новое расписание. Поскольку я раньше не училась в Академии магии и не управляла огнем, мои предметы на этот год выглядели как список пыток: концентрация первородной искры; этика разрушения в теневой среде; медитация абсолютного нуля; синхронизация с проводником.
– Твоим наставником назначен Мирз, студент третьего курса темной магии, – добавил Мортейн, и в его голосе проскользнула холодная ирония. – Лоренс, вечером постарайся не испепелить его, он нам еще пригодится.
Я кивнула и вышла из кабинета Мортейна, едва удерживая стопку тяжеленных гримуаров и новую форму, книги предательски поползли в сторону. Но прежде чем они успели рухнуть на холодные плиты, чьи-то сильные руки подхватили их.
– Осторожно, птичка, давай помогу, пока ты не устроила здесь книжный завал, – Уильям широко улыбнулся и легким движением перехватил у меня стопку книг и сверток с формой.
Я лишь выдохнула с облегчением. Он был удивительно сильным: тяжесть от которой у меня затекли руки, казалась для него невесомой пушинкой. Мы направлялись обратно к общежитию, и я пыталась рассмотреть все, но вдруг запнулась.
– Знаешь, птичка, – бросил он через плечо, и в его голосе проскользнула невыносимая, дерзкая усмешка, – я-то думал, что король поручил мне опекать легендарное создание, а передо мной – девчонка, которая спотыкается о собственные ноги.
– Лучше присмотри за своим безупречным мундиром. – парировала я, глядя ему прямо в глаза. – Будет обидно, если я случайно превращу его в пепел при первой же искре.
Уильям рассмеялся – открыто и громко, ничуть не задетый моей колкостью. Мы как раз достигли нужного крыла. Я открыла дверь и пропустила его вперед. Пройдя внутрь, Мирз бесцеремонно свалил книги на стол.
– Язвительность тебе идет больше, чем испуг, – констатировал он, окинув взглядом скудную обстановку комнаты. Затем он развернулся, и его тон внезапно стал деловым. – У тебя ровно пятнадцать минут. Переодевайся. Форма факультетов стихий заколдована под владельца, она не горит и не рвется.
Он направился к выходу, но у самого прохода замер, взявшись за ручку двери.
– Жду за дверью. И не вздумай рассматривать себя в зеркале долго. В столовой сегодня подают запеканку с мясом, я не хочу пропустить ее. После завтрака я отведу тебя в аудиторию на концентрацию первородной искры к магистру Игниусу Кроули. И совет на будущее, птичка: не пытайся читать «Синхронизацию с проводником» до того, как начнутся занятия с профессором Валериусом Мортом. Иначе твои волосы станут того же цвета, что и окантовка на форме, хотя, может красный тебе и пойдет, – усмехнулся он.
Дверь захлопнулась. Я осталась одна в тишине, нарушаемой лишь шорохом ткани – я развернула черную форму. Она казалась почти живой, едва заметно пульсируя теплом под моими пальцами.
Глава 12
Час спустя утренний свет, пробиваясь сквозь пелену вечного тумана, озарил обеденный зал. Замок Ночного Тумана не был построен из камня – он был выращен из черного сланца и костей реликтовых деревьев. Своды зала напоминали грудную клетку колоссального зверя, а стены из темного, влажного дерева пульсировали едва заметным багровым светом, словно по ним текла живая кровь земли. Вместо гобеленов здесь колыхались полотна из серого мха, а воздух был наполнен ароматом хвои, который теперь безжалостно перебивал запах темной ворожбы принцессы.
За монументальным столом из окаменевшего дуба воцарилось тяжелое молчание. Король друидов восседал во главе, окутанный плащом из вороньих перьев. Его глаза, глубокие и холодные, как лесные омуты, изучали гостью.
– В нашем замке утро всегда пахнет грядущей бурей, принцесса, – голос короля Эдриана эхом отразился от «плачущих» росой стен. – Но я рад, что ты прибыла до того, как туман окончательно отрезал путь.
Лианель грациозно пригубила взвар из чаши, и ее золотые косы сверкнули в полумраке, словно чужеродное золото в недрах шахты.
– У Малахара в Замке Теней все застывшее, мертвое, – она бросила томный взгляд на Элориана и коснулась его пальцев своей ледяной ладонью. – А ваша обитель… она дышит. Это пугает и восхищает одновременно. Король Теней уверен, что союз с такими хозяевами жизни и смерти – ключ к мировому порядку.
Элориан смотрел на тарелку, где лежали лесные ягоды и пресный хлеб, но кусок не лез в горло. Под столом его рука инстинктивно сжалась в кулак, когда Лианель подвинулась ближе.
– Малахар ждет не только союза, – продолжила она, понизив голос до заговорщицкого шепота, – он ждет возможности увидеть того, кто сумел покорить сердце его самой верной союзницы.
Король друидов едва заметно кивнул сыну – этот короткий жест означал лишь одно:
– Ваша свадьба состоится через три месяца, – произнес король Эдриан тоном, не терпящим возражений. Его глаза, похожие на застывшую смолу, впились в лицо принцессы. – Традиции Ночного Тумана незыблемы.
Лианель медленно повернула голову к королю, и в ее ледяных глазах промелькнуло нечто властное. Она выпрямилась, становясь похожей на изящную, но смертоносную статую.