Анастасия Черемушкина – Айлин и королевство теней (страница 13)
Мои ладони начало нестерпимо жечь. Искра, которую я еще не научилась сдерживать, почувствовала мой страх и любопытство. Воздух вокруг меня задрожал, наливаясь жаром. Я испугалась: если я сейчас вспыхну, Кроули никогда меня не допустит к лекциям.
– Тише, маленький феникс, – он оказался рядом в одно мгновение. Скорость была нечеловеческой.
Его пальцы перехватили мои запястья. Его кожа пахла лесом, дождем, яблоками и свежескошенной травой. В ту же секунду ревущий внутри огонь вдруг притих, словно встретил своего истинного господина. Его прикосновение было прохладным и властным, оно не гасило мою магию, а мягко укладывало ее в колыбель.
– Ты не наемник, – выдохнула я, пытаясь разглядеть его лицо за тенью. – Ты…
– Сейчас я тот, кто не даст тебе сжечь этот двор, – прошептал он совсем близко к моему уху.
Я вздрогнула, когда тяжелые шаги по брусчатке оборвали магию момента. Моя искра, до этого послушно дремавшая под рукой наемника, испуганно екнула и затаилась.
– Айлин? – холодный, как лед, голос заставил меня обернуться.
Из тени главного корпуса вышел Уильям Мирз. Его лицо было жестким, а торчащая татуировка головы змеи, казалось, ожила, когда он напряг челюсти.
– Уильям… я просто… – я запнулась, чувствуя себя пойманной на месте преступления.
Мирз подошел вплотную, его огромная тень накрыла и меня, и незнакомца. Он бросил на мужчину в кожаной куртке взгляд, полный такого ледяного презрения, что воздух вокруг, казалось, покрылся инеем.
– В чем дело? – спросил он, глядя прямо на меня, полностью игнорируя присутствие наемника. – И что этому человеку нужно от тебя?
Уильям перевел тяжелый взгляд на наемника. В его светлых глазах читалось не только подозрение наставника, но и чистая мужская ревность. Змея на его шее словно приготовилась к броску.
– Свободен, солдат, – процедил он, и в его голосе прозвучала сталь. – Охраняй свои мешки и не смей заговаривать с адептками.
Наемник лишь слегка приподнял бровь. В его смешке было столько скрытой силы, что я похолодела. Он не испугался Уильяма. Он смотрел на этого платинового гиганта как на досадную помеху.
– Идем, – Уильям властно взял меня за локоть и развернул в сторону общежития. – Я провожу тебя до комнаты.
Он вел меня по темным коридорам, и я кожей чувствовала его раздражение. У двери моей комнаты Уильям остановился, загородив собой весь проход.
– Айлин, послушай, – он смягчил тон, – этот человек… в нем что-то не так. Не приближайся к нему. Ты поняла?
Я кивнула, но в воспоминаниях все еще звучал хриплый голос наемника.
Глава 20
Грохот обозных колес и грубый хохот наемников были лучшей маскировкой для того, чья голова оценивалась в целое состояние. Принц Элориан сидел на краю телеги, прислонившись к мешкам с овсом. На его груди, скрытый под слоями грязной ткани, покоился амулет «Пустоты» из Дерева Скорби – древний артефакт, который не просто скрывал темного друида, но и менял черты его лица, превращая в обычного вояку.
В кармане лежали безупречно подделанные бумаги на имя наемника Рика из вольных земель. Даже самый дотошный патруль Центрального королевства не заподозрил бы, что за этим уставшим взглядом скрывается огромная мощь древнего рода.
– Эй, Рик! – крикнул старший обоза, когда впереди замаячили полосатые столбы границы Западного королевства. – Едва перевалим через хребет, встанем на привал. Там эль знатный.
– Удачи вам с элем, – отозвался Элориан, спрыгивая на землю, как только пограничный пост остался позади. – У меня здесь в поселении дельце нарисовалось, старый должок. Дальше я сам.
Наемники лишь понимающе ухмыльнулись, решив, что парень просто нашел способ увильнуть от дежурства. Как только последний фургон скрылся за лесистым холмом, Элориан рванул цепочку амулета. Маскировка спала мгновенно: воздух вокруг задрожал от вернувшейся магической силы.
Он не собирался трястись в телеге еще три часа по извилистому серпантину.
Темная энергия окутала его фигуру, превращаясь в вихрь теней. Кости удлинились с глухим хрустом. Из лопаток вырвались мощные перепончатые крылья, а кожа превратилась в обсидиановую чешую. Секунда – и на поляне стоял дракон, чей взор пронзал туман.
Взмахнув огромными крыльями, Элориан взмыл в небо, поймав восходящий поток. С высоты птичьего полета он видел, как медленно ползет внизу наемничий обоз. Оставив их далеко позади, принц взял курс на Замок Ночного Тумана.
Черные крылья рассекали густой туман, пока впереди не выросли монолитные стены из черного сланца. Замок Ночного Тумана казался продолжением скал, мрачным и незыблемым. Элориан сложил крылья, пикируя на личную террасу, скрытую от глаз стражи. Едва его когти коснулись холодного камня, чешуя начала таять, впитываясь в кожу, и на плиты ступил человек.
Элориан выпрямился, разминая широкие плечи. Это был статный, мощный мужчина, чья физическая сила подчеркивалась каждым движением. Темные, как вороново крыло, волосы были растрепаны ветром, а в глубоких карих глазах отражалось беспокойство.
Он прошел в свои покои, бросив ненужный теперь амулет на резной стол, и тяжело опустился в кресло. Перед глазами стоял образ Айлин. Ради этого мимолетного шанса увидеть ее – он унижался, трясясь в обозе и пряча истинную суть под личиной наемника. Ему удалось перекинуться с ней лишь парой слов, прежде чем верный пес короля Малахара увел ее в общежитие.
Элориан коснулся висков. Она сказала, что его голос ей знаком. Голос – единственное, что артефакт не смог исказить. Тот факт, что она вспомнила его интонации, означал одно: они уже общались до того, как его память была безжалостно стерта.
В сознании на месте черных дыр вспыхивали и гасли рваные образы, лишенные звука, словно немое кино из прошлой жизни: поле друидов, лунный свет; искаженная морда демона и его безмолвный, но ощутимый рев, сотрясающий воздух; и самое болезненное – дикий испуг в глазах Айлин, смотрящей на него так, будто он был ее единственной надеждой.
«О чем мы говорили? Что произошло на Земле? Неужели этого демона призвал действительно я? Мои ли это воспоминания?» – пульсировало в голове принца.
Элориан мерил шагами покои, и каждый его шаг отзывался тяжелым эхом в тишине замка. Он остановился у окна, глядя на колышущееся море тумана. Мысль кристаллизовалась мгновенно: память возвращается только с ней.
– Если короткий разговор в образе наемника пробил брешь в стене пустоты, – прошептал Элориан, сжимая кулаки, – то новая встреча может вернуть все.
Элориан бросил взгляд на карту королевств. Ему нужен план, официальное поручение, прятаться за личиной больше не хочется рядом с ней.
Глава 21
Третий день в Академии Пепла начался не с величественного звона колокола, а с ощущения, что меня переехал тот самый обоз с незнакомцем. Когда я откинула одеяло, каждая мышца взвыла. Два дня в подземельях у профессора Блэквуда не прошли даром: махать лопатой, перебрасывая горы угля, и одновременно филигранно раздувать пламя своей магией, чтоб котлы держали нужную температуру… это вам не искры из пальца высекать. Руки дрожали, а спина, казалось, превратилась в кусок обожженного дерева.
– Айлин, ты там жива? – раздался голос Селесты застывшей у двери моей комнаты.
– В теории – да, на практике – я теперь часть этого каменного пола, – прохрипела я, сползая с кровати.
Кое-как приведя себя в порядок, я первым делом вытащила тетради из шкафчика стола.
– Держи, Сел. Спасибо огромное. Я из-за этой кочегарки так много пропускаю.
Она кивнула, забрав тетради, и мы направились на завтрак.
В столовой, за порцией обжигающего кофе, мир стал чуть менее серым. Мы пристроились за угловым столом, и тут к нам подсела девушка с копной ярко-рыжих волос, от которой буквально веяло жаром. Оказалось, это Элара, наша однокурсница с факультета огня. На нашем факультете большинство учащихся были с красными и рыжими оттенками волос, не знаю, насколько этот цвет натуральный, возможно, как говорил Уильям, они начали читать учебник «Синхронизация с проводником» без профессора Морта и их волосы превратились в цвет окантовки.
– Здесь не занято? Я Элара, а вы Айлин и Селеста? – усмехнулась она, протягивая руку ко мне. – Отработку проходишь у Блэквуда? Говорят, он настоящий тиран. Я сегодня тоже с тобой пойду. Кроули и меня наказал.
Мы быстро разговорились. Оказалось, у нас с Эларой общее чувство юмора и общая ненависть к ранним подъемам. Кажется, у меня в этом мрачном месте становится все больше друзей.
Не успели мы с Эларой и Селестой допить кофе, как в столовой воцарилась тяжелая тишина. Я обернулась и увидела Мирза.
Его платиновые волосы в тусклом свете столовой казались почти серебряными, сейчас прямо как у самого Малахара. Он шел к нашему столу, не удостаивая взглядом никого вокруг.
Остановившись прямо передо мной, он даже не поздоровался.
– Птичка, слушай внимательно, – его голос был сухим и холодным. – Завтра мы должны быть на обеде в Замке Теней. Раз выходные начинаются завтра, то выезжаем сегодня.
Я замерла. Замок Теней? Сам Малахар? После его угрозы жутковато возвращаться ни с чем.
– Тренировка как обычно, перед ужином, – отчеканил он, игнорируя мой ошарашенный вид. – После ужина – выезд.
В этот момент я заметила, как Элара буквально застыла. Она не сводила с Уильяма восхищенного взгляда, ее щеки раскраснелись пуще прежнего. Она даже подалась вперед, пытаясь поймать его взгляд: