Анастасия Аристова – С тобой сквозь века (страница 40)
– Тише, тише, - проворковал Стар, беря мою руку и крепко сжимая ее. – Тебе нужно отдохнуть. Ты слишком впечатлительная.
Я еще раз окинула взглядом комнату. Все здесь кричало о богатстве и безвкусице. Тяжелые бархатные шторы цвета бордо, массивная мебель из темного дерева, картины в золоченых рамах, изображающие сцены охоты.
– Где я? – прошептала я
– Ты у меня, милая, - промурлыкал Стар, наклоняясь ближе. – После… казни…ты потеряла сознание. Я принес тебя сюда. Ты нуждалась в заботе и… внимании. Теперь ты моя. Не Одриана, а моя!
От его слов все во мне сжалось. Значит, это все правда. Мне так не хотелось в это верить, но получается, что Одриан действительно мертв. Я почувствовала, как в уголках глаз начали скапливаться слезы. Хотелось завыть. Кричать. Богиня Луноликая, бабуля, ну за что ты так со мной? Мне было жаль себя, жаль его и жаль, то чего не случилось с нами. Я громко всхлипнула и попыталась вырвать руку из его хватки, но Стар держал крепко.
– Отпусти меня, - прохрипела я.
– Ну что ты, милая, - Стар усмехнулся, его глаза блеснули недобрым огнем. – Я же хочу как лучше. Тебе нужно прийти в себя. Одриан… он оставил тебя. А я здесь, рядом. Готовый утешить.
От его слов меня затрясло. Как он смеет говорить об этом? Как смеет прикасаться ко мне после всего произошедшего? Ярость прокатилась по телу, заставляя кровь кипеть в венах. Тьма, ранее сдерживаемая, мною вырвалась из- под контроля, потянулась к мужчине, желая отнять жизнь. И я была с ней согласна. Я предвкушала его смерть, желала ее.
Она выплеснулась из меня, как черный дым, густой и живой, потянулась к Стару - к его глазам, ко рту, к той ядовитой усмешке, что все еще кривила его лицо.
– Что за? – он резко отпрянул, но было уже поздно.
Тьма впилась в него.
Она заполнила его рот, проникла в ноздри, закрутилась вокруг шеи. Стар закашлялся, его пальцы судорожно вцепились в горло, будто пытаясь оторвать невидимые путы.
Я наблюдала и чувствовала удовольствие.
– Ты... не можешь... – он хрипел, его лицо становилось багровым.
– Я могу, – прошептала я, поднимаясь с кровати. - Именно ты виновен в смерти Одриана. – голос мой звучал грубо и резко.
Тьма сгущалась, сжимая его, как удав.
Но вдруг послышался тихий стук, и дверь в комнату распахнулась. На пороге стояла Изольда. Не отводя взгляда, я рассматривала ее: бледное лицо, белые, словно снег, волосы, спадающие тяжелыми прядями на траурное платье. Но больше всего поражали ее глаза - голубые, горящие холодным, нечеловеческим огнем.
– Оставь его, Дрейя.
Стар, все еще борющийся с моими тенями, дико закашлялся, пытаясь что-то выкрикнуть.
Изольда сделала шаг вперед.
– Он не стоит твоей тьмы.
Я вздрогнула, ее слова напомнили о самом главном: ни смотря ни на что, мне нельзя терять душу. Сосредоточившись, призвала тьму к себе. Она, послушно повинуясь, отступила от Стара, оставив его задыхающимся на полу, с багровым лицом и безумным взглядом.
Я снова посмотрела на девушку, она так и осталась стоять, больше ничего не говоря и лишь сейчас я заметила в ее глазах печать. Она, также как и я, сегодня потеряла родного человека.
Я отвела взгляд, переводя его на Стара. Он же, придя в себя, сел. В его устремленном на меня взгляде читалась ненависть и страх. Наконец он встал и, чуть покачнувшись, произнес:
– Нет, Дрейя, не думай, что ты победила. Я, конечно, не знал о той силе, что есть у тебя, но и на нее найдется управа. Ты будешь моей! Фольварк уже мой. И ты тоже будешь. Все, все будет моим. Клянусь. - развернувшись в сторону выхода, он сделал два резких шага и остановился около Изольды:
– А ты готовься, дорогуша, к своей первой брачной ночи. Сейчас я вынужден уехать, но когда вернусь, - Стар злобно сверкнул глазами и, толкнув Изольду плечом, вылетел из комнаты, хлопнув дверью так, что задрожали стекла.
В повисшей тишине, я сидела не двигаясь и смотрела туда, где только что стоял Стар. Его слова эхом отдавались в голове, обжигая сознание. "Фольварк уже мой… И ты тоже… Все будет моим…" Ярость вновь попыталась захлестнуть меня, но присутствие Изольды заставило сдержаться. Я посмотрела на нее и встретилась с ее пронзительным взглядом. В ее глазах не было ни сочувствия, ни жалости. Лишь холодная отстраненность. И в этой отстраненности я увидела отражение собственной боли, собственной потери. Между нами возникло негласное понимание. Мы обе потеряли все.
– Дрейя, – произнесла она мое имя неожиданно для меня, - Если ты готова бороться за земли и за то, что Одриан создавал, не жалея сил, то иди за мной.
Глава 61.Почему я должна доверять тебе?
– Подожди, – резко остановила Изольду я. Она уже намеревалась покинуть комнату, но на мой окрик остановилась. – Почему я должна доверять тебе?
Изольда обернулась, на спокойном лице не отразилось ни одной эмоции, она холодно произнесла:
– Можешь не доверять, но если ты не хочешь превратиться в монстра, последуешь за мной. У тебя всего один шанс, Дрейя.
Я скрестила руки на груди, оценивая ее. В голове метались противоречивые мысли. Она права, я чувствовала, как боль во мне нарастает, а вместе с ней и тьма. Мне было так плохо, скорбь и печаль разъедали душу. Даже мысль о ребенке не спасала, а наоборот еще больше угнетала, так как я не только себя подвергала опасности, но и его. Плохая я мать. Я снова почувствовала как в уголках глаз скопились слезы. Сжав ладони в кулаки, грубо выпалила:
– Зачем тебе это, Изольда?
– Спасая тебя, я спасаю себя. - она подошла ко мне и взяла за руку.
Перед мысленным взором вспыхнуло видение, от которого кровь застыла в жилах. Изольда, с опущенной головой, сидела прямо на полу. Ее белоснежные волосы растрепались и слиплись от крови. На теле разодранная ночнушка и бесчисленное количество ран и кровоподтеков. А над ней, расставив ноги, возвышался Стар. Его ухмылка растянулась до ушей, в глазах, горящих лихорадочным блеском, читалось нечто большее, чем просто злорадство - это было наслаждение от абсолютной власти.
– Ну что, моя невеста? – его голос в видении прозвучал приторно-сладко. - Готова признать, кто теперь хозяин в этом доме? Изольда подняла голову. Ее глаза были полны... страха? Нет - животного, первобытного ужаса.
Она открыла рот, будто желая что-то сказать, но в этот момент видение резко оборвалось.
Непроизвольно я отшатнулась от Изольды, тихо произнося:
–Ты видишь будущее?
– И будущее, и прошлое. Это мой дар, и мое проклятие. Я видела это уже неоднократно, но каждый раз будто впервые. И каждый раз меня охватывает ужас от происходящего в моем видении. Я видела, как он убивает меня, Дрейя, – прошептала она, и ее голос дрогнул. – Что я только ни делала, чтобы изменить видение, но оно преследует неотступно с тринадцати лет. Единственный раз, когда оно изменилось, когда я увидела тебя. Твоя тьма в видении защитила меня.
Ее слова не убедили меня, а скорее наоборот:
– Ты хочешь использовать меня как щит. А если я откажусь? – я видела, что Изольда не договаривает и мне это не нравилось.
Девушка медленно подняла ладонь и снова взяла меня за руку. И опять видение. Я, стоящая над колыбелью, тьма клубится вокруг меня, а в колыбели... Я отвернулась, не в силах смотреть, выдергивая свои ладони из ее.
– В твоем сердце поселилась боль, которая никак не найдет выход. Именно эта мука предоставит возможность твоей тьме властвовать над тобой.
В словах Изольды была правда. Я чувствовала себя загнанной в угол. С одной стороны – надвигающаяся тьма, грозящая поглотить меня и моего ребенка. С другой – ее пугающие видения. Но как я защищу девушку, и не утону во тьме? Казалось, что Изольда лишь использует меня для своей выгоды.
– У меня все равно не складывается. У тебя есть брат, почему ты не обратишься к нему за помощью?
Девушка лишь отрицательно покачала головой:
– У меня нет времени объяснять тебе все, нам надо идти. – Изольда поджала губы, в ее глазах мелькнула тень, словно она перебирала в голове некие доводы. А затем она резко взяла и обхватила мои запястья, быстро произнося клятву:
– Великая богиня Луноликая, прими мою клятву. Я обещаю служить Дрейе как тебе, никогда не подвергать опасности и делать все возможное, чтобы сохранить жизнь ей и ее ребенку.
На мое удивление, я увидела, как на запястьях Изольды вспыхнули метки клятвы, обвивая ее руку.
Внутри меня все перевернулось. Клятва! Она принесла клятву верности мне! Этого не могло быть. Изольда только что связала себя со мной узами, которые нельзя разорвать. Зачем? Почему она так рискует?
– Что ты наделала?! - выдохнула я, пытаясь осознать произошедшее. – Ты понимаешь, что теперь твоя жизнь зависит от меня? Что если я захочу использовать тебя, причинить боль?
Изольда отпустила мои руки. Она смотрела мне прямо в глаза, в ее взгляде не было ни страха, ни сожаления, только решимость.
– Я знаю, что делаю, Дрейя. И потом, у меня просто нет другого выхода. Время истекает, и мы обе в опасности. Поверь мне, это единственный шанс на спасение.
Медленно я кивнула, принимая решение:
– Хорошо, веди. И говори, что мне нужно сделать?
– Тебе нужно спасти отца Одриана, он часть нашей защиты. Только ты можешь договориться со смертью.
Я снова посмотрела на Изольду. Откуда она все это знает? Сомнения снова зашевелились, словно ядовитые змеи, но клятва все меняла.