Анастасия Аристова – С тобой сквозь века (страница 42)
Меня поволокли мимо бочек с солониной. В нос ударил густой смрад — смесь человеческих испражнений, болезни и отчаяния.
Когда люк открылся, волна вони сбила с ног. В полумраке десятки глаз сверкали, как у затравленных зверей.
– Места хватит всем! — гаркнул охранник, толкая меня вниз.
Я рухнул на гнилую солому, поднялся и прижался к стенке.
Где-то над нами скрипнули доски — капитан шагал по палубе, напевая похабную песню.
– Когда мы отплываем? - задал вопрос не кому-то конкретно и, если честно, не ожидал услышать ответа.
– С рассветом. В Судал. - раздался мужской голос в темноте. – Там арена. Они бросят нас в яму с голодными тварями на потеху толпе.
Об этом королевстве я слышал, но совсем немного, оно было довольно далеко от нас, и путь от него в наш фольвар проходил через горы, поэтому люди пользовались морем.
– Как долго до Судала?
– Месяц, если повезёт.
Срок был приличный. Сбежать во время плавания? Бессмысленно.
Я не ориентировался в море — даже если украду шлюпку, меня быстро настигнут. Да и этот проклятый ошейник, не факт, что сам смогу его снять. Оставался один вариант: дождаться прибытия. Как только корабль пришвартуется, а с меня снимут ошейник — я исчезну в первых же переулках портового города. Но если экипаж решит сделать промежуточную остановку...Тогда стоит рискнуть.
Я громко выдохнул. Я сам виноват, что все так вышло. Брат. Я упрямо отказывался видеть в нём врага, хотя каждый его взгляд, каждое слово кричали об обратном. Он ненавидел меня. Все говорило о том, что он в любой момент может воткнуть мне нож в спину. Я должен был, что-то с этим сделать. Убить, конечно, я его не мог, но отправить подальше, на границу, под благовидным предлогом... это было возможно. Я не сделал этого. Я ошибся, а Дрейя будет расплачиваться за мою слабость. Как она справится с моей потерей? Мне было невыносимо от мысли, что она испытывает боль.
Я закрыл глаза и впервые за долгое время... начал молиться. Я просил Луноликую защитить Дрейю, просил сделать так, чтобы она дождалась меня. Я вернусь. Обязательно. Неожиданно для себя я уснул, и во сне я видел Дрейю.
Глава 64. Пошел вон!
Я стояла на самом краю. Подо мной зияла пустота, а вокруг — лишь переплетение верёвок и потрёпанных ветром темных полотнищ. Паруса? Такелаж? Я рискнула взглянуть вниз, и у меня перехватило дыхание. Вода. Безбрежная, безжалостная, она простиралась до самого горизонта. А внизу, разрезая свинцовые волны, медленно плыло судно. Его острый нос, словно кинжал, вонзался в пену, оставляя за собой рваный след.
Как я здесь оказалась? Я никогда в жизни не видела настоящих кораблей - только пожелтевшие гравюры в старых книгах. Пальцы судорожно впились в края обзорного места, в котором я стояла. Воронье гнездо, так, вроде, моряки называют его? Я огляделась и увидела, что чуть ниже, на рее, качаются свёртки из парусины. По силуэтам можно было понять, что это не просто груз. Тела? Комок подкатил к горлу. Пиратское судно?
– Дрейя, – я различила голос, от которого вздрогнула, так как думала, никогда его больше не услышу. Я обернулась.
Передо мной, здесь, в этом вороньем гнезде стоял Одриан. Слёзы хлынули сами собой, горячие и неудержимые. Я тихо всхлипнула.
– Тише, Дрейя, – он шагнул вперёд, и вдруг его руки обняли меня так крепко, что перехватило дыхание.
Я прижалась к его груди. Не смела говорить. Не смела даже дышать. Лишь бы этот миг не закончился. Лишь бы не проснуться.
– Это сон, – наконец выдохнула я.
– Да, сон, – произнес Одриан, я почувствовала, как он легко касается моих волос губами.
Я еще раз всхлипнула и произнесла то, что лежало тяжелым грузом у меня на душе:
– Прости, Одриан, я так и не успела тебя оплакать.
– И не надо. Я жив, Дрейя.Я отпрянула, заглядывая в глаза. Как и раньше, он улыбался мне. Но когда я открыла рот, чтобы возразить, пространство вдруг сжалось, растворяя образ Одриана, тьма поглотила меня, и тогда я услышала тихий, едва различимый хриплый шепот:
– Помоги мне, Дрейя...– Помоги...
А затем я услышала другой голос, но уже знакомый:
– Тьма не только убивает, дитя мое, тьма может и защищать. Используй ее, у тебя достаточно силы духа, чтобы она не поглотила тебя.
– Бабуля?.. – вырвалось у меня прежде, чем сознание осенило. "Нет... Луноликая!"
– Но мой ребенок, он может погибнуть!
– А кто сказал, что твой ребенок слаб и не выдержит твоей тьмы?
Я не успела ответить, снова послышалось:
– Дрейя, спаси…– голос пробирал до дрожи, просачиваясь в сознание сквозь пелену сна.
Я резко распахнула глаза, и мир взорвался болью – яркий свет впился в зрачки, заставив зажмуриться. Я громко застонала.
– А, проснулась, как раз вовремя, - голос неприятно врезался в сознание. Зная, кому он принадлежит, я повернула голову, и от картины, которая открылась мне, стало дурно. Изольда. Она сидела на полу, прижавшись спиной к стене. Ее платье было разорвано, везде на ногах и руках виднелись синяки и ссадины. На запястьях темнели кровавые подтеки – точь-в-точь, как в том видении, которое она мне показывала.
Нужно остановить это. Сейчас же! Сжав зубы, я неуклюже приподнялась на локтях. Тело горело, будто кто-то выжег мне все мышцы изнутри.
– Всевышний, Стар, – простонала я, – неужели тебе того раза не хватило, чтобы понять, что со мной не стоит связываться?
Он гадко хохотнул и направился ко мне:
– Что ты сделаешь мне, Дрейя? Ты же слаба, как ребенок, я же вижу. - он схватил меня за шею и больно впился пальцами. Боль пронзила тело, отдаваясь в висках бешеным стуком.
– Это будет мой триумф, – он наклонился, обдавая мои губы своим дыханием, - Все, что было у Одриана... теперь мое. Всё.
Ответом на его слова был мой пристальный взгляд, а затем я тихо произнесла:
– Ты сам виноват в том, что сейчас произойдет с тобой. – я на мгновение прикрыла глаза, а когда распахнула их, в них горела тьма, чистая и неприкрытая.
Я сжала кулаки, чувствуя, как что-то тёплое и тяжёлое поднимается из глубины грудной клетки. Это была не просто ярость. Это было что-то древнее. Оно несло разрушение, но вместе с этим и удовольствие, понимание своей неуязвимости.
Я не Одриан, прощать не собираюсь. - прошептала я. Голос звучал странно - будто говорили одновременно двое: я и тот, кого давно называли темным правителем.
Я снова прикрыла глаза, взывая к тьме, мысленно приказывая ей разжать пальцы Стара на моей шее.
– Что ты... – начал он и тут же замолчал. Я ощутила, как рука Стара исчезла с моей шеи, тогда я открыла глаза. Передо мной стояло нечто ужасающее. Тень. Огромная, бесформенная, она пульсировала вокруг Стара, обволакивая его, как кокон.
– Убивать нельзя, – произнесла я резко. Не знаю, к кому именно эти слова относились ко мне или темной магии, которая уже готова была его поглотить.
Что же мне с тобой делать?
Моя тьма замерла, дрожа на грани послушания и ярости. Она обвивала Стара, как удав свою добычу. Мужчина хрипел и судорожно хватался за ворот своей туники.
Какой ты жалкий, – тихо произнесла, чувствуя, как тьма внутри меня отвечает волной презрительного согласия.
Ты хотел того, что принадлежало Одриану? - мой голос эхом разнесся по помещению, – так знай же, ты никогда этого не получишь, пока я жива. – Все, что принадлежало Одриану унаследует его прямой наследник, наш с ним ребенок. И, поверь, ты никогда не сможешь причинить ему вреда. Отныне моя тьма будет преследовать тебя. Я буду знать о каждом твоем шаге, о каждом твоем слове. За любое твое слово или действие, несущее зло последует наказание. Сейчас я освобожу тебя, и ты тут же покинешь земли фольварка. Если же ты ослушаешься меня, я прикажу тебя убить.
Прикрыв глаза, я велела тьме отступить. В висках застучало, и голову пронзила острая боль. Тьма не была согласна с моим решением, но вынуждена была отступить.
Послышался приглушенный звук падения и тихий стон. С трудом я разлепила глаза. Стар сидел на полу и, потирая шею, затравленно смотрел на меня.
– Пошел вон! – зарычала я, чувствуя, как силы покидают меня. Уже на грани сознания я видела, как мужчина буквально вылетел за дверь.
Глава 65. Я сражусь с каждым
Я сидела за массивным дубовым столом Одриана, пальцы бессознательно сжимали край столешницы, пока взгляд блуждал по пожелтевшим картам и донесениям, разложенным передо мной. Не было ни минуты, чтобы я не вспомнила об Одриане, о его теплых руках, о его улыбке. Душа рвалась на части, мне так его не хватало. На глаза снова навернулись слезы, но я стиснула зубы и перевела взгляд на карту. Расслабляться нельзя, слезы подождут. Мне надо было решить, что делать дальше, чтобы сохранить фольварк. Я была уверена, что у Стара в поселении были союзники. Он не отступится, не своими руками, значит, чужими попытается завладеть землями.