Anastasia Ponamareva – «Дистиллят». Книга тишины (страница 14)

Он посмотрел на меня странным взглядом, но ничего не сказал. Просто кивнул и пошёл к барной стойке — проверять, всё ли на месте.

Через полчаса подтянулись остальные. Лана пришла с бумажным пакетом, из которого пахло свежей выпечкой — она жила над булочной и договорилась с пекарем о скидке. Мия принесла старую книгу в кожаном переплёте — «Реестр эликсиров», который она составляла последнюю неделю, переписывая рецепты Агафона каллиграфическим почерком. Агафон явился последним, ровно в восемь, как всегда. В зелёном берете, с тростью, с неизменной улыбкой в усах.

— Ну что, — сказал он, оглядывая нас. — Готовы?

Мы переглянулись. Валера сжимал в руках полотенце, которым протирал бокалы. Лана прижимала к груди пакет с выпечкой. Мия держала книгу, как щит. Я стояла у окна, в старом халате с пятнами краски.

— Готовы, — ответила я.

Агафон кивнул, подошёл к двери и перевернул табличку.

«Открыто».

---

Первый посетитель пришёл в десять часов семнадцать минут.

Я запомнила время, потому что смотрела на часы, думая, не пора ли начинать волноваться. Валера уже успел трижды протереть бокалы, Лана переставила фужеры с восточной стены на западную и обратно, Мия дописала «Реестр» и начала составлять алфавитный указатель. Агафон сидел в кресле у камина (камин ещё не топили, но он всё равно сидел) и читал старую газету.

Колокольчик над дверью вздохнул.

Мы все замерли. Валера выронил полотенце. Лана ахнула. Мия захлопнула книгу. Агафон опустил газету и улыбнулся.

На пороге стояла женщина. Лет сорока, уставшая, с кругами под глазами. В руках она сжимала лицензию — я видела, как дрожат её пальцы. На лицензии красовалась цифра «2».

— Здравствуйте, — сказала она тихо. — Мне сказали, что здесь… помогают. Тем, у кого дар.

Я шагнула вперёд.

— Помогаем. Проходите.

Она вошла — осторожно, будто боялась, что её прогонят. Огляделась. Задержала взгляд на стеллажах с эликсирами, на барной стойке, на камине.

— Что вам нужно? — спросила я.

Она посмотрела на меня. В её глазах стояли слёзы.

— Я не знаю. Я просто… чувствую что-то. Внутри. Как будто что-то просыпается. И я не знаю, что с этим делать. Мой муж говорит, что это ерунда. Дети боятся. А я… я боюсь больше всех.

Я взяла её за руку. Она вздрогнула, но не отдёрнулась.

— У меня нет цифры, — сказала я. — Приборы не видят мой дар. Но я слышу тишину. И я слышу вас. Вы не одна. Садитесь.

Я усадила её за столик у окна. Валера, опомнившись, начал смешивать коктейль — лёгкий, успокаивающий, на основе «Утренней росы». Лана поставила перед ней хрустальный фужер — тот самый, который пел громче всех. Мия открыла свой «Реестр» и нашла рецепт, который мог помочь.

Агафон просто сидел у камина и улыбался.

Женщина выпила коктейль. Закрыла глаза. А когда открыла — в них больше не было страха. Только усталость. И что-то ещё. Надежда?

— Спасибо, — прошептала она. — Я приду ещё. Можно?

— Можно, — ответила я. — Мы работаем без выходных.

Она ушла. Колокольчик над дверью вздохнул ей вслед.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Валера улыбался, всё ещё сжимая шейкер. Лана прижимала руки к груди, будто боялась, что сердце выпрыгнет. Мия закрыла «Реестр» и погладила кожаный переплёт. Агафон отложил газету и подошёл к нам.

— Ну вот, — сказал он. — Началось.

Я посмотрела в окно. Бродячий пёс всё ещё копался в мусорном баке. Солнце поднялось выше, и его лучи заливали улицу золотым светом. Две луны на небе уже побледнели, но всё ещё были видны — одна яркая, вторая бледная, верная.

— Началось, — повторила я.

И улыбнулась.

---

До вечера пришло ещё несколько человек.

Молодой парень с «тройкой», который не мог контролировать свой дар — предметы вокруг него то и дело меняли цвет. Старушка с «единицей», которая умела находить потерянные вещи, но не знала, как этим пользоваться. Девочка-подросток с «четвёркой», которая слышала мысли растений и сходила с ума от их бесконечного шёпота.

Каждому мы давали то, что им было нужно. Кому-то — эликсир, успокаивающий дар. Кому-то — просто тишину и возможность выговориться. Кому-то — совет Агафона, который, казалось, знал ответы на все вопросы.

К вечеру я валилась с ног. Но внутри меня пела тишина. Она была полна. Полна голосами тех, кто приходил. Полна их благодарностью. Полна смыслом.

Когда последний посетитель ушёл, мы сели за стойку. Валера разлил по бокалам что-то лёгкое, не магическое — просто вино, которое Лана нашла в подвале. Мы выпили молча, каждый думая о своём.

— Это только начало, — сказал Агафон. — Дальше будет больше. Город полон тех, кто не знает, что делать со своим даром. Тех, кто боится. Тех, кто прячется. Они все придут сюда.

— Мы справимся, — сказала я.

— Знаю, — он улыбнулся. — Потому и выбрал тебя.

Я посмотрела на свою команду. Валера, который больше не прятал руки. Лана, которая улыбалась, слушая пение фужеров. Мия, которая гладила корешок своего «Реестра». Агафон, старый и мудрый, как сама земля.

И я. Хранительница тишины. Администратор «Дистиллята».

За окном стемнело. Две луны висели над городом — одна яркая, вторая бледная, верная. Они смотрели на нас, и мне казалось, что они одобряют.

— Завтра продолжим, — сказала я.

И мы продолжили.

Вкладка 13

Часть вторая. Становление

---

Глава 11. Лицензия

Валера

«Цифра на бумаге не делает тебя тем, кто ты есть. Она просто показывает то, что уже внутри. А что с этим делать — решать тебе».

Агафон

---

Пункт тестирования располагался в старой поликлинике на окраине.

Я шёл туда пешком, хотя можно было на автобусе. Хотелось оттянуть момент. Хотелось подышать. Хотелось убедить себя, что ничего особенного не происходит — просто ещё один день, просто ещё одна очередь, просто ещё одна бумажка, которую положат в карман и забудут.

Но внутри меня горел огонь. Он знал: сегодня всё изменится.

Очередь тянулась вдоль всего коридора. Люди стояли, переминались с ноги на ногу, нервно поглядывали на часы, на дверь кабинета, на соседей. Кто-то болтал без умолку, пытаясь заглушить страх. Кто-то молчал, уставившись в одну точку. У некоторых я видел слабое свечение — голубоватое, серебристое, золотистое. У других — ничего. Как у меня.

Я встал в конец очереди и приготовился ждать.

Передо мной стояла женщина лет тридцати с маленькой девочкой. Девочка держала в руках плюшевого зайца и то и дело поднимала голову, глядя на мать.

— Мам, а что там будут делать?

— Проверять, есть ли у нас магия.

— А если есть?

Женщина вздохнула.