Анабель Ви – Мир медного солнца. Книга 1. Мальчик, найденный в буре (страница 2)
– Там кто-то есть, на деревьях! – крикнул он, и порыв ветра опасно швырнул морские брызги ему в лицо. Нога Ксерка заскользила, он понял, что теряет равновесие, и, хотя вполне мог бы сесть на дно лодки, вдруг специально нагнулся и прыгнул за борт. Его подчиненные засуетились, пытаясь выловить капитана, но тот уверенно поплыл к берегу.
Обескураженные и взволнованные, спасатели поднялись на палубу корабля.
– Ко всем чертям Дикого моря, где наш капитан?! – взревел Глурк, оглядывая вымокших мужчин.
– Он упал за борт, но не пожелал, чтобы его вытащили. Уплыл на остров. Там кто-то остался на деревьях.
– На каких, чтоб вас, деревьях?! Эти пальмы хорошо гнутся в непогоду, но не выдержат веса даже подростка! – бушевал Глурк. – Какого дьявола вы вообще вернулись без него?
– Старшина, лодку мы бы не смогли развернуть в таких волнах, сами понимаете… Разрешите использовать спасательный мореход, я отправлюсь за капитаном и верну его, – вызвался один из вернувшихся спасателей.
Глурк злобно зыркнул на него и послал одного из своих лучших помощников, опытного моряка Роша.
– Вам я больше не доверяю! – буркнул он. – Оставить капитана в объятиях этой коварной стервы (так он любил называть море) и самим уплыть на корабль!.. – Глурк не закончил фразу, лишь обеспокоенно покачав головой.
Время тянулось мучительно. Проходили минуты, но никто не дергал за канаты, свешенные с палубы до самой воды. Обеспокоенные жители По передавали историю о Ксерке из уст в уста, пока все полсотни человек не узнали о случившемся.
– Тут либо чудесное спасение, либо смерть, – рассуждали люди, а Глурк только все больше хмурился.
– Кого мог увидеть Ксерк? – спрашивали у рыбаков моряки.
– Из восьми пропавших мы знаем о трех погибших. Еще одна лодка вышла в море засветло и вовсе не пристала к берегу, там было два рыбака: Ардит и его сын Куп. Значит, мы знаем о пятерых наверняка погибших, – рассуждал убр, избранный глава поселения. Какая-то женщина рядом всхлипнула.
– Ну а те трое, кто они были? – спросил нетерпеливо Глурк. Убр уже хотел ответить, но тут моряки бросились к борту.
– Канат, канат дернулся! – закричали они. Вскоре спасательный мореход был прикреплен к борту корабля. Запыхавшийся и вымокший до нитки Рош забрался на палубу. За ним следовал Ксерк: с поцарапанной щекой, но широко улыбающийся, будто побывал в раю. На спине у него сидел мальчик лет четырех и удивленно оглядывал всех собравшихся.
– Спасен… Спасен! – только и произнес Ксерк, став от этого еще счастливее. Моряки заухмылялись и не сразу обратили внимание на недоуменные лица рыбаков.
– Что-то не так? – спросил убра поселения Глурк.
– Этот… Этот мальчик не с нашего острова, – ответил негромко рыбак.
ВОЛЯ КОРОЛЯ
Рыбаки с острова По так и не смогли объяснить, как на их земле, столь удаленной от материка, появился совершенно незнакомый мальчик. Принять его они тоже не захотели, да и не стоило требовать от них этого – восемь человек кануло в тот день в море, три семьи лишились кормильцев, а какой-то безродный ребенок спасся в последнюю минуту!
И капитану спасательного судна Ксерку ничего не оставалось, как прибыть ко двору и доверить судьбу спасенного мальчика фахтару – королю.
Ролеон Паршийский спокойно выслушал историю Ксерка. Ни один мускул не дрогнул на его лице, ни одна эмоция не отразилась в глубоких зеленых глазах. Когда капитан договорил, король, сидя на троне, наклонился чуть вперед и жестом подозвал к себе Ксерка, чтобы лучше разглядеть спасенного мальчика. Капитан подошел и склонился перед правителем, держа дитя на руках.
Мальчику было не более четырех лет, его кожа отливала золотистым цветом, что было немного необычно для дорнтийцев, но в остальном это был самый обыкновенный ребенок: с темными спутанными волосами, светлыми глазами с черными точками на радужке, широкими скулами и небольшим ртом. Он взирал на правителя с таким же выражением легкого удивления, как и на спасателей, и на жителей потерпевшего бедствие По. Малыш крепко держался за Ксерка, как когда-то – за ветви раздираемых ветром пальм.
– Странный мальчик, – негромко произнес Ролеон. – Рожден самим морем, но с кожей цвета солнца. Переживший бурю, в которой ураган уносил целые дома… Что же, если ты сирота и никто из рыбаков не признал тебя, я отправлю тебя в военную школу Заха́ра. Ты будешь моим драгоном, когда вырастешь, и по морю, так обласкавшему тебя, поведешь мои корабли на трусливых арконойцев. С этого дня ты будешь зваться Бурраской Нашером, и да даруют тебе боги удачу и внутреннюю силу.
Так сказал фахтар, и так было исполнено. К Ксерку подошел коренастый человек небольшого роста с залысиной на округлой голове. Это был Захар, глава военной школы и воспитатель юных воинов – мальчишек чуть постарше найденыша. Несмотря на свои пятьдесят с лишним лет, Захар был крепок телом и оставлял впечатление человека полного сил и уверенного в себе. Он взял мальчика у Ксерка и поставил на пол.
– С этого дня никто не будет носить тебя на руках, юный драгон Бурраска, – сказал Захар мальчику.
Ксерк же неожиданно ощутил острое одиночество, будто его разлучили с собственным ребенком.
«Которого у меня до сих пор нет», – подумал он и неожиданно для себя вспомнил Молику – молодую девушку, живущую по соседству с его семьей. Перед последней экспедицией они так мило болтали. Молика несла воду из колодца, и Ксерк предложил ей свою помощь. Она слегка покраснела, потом восхитилась, с какой легкостью Ксерк поднял ведра, и покраснела еще больше. Он же стал рассказывать, как важно для спасателей быть в хорошей физической форме и в шутку предложил ей всегда обращаться к нему, если надо будет носить воду. Молика звонко рассмеялась и с озорством пригласила его заодно перекопать весь их огород.
Невольная улыбка расцвела на лице Ксерка, и он подумал о тихой семейной жизни и о том, что, вполне возможно, именно Молика сделает его самым счастливым человеком Дорнорта. В этот момент он понял, что влюблен в нее. Все произошло неожиданно, будто что-то давно спящее вдруг проснулось в груди мужчины и заблистало всеми цветами радуги.
«Мне уже скоро четверть века и я немалого успел достичь! Пора бы уже остепениться», – подумал капитан.
– Вы хорошо справились, – спокойный голос короля вернул Ксерка в тронный зал. – Вы довольно молоды для капитана – это говорит о ваших выдающихся качествах. Кроме того, вы обеспечили меня новым драгоном, пусть это пока всего лишь ребенок. Посему я жалую вам знак отличия и сопутствующую денежную награду, – и фахтар махнул рукой кому-то из своих приближенных.
– Благодарю, Ваше Величество, – низко поклонился Ксерк.
Так король распорядился судьбой вверенных в его руки людей. Ксерк был награжден и приобрел еще больший авторитет среди своих людей. Его поздравляли друзья, как и полагается в подобных случаях, сестренка с радостным воплем повисла у него на шее, когда Ксерк прибыл домой, а мать украдкой утерла слезы, преисполнившись чувством любви и гордости за сына. А молодой человек все думал о прекрасной Молике, вспоминал ее улыбку и сильно смущался, представляя, как будет просить девушку пойти с ним под венец.
А что же спасенный мальчик, нареченный Бурраской Нашером? Суровый Захар отвез его в школу, где ребенка вымыли и постригли. Военная школа располагалась близ Фахторта, второго по величине города в королевстве. Вокруг учебных корпусов раскинулся большой сад и зеленые поля, где можно было на просторе обучать юнцов стрельбе из лука, конной езде, единоборствам, битвам на мечах и прочим военным искусствам, которые были необходимы, чтобы стать драгоном – гвардейцем и телохранителем фахтара.
Так Бурраска Нашер вступил на свой путь.
ДЕТСТВО
На дворе стоял солнечный денек месяца меда тысяча пятьсот пятнадцатого года. Месяц этот был самым теплым и благоприятным в году – на полях созревали злаковые, а жара уже сошла на нет.
Бурраска проснулся с легкой болью в голове: после ночных упражнений отсыпаться было непривычно, привычный распорядок дня нарушился. Но солнечные лучи, проникающие в щель между ставнями, манили его к себе, на свежий воздух и простор полей. Мальчик, сладко потянувшись, вскочил на ноги и побежал во двор.
Он поспал часа четыре, не больше – Захар привел их домой на рассвете. Теперь, говорил учитель, они часто будут тренироваться ночью, чтобы быть бдительными в любое время суток. Бурраске эта затея пришлась по душе.
«Захар всегда придумывает что-то новое! С ним не заскучаешь!» – не раз думал восьмилетний мальчуган.
За время, проведенное под опекой Захара, он полностью освоился в Школе, заметно вырос и окреп. Учитель держал его в строгости, но все равно Бурраска знал, что суровый Захар гордится его успехами, и это очень поддерживало мальчика. Он смутно помнил произошедшее с ним и не имел ни малейших воспоминаний о прошлом: вероятной семье и о том, как все-таки он оказался на верхушке пальмы во время страшного урагана. Впрочем, его это мало интересовало и даже раздражало, когда люди, услышав историю о найденном в буре мальчике, с интересом глядели на него и задавали одни и те же вопросы.
Гораздо больше забавляла другая история, рассказанная ему самим Захаром.