Анабель Ви – Хроники острова Юракон. Книга 4. Наследие Юракона (страница 3)

Женщина смотрела на гостью со спокойствием, которое можно было принять за равнодушие, но Ашади сразу поняла, что это не так, взглянув в ее глаза: те были полны необыкновенным умиротворением и теплотой, которые едва ли ожидаешь увидеть у суровых обитателей гор Абара.

Эльфийка очарованно застыла, впечатленная видом куадаранки.

Ташир, подойдя к женщине, почтительно склонил голову. Затем выпрямился и произнес, указав на гостью:

– Это Ашади из народа эльфов, она пришла почтить дух наших гор.

– Добро пожаловать в народ куадаранцев-горняков, Ашади. Мое имя Дэвора, я – Шептательница, – обратилась женщина к эльфийке.

– Благодарю за теплый прием. Я уже третий день в пути и могла бы сотни раз погибнуть. Но, видимо, сами духи гор ведут меня, и вот я здесь, открытая для новых знаний.

– Мы рады гостям из народа эльфов. Не так давно мы узнали, что ваш народ вновь объединился со степными куадаранцами для борьбы с Темными, много лет истязающими землю Юракона. Мы отправили послание степным куадаранцам в Абин. Полагаю, очень скоро наши народы встретятся и станут верными союзниками, – поведала Дэвора.

Ашади задумчиво кивнула и сказала:

– Раньше я служила при королевском дворе и знала обо всем, что намерена предпринять мудрая Эльвикери. Однако уже почти год, как я покинула родные леса и ничего не знаю о планах моего народа.

Шептательница кивнула, будто не ожидала иного ответа, и повернулась к Таширу:

– Ступай вперед с факелом, выйдем в долину. Круана уже устраивает место для нашей гостьи.

Юноша кивнул и пошел вперед, держа факел над головой. Глядя, как снова заплясали тени по потолку, Ашади обратилась к Дэворе:

– Как живете вы здесь, Шептатели, и чем славитесь? Я ничего не знаю о вас, хотя чувствую с вами удивительную близость. От вас веет духом эльфов.

Женщина улыбнулась.

– Вы встретили всего одну Шептательницу – меня. Я общалась с эльфами в молодости и, возможно, переняла часть их силы. Другие Шептатели совсем иные по нраву: многие из них затворники, скитающиеся по подземельям этих гор. А некоторые и вовсе становятся безумцами.

– Горы Абара сводят с ума тех, кто посвящает им жизнь? – насторожилась Ашади.

– Нет, безумными становятся те, кто отрекается от мира себе подобных. У нас есть общины, но мы часто оказываемся в одиночестве. Наша душа становится беззащитной перед страхами, таящимися в нас. Мы кричим об этих страхах горам, но они безмолвны, и тогда некоторые сходят с ума.

– Все же у эльфов и людей разная природа, – покачала головой Ашади. – Наш дух един с духом леса, и нам неведомо чувство пустоты и одиночества. Кроме того, лес отличается от гор – каждое дерево там является частью целого. Вы, должно быть, и сами это понимаете, если жили там… Однако как же вы оказались среди эльфов? Неужто вы родом из степей?

– Верно, – кивнула Шептательница. – Я родилась в деревне недалеко от Зерда, пережила кровавую битву за Сельсу, несколько лет провела в поселении эльфов, когда они еще обитали в Шепчущей Заводи, а затем много лет жила в Абине. Оттуда судьба привела меня в горы Абара и преподнесла мой дух в дар хранителям этих гор. С тех пор я служу им и буду служить до последнего вздоха.

– Как удивительно порой поворачивается жизнь! – воскликнула Ашади. – Я думала, что встречу здесь чужое племя, едва понимающее общий язык, а нашла вас, разделившую горькую участь тех, кто пострадал от Дрэка и его сподвижников.

– Это так, но благодаря духам гор мы получаем многие сведения о том, что происходит на острове, включая и происки Темных. И все же нам известно далеко не все. Земля вокруг гор Абара дрожит от тьмы, пропитывающей ее, и это мешает нам увидеть многое, – поморщилась куадаранка. – Надеюсь, вскоре мы разберемся с этой напастью. А пока поведайте, зачем вы проделали столь трудный путь к нам?

Ашади некоторое время собиралась с мыслями, затем ответила:

– Я слышала, в стародавние времена куадаранцы построили небольшой порт где-то недалеко от гор Абара. Оттуда отплыл корабль, открывший остров Драгара, и оттуда же отплывали корабли, везущие узников на погибель в лабиринтах острова. Но потом порт был заброшен. Знаете ли вы о нем?

– Знаем, но никогда не интересовались им, – пожала плечами Дэвора. – Но зачем вам этот заброшенный порт?

– Я часто думаю о том, что находится за пределами Юракона, – призналась Ашади. – Но покинуть его мне представляется возможным только по морю или же…

– Или же как? – взглянула на эльфийку Шептательница.

– Горы Абара славятся тем, что здесь живут летающие ящеры. Когда-то давно драконы населяли весь Юракон, а теперь, по поверьям, остались только в ваших горах. Возможно, они смогут помочь мне?

Дэвора ничего не сказала. Коридор стал ощутимо идти вверх, и вскоре троица выбралась наружу. Перед Ашади открылся фантастический вид, и она в который раз удивленно застыла, оглядываясь.

Они стояли на утесе, а вокруг раскинулись горы: вдали виднелись огромные скалы с ледяными шапками, под ногами же раскинулась черная пропасть. За спинами троицы вздымалась скала, из которой они вышли, уходившая так высоко, что ее вершина терялась в белых облаках.

– Вот теперь я могу сказать – добро пожаловать! – с улыбкой воскликнула Дэвора, подойдя к самому краю утеса. Она, кажется, и сама была восхищена увиденным.

– Выражаю свое почтение вам, горы Абара! – с дрожью в голосе произнесла Ашади, осмеливаясь сделать шаг вперед.

Шептательница повернулась к ней.

– Если хочешь увидеть далекие земли, это возможно. Духи гор благоволят тебе, главная целительница эльфов. Драконы знают обо всем и перенесут тебя туда, куда стремится твоя душа.

– Да будет так, – улыбнулась Ашади, кланяясь Дэворе.

Ведь она знала, что в этот момент через Шептательницу с ней говорит сам дух гор Абара.

– Сегодня – день отпущения всех грехов! День прощения и очищения, когда солнце дарит нам самый длинный день, а тьма отступает. В этот день все мы должны радоваться, ибо нам дан шанс пройти еще один круг, благословляя свет над нашими головами! И я, ваш патриарх, обещаю вам: в такой день темные силы не восторжествуют! В этот раз наши враги потерпят поражение. Мы освободим стонущую от зла и тьмы землю от нечисти. За нашу землю, за наш народ, за наших женщин и детей мы пойдем в этот бой. И будем сражаться, пока последний демон не сбежит обратно в преисподнюю.

С этими словами Эль-Фат стукнул древком своей секиры по полу так, что задрожали доски. Военачальники – обертархи и таускархи – откликнулись на речь патриарха одобрительным ревом.

Эль-Фат внимательно оглядел воинов. Его уставшие, но полные предвкушающего блеска глаза пробежались по суровым лицам командиров: все ли готовы к предстоящей битве? Нет ли на чьем-то лице сомнения?

Патриарх подошел к расстеленной на низком столе карте и произнес:

– Выступаем через три часа. Как и планировали, объединимся с эльфами и направимся прямиком к Крепости. Она будет взята любой ценой. Никто не должен щадить себя в этой битве за наше будущее. Судьба острова решится сегодня.

Среди военачальников, слушающих речь патриарха, был и Ано – таускарх стрелков. В течение последнего года он готовил новобранцев владеть самым эффективным оружием, изобретенным на тот момент куадаранцами, – самострелом. Ано надеялся, что его воины оправдают возложенные на них надежды, ведь дни напролет они оттачивали свое мастерство, чтобы сегодня наконец выйти в свой первый большой бой.

«Юнцы горячи, как молодые корнарки, но глаз их меток, а рука крепка. Сейчас им особенно важна поддержка их военачальника».

Ано собирался дать им эту поддержку, произнеся не менее вдохновляющую речь, чем только что услышал от патриарха. Но когда командующие стали расходиться, Эль-Фат подозвал таускарха к себе.

– Не было ли вестей от твоего брата? – спросил он.

– Увы, я не получал никаких вестей, мой патриарх, – ответил Ано.

– Они обещали помочь, и я надеялся, что это станет залогом нашей дружбы. Но горняки ведут себя скрытно, даже подозрительно, – напряженно произнес Эль-Фат.

– Я не видел моего брата много лет и мало что знаю о народе, принявшем его. Я надеюсь, что наше послание не перехватили и абарцы окажут нам обещанную помощь, – ответил Ано.

– Будем надеяться. А пока ступай и ободри своих бойцов. От них многое зависит в этой битве, – кивнул на слова стрелка Эль-Фат.

Солнце уже стояло в зените, когда две армии, куадаранцев и эльфов, соединились на юго-востоке Ярутуллы и двинулись на север. Это было огромное войско из десятков тысяч воинов и сотен удивительных существ, обученных для боя.

Впереди шли наиболее закаленные в боях белые эльфы и куадаранцы-копейщики. По флангам их прикрывали всадники на корнарках и единорогах. За ними следовали основные силы: куадаранцы, вооруженные мечами, топорами и секирами, алые и белые эльфы. Далее ровным строем шли таускархи стрелков, а в небе над ними парило несколько стай фениксов. Замыкали строй инженерные войска, везущие вперед тяжелые камнеметы.

Кроме того, по всему войску были рассредоточены целители, а также смешанные отряды эльфов и ведающих, готовые обеспечить магическую защиту, если враг снова применит темные чары.

Наконец, помимо фениксов в воздухе парило три молодых дракона, впервые выпущенных в бой.

Эль-Фат возглавлял левый фланг, ведя вперед всадников на своем могучем корнарке. Эльвикери же парила во главе правого фланга, и жезл Златокрылого в ее руках опасно потрескивал, испуская короткие молнии.