Ана Сакру – Буду в тебе (страница 1)
Ана Сакру
Буду в тебе
1. Гордей
— Да, я успею к двенадцати, я говорил уже, — стараюсь отвечать ровно, чтобы не показать отцу своего раздражения.
Этот постоянный родительский контроль с тех пор, как я пришел работать в семейную фирму под его непосредственное начало, бесит. Будто бы мне пять и я не способен рассчитать тайминг собственного дня.
Пока напряженный голос в динамике напоминает, что в час важное совещание с юристами Сафина, нашего нового партнера, я на автомате цепляю взглядом часы на приборной панели.
Всего-то начало девятого.
Да, город стоит мертво из-за снежной каши на дорогах вперемешку с лужами и скрытым под ними льдом. Типичная картина для начала марта в Москве. Но, даже если выйду из машины и пойду пешком, я успею заскочить к своему дипломному руководителю на консультацию, а потом вразвалочку вовремя дотопать до офиса.
Наконец отец заканчивает вызов, решив, что достаточно мне объяснил, насколько это важно — не опаздывать. Прощаясь с ним, бьюсь пару раз затылком о подголовник, хоть так выплёскивая отрицательные эмоции. Еще и девяти нет, а я уже завожусь.
Нет, надо дожать батю и пробить себе место в какой-нибудь дочерней конторе. Иначе работа непосредственно с отцом кончится крупным срачем. Это же невозможно, бл...
Но он пока не отпускает. Я всего месяц сижу с ним в головном. Приступил к новым обязанностям по ведению семейного бизнеса сразу после сдачи ГОСов.
Моего получения диплома уже никто не ждал. Зачем? Принят я по понятным причинам в обход HR.
Для таких как я это стандартная практика. Если ты не гений в чем-то другом, не полный идиот и не бунтарь, то после учебы путь у тебя только один — в семейную империю. И меня в целом это устраивает, если бы отец не вел со мной себя как надзиратель с заключенным.
Резко торможу на светофоре, задумавшись и чуть не пролетев на красный. Делаю музыку громче и, постукивая пальцами по кожаной рулевой оплётке, лениво поворачиваю голову, рассматривая соседние машины. Сначала вправо, потом... Повернув влево, зависаю, разглядывая девушку за рулём жемчужного рестайлингового мерса.
Вау, какая...!
Чеканный профиль, прямой нос, пухлые губы бантиком с капризно изогнутой верхней, пушистые ресницы, чуть раскосые, миндалевидные глаза, четкие скулы, излом темных бровей и копна русых тугих кудрей, небрежно заколотая на макушке так, что несколько прядей выбивается пружинящими спиральками, обрамляя красивое лицо.
Идеальное.
Если это пластика, а очень может быть — сразу видно, что цаца дорогая, то надо отдать должное хирургу и косметологам за столь тонкое чувство вкуса.
Разглядываю незнакомку внаглую, оценивая каждую деталь. На вид она не сильно старше меня, может быть двадцать четыре — двадцать пять, хотя сложно сказать при такой красоте и степени ухоженности. Точно не совсем юная, остальное под вопросом. Виден воротник- стойка расстегнутой белой норковой шубы, в ушах серьги, музыкальные пальцы с нейтральным маникюром усыпаны колечками. Есть ли среди них обручальное — не ясно, но я ставлю на то, что нет.
Цаца похожа на любовницу, а не на жену.
Точно без детей. Мерс купе, в такой устанешь ляльку засовывать. Приличный, лямов десять навскидку. Подарок? Возможно...
Цаца говорит с кем-то по гарнитуре, вставленной в аккуратное ушко. Замечаю еще пару колечек на самом хрящике, сексуально...
Она вся в украшениях, но они тонкие и изящные, так что это не выглядит перебором. Да и незнакомке с такими буйными кудрями легкая цыганщина идет. Кудрявая хмурится, слушая кого-то в гарнитуре, потом снова говорит, активно двигая одной рукой в воздухе. У нее выразительная жестикуляция и подвижная, гипнотизирующая мимика. Пухлые губы при этом, если слов не слышишь, шевелятся как-то очень уж пошло. Ерзаю на сидении, коротнув от непрошенной картинки в голове, как эти губы делают кое-что другое.
Да, мерс точно подаренный. Я бы подарил...
Незнакомка замолкает, по всей видимости обрубив разговор. Раздраженным, резким движением достает из сумки блеск для губ и, вытянув гибкую шею танцовщицы, смотрит в зеркало заднего вида, начиная подкрашивать губы. Ведет по ним апликатором, приоткрыв розовый рот, а я смотрю и залипаю, обвариваясь эротическими ассоциациями.
Хочу ее трахнуть. Осознаю это не как эфермую мечту, а четкое руководство к действию. В конце концов мне есть что предложить в ответ, а значит свое "да" я услышу. Осталось только спросить, обозначить все плюсы и сработает.
Всегда срабатывает.
Кудрявая наконец чувствует мой плавящийся, жадный взгляд на своем профиле и поворачивает голову. Смотрит в глаза. Сначала с вопросом, а потом практически сразу с надменной холодностью. Ну точно как "Незнакомка" с картины Крамского. Понятно с какого типа женщин он ее рисовал. От этого аристократического ледяного взгляда я, несмотря на то, что сижу в гелике и по факту сам как раз смотрю на цацу сверху - вниз, на миг ощущаю себя недостойным плебеем и похотливым тупым животным. Хах!
Даже адреналин взрывается в крови и, жаркой волной окатывая тело, приливает к лицу. Ок, так даже интересней.
Выгибаю бровь, расплываясь в нахальной ухмылке, и киваю в сторону обочины, предлагая пообщаться.
На это капризные женские губы вздрагивают в снисходительной улыбке, и незнакомка отворачивается, демонстрируя мне тонкий профиль и одновременно показывая средний палец.
Вспыхивает зеленый. Ее мерс резко стартует, визгнув шинами. Срываюсь за ней. И, подрезав чей-то синий ситроен, перестраиваюсь прямо за жемчужным капотом.
На следующем светофоре снова становлюсь рядом. Ловлю на себе возмущенный, горящий взгляд незнакомки. На нежной персиковой коже щёк явно проступает гневный румянец. "Ты придурок?!" — читаю по пухлым выразительным губам и вижу, как она крутит пальцем у виска.
Облизываю свои губы и снова киваю на обочину. Цаца отворачивается, делая вид, что я ей больше не интересен. Но то, как дробно барабанят ее тонкие пальцы по рулю, четко говорит мне об обратном.
Мерс снова резко стартует, дождавшись зелёного, а я опять за ним. Смешно, но незнакомка едет по тому же маршруту, что мне и нужен, так что я пока даже не теряю ничего. Развлекаюсь без какого-либо ущерба своим планам. Еду, дыша мерсу в спину и раздумывая, как вынудить кудрявую остановиться. Ну не блокировать же ее тачку внаглую?! Хотя...Нет, это уже совсем дичь. И вряд ли эта горделивая цаца оценит подобный факт принуждения.
Есть способ познакомиться попроще, если она так и не остановится. Беру мобильник с приборной панели и фоткаю номера мерса. Затем отправляю снимок Войнову, начальнику отцовской службы безопасности. Пусть пробивает.
Заодно узнаю, что кудрявая представляет из себя. И откуда шуба, мерс и все эти колечки в ее условные “двадцать четыре”?
Насосала или чья-то дочка?
Хотя меня в принципе оба варианта устроят. Лишь бы не профессиональная шлюха, но это вряд ли. Такая бы точно почти сразу остановилась, а не показывала потенциальному клиенту фак.
Мерс сворачивает на узкую улочку под самый конец зеленого светофора, и я еле успеваю за ним, вильнув уже на желтый. Здесь всего две полосы, машин гораздо меньше, и незнакомка газует, увеличивая скорость. Тоже утапливаю педаль в пол. Звонит Кирилл Войнов.
— Гордей Леонидович, здрасьте, это что? Пробить? — уточняет.
— Ага, — отзываюсь рассеянно.
— По какой линии?
— По личной. Женщина.
— Понял, скину, — хмыкает, плохо скрывая усмешку, и отключается.
Как раз вовремя, потому что в этот момент перед разогнавшимся мерсом незнакомки на дорогу, сорвавшись с поводка, выпрыгивает какая-то мелкая тщедушная собачонка.
Кудрявая резко бьет по тормозам. Я через долю секунды делаю тоже самое, повторяя за ней.
Но ледяная корка под снегом подводит, и мой внедорожник все равно с размаху впечатывается в жемчужный мерсовский зад.
2. Гордей
Глухой несильный толчок отдается мне в руки через руль. На миг страдальчески прикрываю глаза, беззвучно матерясь.
Вот же... Черт!
Так себе фон для эротического приключения. Шансы, что я схожу в него один и пешком по заданному кудрявой направлению стремительно растут. И, по всей видимости, стремятся к ста процентам, когда наблюдаю, как резко распахивается дверь мерса и из низкого купе словно вихрь появляется незнакомка.
Она двигается порывисто и рвано, а я все равно подвисаю, воспринимая происходящее словно в замедленной съемке.
Сначала на слякотную дорогу ступает ботильон на тонкой высокой шпильке, потом показывается женский точеный профиль. Пружинящие кудряшки, обрамляющие лицо. Полосующий меня взгляд ореховых глаз, острый как самурайский клинок. Взметнувшаяся пола распахнутой короткой шубки. Треугольный вырез легкой белоснежной блузки до самой груди. Тонкие цепочки в ложбинке. Обтягивающие стройные бедра и ноги темно-бежевые брюки...
Вроде бы все прилично, можно даже в офис, но это все такой секс на ней, что у меня в горле пересыхает. Бл... Какая все-таки, а...!
Я даже готов, чтобы она по мне своими зубодробительными шпильками прошлась, лишь бы сменила гнев на милость.
Наблюдаю, истекая слюной, как кудрявая чеканит пружинистый, легкий шаг, подходя к месту, где наши машины соприкасаются.
Мне достается еще один горящий бешенством взгляд ореховых глаз, а темная бровь выгибается в раздраженном вопросе “Ну что тупишь? теперь выходи уже!”