Ана Рей – Глубина страха (страница 2)
Захлопнув багажник, посмотрела на дом перед собой. Моё жилище на ближайшие месяцы. По крайней мере до тех пор, пока новая рукопись не улетит к редактору. Этот дом был похож на те, из фильмов ужасов, двухэтажный, с облупленной белой краской на стенах, заросшими клумбами и большим садом за ним, со стеклянной беседкой и дорожкой, уставленной статуями в греческом стиле. То есть, идеальное место для охотников за сверхъестественным или, как считает мой редактор, для писателя, который уже год не может написать ничего стоящего.
Но всё же я не могла отрицать красоты этого места. От него веяло мрачной классикой, семейными тайнами и убийствами. Тёмная кровля крыши, когда-то белые подоконники, обломанные ставни и большое деревянное крыльцо. Природа почти забрала это место себе, как и весь Досчервуд. Окруженный густым, высоким лесом с одной стороны, с другой был затянут холодным морем. Люди зарабатывали рыбной ловлей, резной мебелью из дерева и редкими туристами.
Если заняться этим домом, то из него можно сделать прекрасное поместье для всей семьи. Надо подкинуть эту идею Грегу. Зря что ли дядя ему дом завещал.
Хладное солнце слабо освещало город ранним утром. Жители ещё не проснулись и не заметили нового гостя. Интересно, ко мне придут с пирогом и наигранными улыбками, чтобы "поприветствовать нового соседа"? Надеюсь нет.
Больше, чем солёный попкорн, я не любила притворство. Эта лживая открытость и доброта, которой пытались скрыть крысиную натуру. Лучше ходить с недовольной моськой, чем улыбаться во все тридцать два и дарить незнакомцам печенье, чтобы потом обвалять их в грязи за бокалом вина.
Из-за этого меня не любили соседи ни в Сан-Франциско, ни в Бостоне, ни в Сиэтле. Хотя они, по крайней мере, не называли меня "слугой дьявола". Или "грешной девчонкой, слушающей шёпот нечисти".
Зайдя в дом по-старому и настолько скрипучему крыльцу, что на нем можно было сыграть, как на пианино, скинула коробку на стол. Грег немного обновил мебель и технику, заказал уборку, но видно не проследил, чтобы работу выполнили. Стол был завален коробками из магазина бытовой техники, а на полу остался нехилый слой пыли, на котором видны следы чужих ботинок. Он покрывал паркет серым ковром, также как паутина стала частью обоев. Про мебель от прошлых хозяев и говорить не хочется. Лампочки горят, но плафоны впитали грязь времени и требую тщательной стирки с моющим средством.
В некоторых комнатах лежали дорогие бордовые ковры, с узорами белых лилий и роз, крепко переплетающимися в форме короны. Их следовало вывесить на улице и хорошенько выбить пыль и насекомых, которые скорее всего там завелись. Этим займусь на неделе, когда буду полностью проветривать весь дом. Это место нуждается в порции свежего воздуха.
Жила я и в худших условиях, главное найти тряпку и швабру. Спасибо, что хоть интернет подключен, вместе с плитой и холодильником.
Забросив чемоданы на второй этаж в единственную спальню, где была новая кровать, взяла огромный черный пакет для мусора и стала складывать туда ненужные картонки, параллельно устанавливая технику. Это было не так сложно, особенно когда в наушниках играла моя подборка с роком и металликой. Led Zeppelin, Pink Floyd, Nirvana и остальное в этом духе. Для работы у меня были подобраны более плавные и мрачные композиции. Хороший хоррор, от которого у читателя будут не только мурашки, но и холодный пот, должен идти плавно и не предвещать полной мясорубки. Да и последнего не всегда должно быть. Самые популярные истории играют не на количестве крови, а на страхе и пороках.
Когда ты видишь не пустую оболочку призрака, а историю, стоящую за ней, ужас основательно поселяется в твоём теле. Для того, чтобы передать это читателю, нужно самому в это окунуться.
Через пару часов меня встретила полностью функциональная кухня, с чайником, тостером, микроволновкой и даже блендером. Выстроив всё на старой деревянной столешнице, заварила себе кофе и пошла к окну. На улице уже появились признаки жизни, в соседних домах загорелся свет. Кто-то уже садился в машины, чтобы поехать на работу. Дождь прекратился, но небо было всё таким же тёмным и затянутым.
Таким же, как дом напротив. Как только приехала не заметила, что рядом такая заброшка. Увитый сухой лозой, с разбитыми окнами, покосившимися дверьми, навсегда забытый. По сравнению с ним этот дом был ещё в хорошем состоянии. На стене у двери висела табличка с номером дома и названием улицы.
Интересно.
Это французский?
Исследователь во мне потирал ручки в предвкушении новых историй. Лазать по заброшенным местам я любила. Даже не так, это было моим хобби.
Выбирая, куда поехать, я основывала своё решение на внешнем виде и отрывках истории. Чем запутанней и таинственней, тем лучше. Но здесь все было немного иначе. Дом хоть и красив, но выглядел обычно. Просто дом, у которого больше не было хозяев. Жители не трогали его из уважения, а внутри, скорее всего, уже всё дети разнесли.
Но мой исследователь никогда не ошибался. Хотя бы ради уважения к нему, стоит туда сходить. Просто осмотреться. Нужно же мне где-то искать вдохновение. Хотя для начала стоит хоть узнать, кто там жил. Не могу считать себя тем, кто уважает покой усопших, но вдруг за этим покосившемся строением ещё и интересная история стоит. Самоубийство? Убийство в порыве ревности или злости? Таинственная смерть старушки, у которой за душой оказалось пару миллионов? Групповая смерть группы религиозных фанатиков?
И всё же, чем дольше я смотрела на этот дом, хлипкую серую крышу, голые сухие деревья вокруг, которые, словно, защищали это место от других, тем сильнее понимала, что в этом месте было неправильное. Можно это назвать профессиональным чутьем, но за участком стояло что-то. И оно точно заслуживает моего внимания.
***
Ближе к вечеру, дождавшись, когда дождь, идущий с обеда, кончится, я вышла из дома. Стоило прикупить продуктов и свечей. Проводка в доме была так себе, вероятность отключения света была так же высока, как ливень завтрашним утром. Да и свои свечи я оставила в квартире в Сан-Франциско. Этому дому не хватает хоть капли уюта и тепла, и свечи на мебели из старого дерева будут смотреться прекрасно. В кладовке точно лежало пара подсвечников.
Грег бы в этот момент посоветовал купить фонарик, но я же не в поход иду? На кой черт мне дома фонарик?
У калитки меня остановило жалобное мяуканье из кустов. Это были засохшие колючие заросли терновника, среди которых мелькала черная шерсть и большие желтые глазки.
– Ну и как ты туда залез, проныра? – смотрю на животного сквозь колючки. Вроде не котенок, а вполне взрослая особь.
Ещё одно мяу. Выдохнув, вернулась в дом и из кладовки достала секатор. Он был покрыт ржавчиной, но само лезвие оставалось острым. Вернувшись к калитке, стала аккуратно срезать ветки, чтобы не задеть кота. Стебли переплелись друг с другом, приходилось быть очень осторожной. О том, чтобы надеть специальные перчатки, я не подумала, поэтому руки исколола, но животное было на свободе. Черный кот вылез из засады и потёрся о мою руку. Шерсть у него была мокрая и местами грязная, но видимых ран мне заметить не удалось. Да он и не дал, мявкнув последний раз, убежал за калитку.
Проводив взглядом тощий хвост, решила в продуктовом также купить пару пакетиков кошачьей еды, если кот вернётся снова. Такие соседи мне нравятся.
В магазине было не так и много народу, лишь пару женщин, которые, осмотрев меня с ног до головы, лишь кивнули. Какой приятный город для интроверта. С сумками с молоком, овощами и готовой замороженной едой, (да, я не большой любитель готовить) направилась в сторону маленькой ведьмовской лавки. В городе это место считалось особенным, наполненным настоящей магией, так писали в интернете. Каждый отзыв пестрил благодарственными речами то за снятие проклятия, то за средство от бессонницы, то за лекарство от дерматита, цистита и низкой потенции. Но меня привлекли оценки за свечи. Приятный запах, хороший фитиль, несколько часов ровного горения и натуральный воск с травами.
К магии отношусь двояко. Я точно не скептик, но и изучать всё это желания нет. Пусть существует где-то, только бы меня не касалась.
Когда мои ноги в кроссовках дошлёпали по лужам до нужного здания, снова начался дождь. От моей тирады, прошепченной под нос, у родителей бы уши завяли.
Внутри было тепло и пусто. Девушка, стоящая за кассой, бросила мимолётный взгляд на меня и продолжила завязывать сушёные цветы в красивые пучки. Её кудрявые каштановые волосы были убраны в высокую кичку и заколоты парой длинных шпилек в виде мечей. Несколько прядей обрамляли слегка загорелое лицо с курносым носом.
Чувствовалось, что это место полностью её. Её движения были не заученными и вялыми, а ловкими и нежными, спина изящно прямая, а лицо расслабленно.
Отведя взгляд от нее, я переместилась к нужным полкам со свечами. От такого разнообразия разбегались глаза, шкаф был заполнен под завязку.
Я в раю.
– Это ведьмовские свечи.
– Знаю, – повертев в руках черную свечу с красными разводами, напоминающими кровь на дубовом полу, взяла вторую такую же.
– Эта штука для проклятия. Вам кто-то так сильно не нравится?