Ана Райт – Когда наступит рассвет (страница 11)

– Исключено. Это должностное преступление. Уходите.

– Но, мистер Донован, вы не дослушали! – вклинилась Эбби.

– Я сказал прочь! – выкрикнул мужчина и указал на дверь.

– Зря вы так, мистер Донован. – Нэйт похлопал его по плечу. – Мы могли бы помочь друг другу. Вы – нам, а я – вашей дочери.

Выражение лица мужчины смягчилось, стоило ему услышать о дочери. Эбби заметила тоску в его взгляде. Видимо, ситуация действительно серьезная и его семья в отчаянии.

Мистер Донован повернулся к стулу и вцепился пальцами в спинку. Эбби ощутила себя очень мерзко, осознав, что ради личной выгоды они играют на чувствах несчастного отца, у которого болеет дочь.

– Мистер Донован, я читал пост вашей жены. И знаю врача, который мог бы повторно осмотреть вашу дочь, назначить лечение, – более мягко сказал Нэйт.

– И почему я должен вам верить? – развернулся к ним он. Эбби заметила, что глаза у него повлажнели.

– Потому что я не лгу. У дочери моей соседки были такие же симптомы. Надежд было мало, но знаете, сейчас она уже ходит во второй класс. Вполне здоровая девочка.

– Значит, я должен вам дать какую-то запись… – Мистер Донован вздохнул и присел. Придвинувшись ближе к столу, повернулся к мониторам, на которых записывалось все происходящее в аэропорту прямо сейчас. – Ладно, но сначала контакты врача.

Нэйтен просунул руку в карман джинсов и выудил лист белой бумаги, где написал фамилию и имя врача и адрес клиники. Он протянул его мистеру Доновану, и тот резко выхватил листок из рук, словно желал убедиться, что это не мираж. Мужчина развернул лист и, беззвучно шевеля губами, прочитал написанное. Затем взял телефон и проверил, существуют ли клиника и врач. Убедившись, что его не обманули, мистер Донован с благодарностью посмотрел на Нэйтена и Эбби.

– Какое число вам нужно? – спросил он.

– 28 марта 2016 года, – запнувшись, сказала Эбби.

– Записи на сервере хранятся не более 90 дней.

Эти слова словно копье врезались в сердце. Эбби поджала губы и беспомощно посмотрела на Нэйтена. Все оказалось зря.

– Мистер Донован, в этот день произошло крушение самолета. Разве запись не должна была сохраниться?

– Такие записи хранятся годами, потому что передаются в специальные службы. Попробую поискать. Вам точно для проекта?

– Не сомневайтесь. Исключительно в учебных целях.

Мистер Донован начал искать данные в архиве. Эбби задрожала, когда он нашел запись с того дня, запустил ее и отмотал до момента, когда осуществлялась посадка на рейс. Эбби сжала руку Нэйта, боясь узнать правду.

В зале ожидания была полнейшая суматоха. Люди, предвкушающие долгожданный отпуск или возвращение домой, поглядывали на табло в ожидании рейса. Пассажиры зарегистрировались на рейс Лос-Анджелес – Ньюпорт и сразу же прошли в коридор, ведущий к взлетной полосе.

Парень в черной кожаной куртке подошел к стойке регистрации и начал что-то объяснять работнику. Вел себя он довольно подозрительно: постоянно чесал затылок, проверял карманы куртки и кому-то все время звонил. Через десять минут к нему подошел до боли знакомый человек. Это был Кристиан.

В этот момент Эбби отвела взгляд. Она боялась увидеть то, что произойдет дальше. Эмоции брали над ней верх. Ей казалось, что из-за этого мужчины случится что-то непоправимое.

Кристиан пожал ему руку, после чего, постоянно поглядывая на парня, зарегистрировался на рейс. Положив паспорт в карман, Кристиан сел в отдаленном углу. В руках он теребил какую-то бумажку и нервно поглядывал на табло. До рейса оставалось сорок минут, но брат отчего-то не спешил пройти в самолет. Лишь через полчаса он побрел по коридору к взлетной полосе.

Запись прервалась. Кто-то отключил камеры. Видеонаблюдение возобновилось только в 5:32. Как раз в этот момент взлетал их самолет, и в 5:52 взорвался в воздухе. Но странным оказалось не только это. Перебои с видеозаписью наблюдались и за три часа до рейса – снимали все камеры, кроме той, что отображала взлетно-посадочную полосу.

Эбби не могла сдерживать слез. Она пока ничего не понимала. Снова вспомнила тот день, как будто ее вернули на шесть месяцев назад. Казалось, будто сквозь тело прошло несколько электрических разрядов, а сердце замерло вместе с дыханием.

– Мистер Донован, не могли бы вы отдать нам копию? – Нэйтен протянул ему флешку. Когда запись была передана, он кивнул мужчине в знак благодарности и обнял подругу за плечи. – Эбби, пойдем.

Она прижалась к нему, слезы ручьем лились из глаз. Во время просмотра видео она как будто погрузилась в атмосферу того дня. На долю секунды ей показалось, что она тоже была в том самолете American Airlines и вместе с остальными переживала весь этот кошмар.

Нэйтен довел Эбби до дома и уложил спать: сейчас ей просто необходимо отдохнуть и обдумать все, что они узнали. Укрыв ее пледом, Нэйт в последний раз посмотрел на подругу и покинул квартиру.

Эбби, подложив ладони под голову, сопела в подушку. Сейчас она чувствовала расслабление и успокоение, слезы высохли на щеках.

Глава 5

Эбби разбудило уведомление: Мелани прислала сообщение, что будет в кафе «Грин Хаус» через час.

Вскочив с дивана, Эбби побежала в ванную. Ее мысли были еще немного спутаны, в голове постоянно всплывал образ подозрительного мужчины в черной кожаной куртке, который о чем-то разговаривал с Кристианом.

Подозрение усиливалось несобранностью брата, которую Эбби уловила на видеозаписи. Кристиан зарегистрировался и сел на самолет в последний момент, за десять минут до взлета, что было вовсе для него не характерно. Эбби знала брата как человека пунктуального и организованного. Помнила, что тот не любил спонтанности или каких-то малейших подвижек в заранее намеченном плане. Не забыла, что он любил приезжать куда-либо заблаговременно. Поэтому была обескуражена тем, что увидела на видеозаписи в аэропорту. Нескоординированные движения и вялость, словно он не отдавал себе отчета в том, что делает.

После душа Эбби подошла к шкафу и достала черные лосины и серую футболку с оленем на груди. Этот образ она сочла достаточно простым, милым и вполне подходящим для вечерней температуры. Расчесав рыжие локоны, она уложила их на одну сторону, взяла рюкзак, куда закинула пару блокнотов со своими рисунками, и покинула квартиру.

Идя по улицам Лос-Анджелеса, Эбби ощущала легкий осенний ветерок, который задувал под футболку. Она все еще прокручивала в голове сегодняшний визит в аэропорт. Думала, как незнакомец в черном был связан с Кристианом. Они с Нэйтеном обязаны посмотреть копию видеозаписи, чтобы попытаться установить личность того мужчины.

Витая в своих мыслях, она не заметила, как с кем-то столкнулась. Это была Мелани, которая глупо улыбалась.

– Эбби, что с тобой? Ты уже не замечаешь людей вокруг, – дотронувшись до ее плеча, сказала Мел.

– Все в порядке, прости. – Эбби посмотрела в ее глаза. – Знаешь, мы сюда пришли налаживать наши отношения, а не решать мои проблемы. Как насчет порции пломбира с малиновым сиропом? – предложила она, пройдя в кафе и заняв свободный столик.

– Неплохой выбор, – подмигнула Мел и подняла руку, чтобы сделать заказ.

Девушки просидели в кафе около часа, болтая на разные темы и узнавая друг друга лучше. Эбби вспомнила пару моментов из своей школьной жизни, а точнее, о проделках в старшей школе.

Так Мелани узнала, что Эбби не была тихоней. Она, конечно, училась на отлично, но попроказничать любила. Как-то раз она включила пожарную сигнализацию, чтобы не писать контрольную по химии, за что потом краснела в кабинете у директора. В последний учебный семестр часто прогуливала занятия, засиживаясь с Ноа или Джексоном на чердаке какого-нибудь заброшенного здания. Ей невыносимо было находиться в школе, где каждый одаривал ее жалостливым взглядом после авиакатастрофы.

Мелани же, напротив, в те годы вела себя скромнее: была прилежной, дружила со школьной элитой и принимала активное участие в жизни школы. Единственной ее слабостью была ненависть к математике: она считала этот предмет бесполезным и часто прогуливала уроки. Правда, когда отец узнал об этом, ей пришлось целый месяц мыть полы.

В перерывах между разговорами и ностальгией о прошлом Эбби показала Мелани свои наброски карандашом – лишь малую часть того, что она нарисовала за несколько лет. Дома у нее хранились пейзажи, написанные акварелью, и несколько портретов, которые Эбби хотелось показать Мелани. Наверняка рисунки в блокноте – слишком слабое портфолио для той, кто желает учиться на вечернем отделении в Пасадене. Потому Эбби пригласила Мел в гости, а та с охотой согласилась.

По дороге Эбби заметила, что Мел немного замерзла, так как была одета в рубашку с коротким рукавом и джинсовый комбинезон. Ближе к октябрю температура в Лос-Анджелесе падала до 60 градусов[8], что было непривычно после жары. Вечерние ветра становились прохладнее, а в воздухе витали запахи амбры и мускуса. К счастью, девушки уже поднимались на нужный этаж, и Мелани могла согреться.

– Давай я сделаю горячий шоколад, ты совсем замерзла, – предложила Эбби, зайдя в квартиру и снимая ботинки.

– Не стоит, – смутилась Мел.

– Так, здесь решаю я. Возьми у меня в комнате кофту, а я пойду на кухню.

– Хорошо, – отсалютовала Мел.

Зайдя в комнату Эбби, она осмотрелась: все было оформлено в пастельных тонах и обустроено со вкусом. Кровать стояла в центре и была окружена тумбами песочнобелого цвета. На комоде – пара фотографий: большая, где Эбби с Ноа, Джексоном и Эллисон стояли возле школьного крыльца, и маленькая, на которой был Кристиан.