Ана Леон – Спаси меня (страница 4)
С Филиппом… они прошли многое. Смута, предательство, война, болезни – все это было на их пути. Но они всегда были вместе, поддерживая друг друга. Раскрыли друг другу самые сокровенные тайны, полюбили друг друга, и пронесли эти чувства сквозь года. И сейчас, когда над их княжеством нависла беда, она просто обязана была действовать. Не ради себя, а ради них.
Поэтому ей, во что бы то ни стало, следует сбежать. Но, для начала нужно как-то отвлечь стражу.
Алисия лихорадочно вспоминала двор. За конюшней располагались деревянные постройки – жилище конюха. Вероятно, он сейчас там. Девушка надеялась, что тот не пил накануне браги. Тогда мужчина быстро почует неладное и сможет привлечь внимания стражников.
Не найдя другого выхода, девушка вздохнула. Держа в руках поводья, служительница Мораны заставила себя сосредоточиться. Ноги её немного дрожали, но это было не только от волнения. Она сжала большой и средний пальцы с характерным щелчком. Небольшая искра вспыхнула на крыше дома конюха. Спустя мгновение там вспыхнуло пламя.
Спустя время послышались крики конюха, суматоха и брань стражи. Втроем они бросились тушить пожар.
Алисия взглянула вокруг, убедившись, что никого нет, и слегка тронула пятками бока лошади.
За ее спиной она не слышала возни, вероятно, пламя было потушено. Вскоре ее могут обнаружить трое бравых мужей, поэтому княгиня направила кобылу галопом.
Когда они выехали на открытое поле, холодный ветер вырисовывал на её щеках розовые полосы. Ночь неслась по извивающейся дорожке, в то время как леса и поля мчались мимо, словно жизнь сама старалась вернуть её назад. Но наездница не собиралась останавливаться.
По мере того, как они отдалялись от княжеского двора, грудь девушки освобождалась от сковывающего ее страха. Мысли о Филиппе и их детях постепенно отстранялись. Она чувствовала свободу, дух северянки пробуждался в ней с каждым новым порывом ветра. Алисия понимала, что её побег не будет без последствий, но внутренний голос убеждал её – это правильный путь.
Вдали за горизонтом поднималось запоздалое зимнее солнце, и первый проблеск света отражался на хрустящем тающем снежном покрове. Алисия знала, что обязательно вернется, но только тогда, когда она сможет изменить судьбу княжества и защитить его от грядущих бедствий.
Глава 5
– В каком смысле моя супруга сбежала? – раздался крик князя, полный тревоги, а не гнева. Его голос сломался, словно старая березовая ветвь. Новый крик застрял в горле, превратившись в хриплый стон.
Филипп откинулся обратно на подушки. Виски прошибло невыносимой болью, словно удар деревянным мечом по голове во время тренировочного боя. Перед глазами плыли мутные пятна, а во рту ощущался горьковатый привкус то ли снадобья, то ли обмана. Постепенно в сознание просачивались обрывки вчерашних событий, складываясь в тревожную картину.
Он с трудом сел на кровати, игнорируя пульсирующую боль в висках.
– Вызовите ко мне Сюаня, – произнес он хриплым голосом, полным власти, – Немедленно! И, ради Единого, задерните шторы!
Спустя непродолжительное время в покои княжеской четы тихо зашел Сюань. Он, казалось, был единственным человеком, кто не боялся гнева Филиппа. В его глазах не было ни страха, ни подобострастия – лишь спокойствие. Шаги его были бесшумны, а взгляд – непроницаем. Советник словно скользил по воздуху, приближаясь к кровати князя, не нарушая тишины.
Учтиво поклонившись князю, спокойно произнес:
– Князь, я полагаю, вы желаете обсудить внезапное исчезновение вашей супруги? Я, признаться, ожидал подобного развития событий. Княгиня Алисия – женщина сильная и решительная. Было бы странно, если бы она осталась в стороне, когда решается судьба ее народа.
– Почему ты ее не остановил? Почему она вообще ослушалась наказа своего государя? Как… зачем ей делать это самой? – севшим от переживаний голосом спросил Филипп.
Сочувствующим, но все же холодным взглядом, советник оценил князя. Он видел отражение его страхов и надежд, видел сплетение нитей судьбы, которые привели его к этому моменту. – Сможет ли князь сохранить хладнокровие? – подумал чужеземец. – От этого зависит, насколько управляемой будет ситуация. Если он поддастся эмоциям, все наши планы рухнут.
– Олег приказал вздернуть стражников, раз те оставили свой пост, – доложил советник с Востока, заведя руку за спину.
Князь, разминая двумя пальцами область виска, замер, словно ледяная статуя. Его взгляд, и без того тяжелый, стал невыносимо давящим.
– Что ты сказал? – прошипел он, и в его голосе не было ни капли эмоций, кроме раздражения.
Советник, не дрогнув, выдержал тяжелый взгляд государя.
– Я лишь доложил вам о произошедшем, князь.
Князь усмехнулся, оценивая смелость советника. Он медленно опустил руку, прекратив массировать висок. Его глаза, словно раскалывающееся небо вспышками молний, буравили советника.
– Ты слишком спокоен, – заметил сидящий на кровати. – Хладнокровно сообщаешь мне о столь неприятных новостях. Что за самоуправство?
– Советник полон решимости и делает то, что правильно, без всяких раздумий и колебаний. Это потому, что он принимает опасность своей Родины и её страдания как свои собственные и прилагает все усилия, чтобы исполнить свой долг. Это ни сколь не умаляет Вашей власти. Это лишь доказательство того, что Ваши люди верны Вам и также радеют на благо объединенных княжеств.
– В назидание другим, «показательная порка», – закончил Филипп мысль за Сюаня. – Что малейшая ошибка в работе каждого может и будет иметь последствия.
Чужеземец кивнул, понимая, что те были обречены. Но его главной целью было сохранение стабильности в княжестве, а это, возможно, требовало жертв. Стражи упустили княгиню, тем самым, возможно, допустив возможность гибели государыни.
– Ветер доставил послание от нее, желаете прочесть? – Сюань протянул сложенный пергамент, перевязанный тонкой шелковой лентой.
Моргнув, Филипп сжал челюсти и протянул руку к письму. В его глазах появился стальной блеск. Он прочтет это письмо, узнает правду и вернет свою жену. Чего бы это ни стоило.
Медленно сняв шнурок, он развернул письмо. В нем была лишь пара строк, которая, казалось бы, насмехалась и в то же время давала надежду, что супруга обязательно вернется:
Бережно сложив несколько раз письмо, князь отложил его на прикроватный столик. Задрав голову к потолку, он рассмеялся – сначала тихо, почти неслышно, а затем все громче и громче.
Повернув голову в сторону восточного советника, он увидел, как маска невозмутимости на лице чужеземца дала трещину. Сюань был поражен. Он забеспокоился не за Филиппа, а за Алисию. Она затеяла опасную игру, и ставки были слишком высоки. И теперь, когда, возможно, князя объединенных земель обуяло безумие, он испытал легкий укол сомнения.
Успокоившись, государь смог произнести:
– Она вернулась. – В его глазах вспыхнули искорки восторга. – Моя непокорная северянка вернулась!
Глава 6
День выдался изнурительно долгим. Алисия выехала перед рассветом, оставив за спиной стены княжеских палат, и теперь, к вечеру, ее тело ломило от многочасовой езды в седле. Дорога петляла вдоль оживленного тракта – настоящей артерии жизни для этих земель. Здесь, словно разноцветные бусины на нитке, тянулись повозки торговцев, нагруженные доверху товарами, кибитки бродячих артистов, расписанные яркими красками, и одинокие путники, бредущие в поисках лучшей жизни. От этого шума у Алисии начинала болеть голова.
Княгиня, мучимая жаждой, чувствуя, как спину начинает ломить, точно у старухи, батрачившей в поле, приняла решение сделать привал у небольшой речушки. Свернув с тракта на едва заметную тропинку, она вывела Ночь к берегу. Алисия соскочила с седла, разминая затекшие ноги. Ей пришлось каблуком сапога пробивать небольшую лунку, чтобы суметь набрать воды в кожаный бурдюк и дать напиться животному. Лошадь жадно припала к воде, шумно втягивая ее большими глотками. достала из седельных сумок немудреный обед. Вяленое мясо, жесткое и соленое, грубый хлеб, и сочное, наливное яблоко – простой, но такой желанный перекус после долгой дороги. На мгновение княгиня прикрыла глаза, наслаждаясь моментом.
Невдалеке от их привала, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряные и золотые тона, Алисия увидела вывеску придорожной харчевни “Тополь”. Небольшое, но крепкое здание, сложенное из бревен, манило теплым светом, льющимся из окон. Несмотря на гомон голосов таких же путников, как она сама, доносившихся изнутри, и запах дешевой браги, смешанный с ароматом жареного мяса, здесь чувствовалось какое-то обманчивое тепло и уют.
Девушка решила зайти внутрь, чтобы поужинать и переночевать. Посетители заведения были разношерстными – ближе к очагу расположились купцы и чиновники, одетые в добротную одежду, с лоснящимися лицами и полными кошельками. В дальних углах ютились оборванные путники и крестьяне, с исхудалыми лицами и дрожащими руками.
За одним из столов двое мужчин, одетых в темные плащи, тихо переговаривались, время от времени бросая взгляды на других посетителей. Их лица были скрыты в тени капюшонов, но Алисия чувствовала, что они кого-то ищут. Возможно, они – охотники за головами, или тайные агенты Князя.