Ана Кох – Полуночный поцелуй (страница 5)

– Мрау.

– Знаю, сама виновата, надо было все это вынести. Но, как говорит Эшли, что сделано, то сделано.

Пушистый засранец удобно устраивается в ногах, а я незаметно для себя и быстро проваливаюсь в сон. Уже поздно ночью я слышу, как Марсель шипит и стучит когтями по полу. Проворчав ему что-то, даже не вникая в суть происходящего, отворачиваюсь и снова проваливаюсь во мглу.

Глава 4

Последующие утренние пробуждения уже не такие тяжелые, как были в день встречи с Эшли. Пару раз Марсель будил меня своим шипением, но я не обращаю на это внимание, поскольку с наступлением весны активизируются не только люди, но и различные насекомые. На самом деле я даже благодарна пушистому засранцу за то, что он избавляет меня от назойливого жужжания мух и их мерзких лапок, которыми они прикасаются моей кожи. Как только я представляю, как летающие мерзости садятся на меня, меня передергивает.

– Доброе утро! Чем займемся сегодня?

Субботна встречает меня ярким солнечным светом, проникающим даже сквозь плотную ткань. С каждым днем солнце встает все раньше, а значит, мне придется купить более плотные шторы, примерно такие же, как были в квартире, где я жила вместе с Итаном. Несмотря на то что он наговорил мне много неприятных вещей, о которых я никому не рассказываю, я все равно с теплотой вспоминаю проведенные с ним годы. Не желая жалеть себя и возвращаться к воспоминаниям, я просто делаю вид, что ничего этого не было. Мне проще игнорировать свое прошлое, потому что я уже устала его оплакивать. Возможно, через несколько недель меня снова засосет в бездну страданий, но сейчас мне просто нужно жить дальше.

Настроив себя на “новую жизнь”, я еще раз проверяю свое расписание на следующую неделю. Два собеседования в понедельник и три во вторник, о которых я договоривалась последние дни. Единственная странность, которая меня начинает напрягать, – на моем резюме нет никаких соронних отзывов и приглашений, а договоренности о собеседованиях лишь с теми компаниями, с которыми я связалась сама. Наверное, глупо было скидывать их все в почти одну кучу, но зато это займет мои дни, и я смогу приступить к работе как можно быстрее.

Кошачий корм заполняет миску, а горячий свежий кофе – мою кружку. Две ложки сахара отправляются следом. Пока напиток остывает, выпиваю стакан прохладной воды и отправляюсь в душ.

Теплые струи воды разбиваются о мое лицо и стекаются вниз по светлой коже. На ощупь я пытаюсь найти свой гель для душа, но не обнаруживаю его на своем месте. Это довольно-таки странно, поскольку я уже привыкла, что живу одна и все вещи остаются на тех местах, куда я их поставила. Сделав шаг по ванне и выйдя из-под тропического душа, осматриваю свою полку и обнаруживаю, что гель стоит с правой стороны. Но я точно помню, что ставила его слева!

Стараясь не развивать в себе паранойю, отвлекаюсь от этой маленькой несостыковки и продолжаю утренние дела. Замотав волосы в полотенце и накинув халат на голое тело, сажусь за кухонный стол и отпиваю остывший кофе.

Эшли никогда не понимала моей привычки пить чуть теплые напитки вместо горячих. Когда мы учились в университетах и часто оставались друг у друга на ночь, мне приходилось буквально отвоевывать свое право на чашку холодного кофе с утра. С вечера я наливала себе крепкий и сладкий напиток и оставляла его на столе, а Эшли, привыкшая к порядку и пустым поверхностям, всегда грозилась его вылить и приучить меня к “вкусу нормального кофе, а не этой гадости”, поэтому нам приходилось искать компромиссы. Я убирала кофе в холодильник и утром доставала его, чтоб он согрелся до комнатной температуры, а Эшли смирилась с моими “вкусовыми извращениями”, как она это называет.

Наш путь взросления включает в себя и парня, который нравился нам обеим, и поддержку после расставаний, и юношеский максимализм, и период, когда мы пытались приучить друг друга к привычкам друг друга и отучить от тех, которые нам не нравились. Самое приятное в этом всем, что с годами мы не просто остались друг у друга, но и научились принимать такими, какие мы есть. Там, где Эшли заранее наливает мне кофе, чтоб он остыл к моему приезду, я заранее и по минутам расписываю план наших встреч и никогда не настаиваю на спонтанности, которая выбивает мою подругу из колеи.

Чем больше я думаю про свою подругу, тем сильнее меня закидывает обратно в пучину печальных мыслей. Эшли в стабильных отношениях, которые перерастают в настоящую семью, мои же отношения оказались разрушены. У нее есть работа, которая оставляет ей удовольствие, а я оказалась уволена за то, что не сдержалась на фоне всего происходящего стресса. Пока Эшли обустраивает их с Джастином дом, я перебралась в квартиру с одной спальней. Она всегда и во всем на шаг впереди меня. Я рада за нее, но отсутствие собственных успехов на ее фоне срабатывают для меня триггером и превращают в неудачницу в собственных глазах.

Очередная моя попытка привести себя в нормальное настроение заключается в рациональном взгляде на вещи. 30 лет – это не тот возраст, когда жизнь заканчивается. Многие люди в этом возрасте даже и не задумываются о вещах, которые меня тревожат. Медицина сделала огромный шаг, поэтому наличие будущих детей меня не должно сильно волновать. Но как бы я ни пыталась себя успокоить, я прихожу к тому, что мне сложно быть одной. Или же это просто привычка, которая еще не прошла после Итана.

Все было на двоих. Совместные планы, две тарелки для завтрака, готовка двойной порции ужина, пара билетов в кино и две упаковки поп-корна, сладкого и соленого. И все оборвалось в один день. Почему? Еще вчера мы были вместе и думали, как проведем совместный отпуск, сегодня я слышу о том, что меня не любят, а завтра я перевожу свои вещи и ночую в этой квартире.

Сильно зажмурившись, я снова пытаюсь избавиться от всех этих мыслей и скрещиваю пальцы, загадывая, чтоб все стало лучше, чем было. Я делаю долгий выдох, представляя, что освобождаюсь, и открываю глаза, готовая к этому дню.

Отправив Эшли сообщение с вопросом о ее самочувствии, игнорирую все пришедшие уведомления и захожу в анкету парня с тем самым черно-белым фото. В сети он не был уже несколько дней с момента отправки ответа на мой вопрос. Ну и черт с ним.

Быстрый сбор шерсти по углам руками, помощь пылесоса и влажная уборка занимают почти час, а время лишь подходит к обеду. И чем мне себя занять в скорый свободный вечер?

Поскольку секс на один раз меня не привлекает, то все же отвечаю парочке парням с более-менее адекватными анкетами и завязываю непринужденные диалоги про интересы. Катчер, парень с симпатичной мордашкой и оказавшимся браком за спиной сразу обозначает, что отношения его не интересуют, а вот подруга для регулярных встреч – самое то. Майкл же, наоборот, заинтересован в том, чтоб найти себе девушку для долгого и перспективного будущего.

Прокрутив каждый из этих вариантов в голове, понимаю, что ни тот, ни другой мне не подходит. Наверное, рана оставленная Итаном еще нескоро затянется, но мне нужно решить, как жить дальше. Вариант с избеганием помогает плохо, потому что невозможно постоянно игнорировать произошедшее, когда причиами моих эмоциональных скачков служит буквально любое событие в моей жизни.

Смс пришедшее от Эшли, сообщает, что в ее доме сегодня проходит дружеская встреча с друзьями Джастина и что никто не будет против, если я к ним присоединюсь. Мне приходится дать вежливый отказ, сославшись на личные дела. На самом деле, мне просто будет неудобно находиться там, где буквально все будет маячить мне о том, чего я не имею.

И все-, это не зависть. Это сожаление о своих неудачах.

– Ну, и что у тебя за личные дела? – зная нелюбовь Эшли к отказам и неясным причинам для них, мне приходится быстро генерировать весомый повод для пропуска этой встречи.

– Ну-у-у… Там будут друзья Джастина и наверняка меня там не ждут.

– Ты почти со всеми ними знакома. Помнишь, осенью вы с Итаном приходили к нам на день рождения Джастина? Будет, правда, пара новых лиц, и, кстати, они свободны.

– И все же, нет. Вы планировали вечер без меня, я не хочу быть лишней на этойвстрече.

– Ты? Лишняя? Кто тебе сказал эту чушь? Я тебя не позвала не потому, что ты такая, а потому что тебе может быть тут скучно. На самом деле, и мне тут будет скучно, потому что жены Говарда и Скотта две подружки-неразлучницы, которые сидят рядом и шушукаются оббо всем, что видят. Если ты придешь, то станешь моим спасением!

– Не знаю… У меня уже были планы…

– Какие? – я мгновенно прикусываю себе язык, потому что обманывать свою подругу – одно из моих самых нелюбимых дел.

– Свидание?

– Да, свидание, – если приходится лгать, то делать это надо полноценно.

– Ого! Могу тебя поздравить с постепенной вылазки из омута по имени Итан? Жду отчет во всех подробностях!

– Ну, это просто встреча без продолжения, поэтому рассказывать будет нечего.

– Не зарекайся. Кто знает, где ты завтра проснешься, – даже через мобильную связь и на расстоянии я чувствую смешок и приподнятое настроение своей подруги.

– Ага, и никто не знает, проснусь ли я вообще.

– Не будь такой пессимисткой, хорошего вечера! А я пойду настраивать себя на скучную мужскую болтовню и две пары крысиных глазок, чьи хозяйки завтра разнесут по всему району, сколько у меня стоят кухонные полотенца и с каким запахом туалетная бумага.