Ана Хуанг – Разрушительная ложь (страница 80)
Мужчина, сидевший внутри, подпрыгнул, и его колено ударилось о мой стол, когда он повернулся ко мне лицом.
Я нашел его по вчерашнему событию. Какой-то мелкий предприниматель, пробравшийся на собрание.
Я позволил ему дожидаться меня в одиночку, потому что не беспокоился, что он что-нибудь украдет или разнюхает. Запасной офис использовался для более… неприятных разговоров, и там не было ничего, кроме простой мебели.
– Я жду уже полчаса.
Он констатировал очевидное, будто я не следил за временем.
– Серьезно? – Мне плевать, сколько ему пришлось ждать. Фрэнк Риверс – мелкая сошка. Он бы прождал два часа, если бы я захотел. – Прошу прощения.
Я подошел к столу и сел напротив.
Пока я рассматривал его, снова воцарилась тишина. Мой бесстрастный взгляд скользнул от редеющих каштановых волос к безвкусной зеленой рубашке. Куртка слишком сильно обтягивала плечи, а над верхней губой проступили капли пота.
– Знаешь, почему я устроил встречу? – поинтересовался я.
– Нет. Ваш человек не сказал. – Взгляд Фрэнка забегал по сторонам. Я попросил Кейджа его привести и рассмеялся бы над очевидной нервозностью, если бы во мне осталась хоть капля веселья. – Наверное, это связано с моим новым бизнесом.
Его грудь немного вздымалась.
– Твоим новым бизнесом.
Он замялся.
– Да. Я… я думал, вы хотите поговорить о деле. Предложить мне защиту.
Я бы не стал заниматься безопасностью Фрэнка Риверса, даже если бы он заплатил мне миллиард долларов и предложил подтирать мне задницу каждый день до конца жизни.
– Нет. Не поэтому. – Я выдвинул ящик стола. – Я слышал, ты большой любитель виски.
На его лице промелькнуло удивление, сменившееся недоумением.
– Да…
– Я и сам фанат. – Я достал черную коробку с золотыми буквами.
Судя по резкому вдоху, Фрэнк сразу узнал ее.
– Виски «Ямазаки» двадцатипятилетней выдержки, – с улыбкой подтвердил я. – Стоил мне двадцать штук.
У меня была бутылка «Ямазаки» пятидесятипятилетней выдержки, и она стоила в сорок раз дороже, но я никогда не стал бы тратить ее на такого подонка, как Риверс.
– Не желаешь? – вежливо поинтересовался я.
По энергичному кивку Фрэнка – у него буквально потекли слюни – я открыл бутылку и наполнил два хрустальных стакана, стоявших на столе.
И скривился от презрения, когда Фрэнк набросился на напиток прежде, чем я закончил наливать свою порцию.
– У меня вопрос, – начал я, прежде чем стакан достиг его пухлых губ. – Прошлым вечером, когда ты лапал мою девушку, какой рукой ты пользовался?
Он замер. С его лица сошла вся краска.
– Что я…
– Мою девушку. – Я откинулся назад, оставив напиток нетронутым. – Высокая, вьющиеся темные волосы, черное платье. Самая красивая на мероприятии.
– Я… Я не знал… Не знал, что это ваша девушка. – Блеющее оправдание Фрэнка было почти таким же жалким, как и его манеры. – Я прошу прощения…
– Меня не интересуют извинения. Меня интересует ответ. – Острый край моей ярости прорезал маску сердечности. Мысль о том, что он посмел даже дышать в присутствии Стеллы, не говоря уже о прикосновениях, жгла кровь. – Какой. Рукой?
На рубашке Фрэнка проступили пятна пота.
– П-правой.
– Понятно. – Моя улыбка вернулась. – Поставь стакан.
Он держал его правой рукой.
– Клянусь, я не знал! Я… Я опоздал и…
Я прищурился.
Немного поколебавшись, он дрожащей рукой поставил стакан на стол. Я мог поклясться, что услышал настоящий всхлип.
Мое презрение усилилось.
Я подождал, пока ладонь Фрэнка коснется деревянной поверхности, прежде чем вытащить из ящика стола нож и проткнуть его руку. Острая словно бритва сталь прорезала плоть и кости, как масло.
По комнате пронесся нечеловеческий вой, пока я хмуро смотрел на кровь, текущую по старинному красному дереву.
Возможно, стоило сделать это на менее дорогом покрытии, но, увы, уже поздно.
Я снова посмотрел на Фрэнка. От боли у него вылезли из орбит глаза, из горла рвались хрипы, а по щекам струился пот.
– Вы ошиблись, мистер Риверс. – Я удерживал рукоять ножа, наклоняясь вперед.
– Ты прикоснулся к тому, что мне принадлежит. А если я что-то и ненавижу… – Я вогнал нож глубже, позволяя зазубренному лезвию пронзать плоть с мучительной медлительностью, пока крики не достигли нечеловеческой высоты. – Так это когда прикасаются к тому, что мне принадлежит.
– Прошу. Мне жаль. Я… о боже.
Он издал болезненный всхлип.
Воздух наполнил резкий запах мочи.
О черт. Это кожаное кресло, сделанное на заказ.
Я сжал зубы, но глянул на часы и понял: пора заканчивать.
– Я в хорошем настроении, так что оставлю тебе твою руку.
Я мог растянуть сеанс еще минимум на час, но сегодня вечером мы со Стеллой договорились готовить тако, и мне нужно было купить все ингредиенты по дороге домой.
– Но если ты снова прикоснешься, посмотришь или хотя бы подумаешь о Стелле… – Я вогнал лезвие до упора, по самую рукоять. Фрэнк сорвал голос от крика и мог только болезненно всхлипывать. – Твоя рука станет не единственным, что я отрежу.
Я выпрямился, потом остановился.
– Ах да, ты же хотел попробовать виски.
Я взял и наклонил его стакан. Содержимое лилось на изуродованную руку, пока стакан не опустел, а крики Фрэнка снова начали отскакивать от стен.
Алкоголь прекрасно заглушает боль при открытых ранах.
– О возмещении за алкоголь не волнуйся, – добавил я. – Я сам сниму деньги с твоего счета. «Аржент Банк», счет 904058891314, маршрутный номер 087945660, верно?
Он уставился на меня опухшими от слез и остекленевшими от боли глазами.
– Приму это за «да». – Я погладил его по щеке. – Пусть все останется между нами, ладно? Я бы не хотел возвращаться к этому разговору.
Я успел пройти полпути к двери, но потом остановился. В голове вспыхнула картина, как ублюдок хватает Стеллу за задницу, и на поверхность всплыла ярость, переливаясь под кожей ледяными черными волнами.
– Я передумал. – Я повернулся. – Все же я не в настроении.
Раздался выстрел. Фрэнк рухнул на стол с дырой в затылке и открытыми безжизненными глазами.