Ана Хуанг – Извращённая любовь (страница 37)

Мое дыхание образовывало в воздухе клубки пара. Было холоднее, чем я ожидала, но я не прекращала идти, пока не достигла края озера - достаточно близко, чтобы почувствовать запах влажной земли под ногами.

Это был первый раз, когда я вспомнила и пошла к озеру.

В детстве я сторонилась этого, доходя лишь до зоны отдыха с барбекю. Даже тогда я так нервничала, что на полпути  откланивалась и бежала в ванную, чтобы взять себя в руки.

Я не знала, что заставило меня прийти сюда этим утром, но песня сирены озера обволакивала меня, заманивая ближе, как будто оно пыталось открыть мне секрет, который не хотело, чтобы слышали другие.

После всех уроков с Алексом я стала лучше относиться к воде, но дрожь беспокойства все еще проносилась во мне, когда я думала о водных глубинах передо мной.

Глубокий вдох. Ты в порядке. Ты на твердой земле. Озеро не поднимется и не утащит тебя…

Вдалеке завыла автомобильная сигнализация, и я вздрогнула, забыв обо всех техниках расслабления, поскольку мой кошмар разыгрался средь бела дня.

Я подняла с земли еще один камень. Он был гладкий и плоский, такой, от которого могла бы пойти красивая рябь. Я занесла руку назад, чтобы бросить его, но почувствовала запах чего-то сладкого и цветочного - маминых духов , и отвлеклась.

Мой прицел отклонился, и камень упал на землю, но я не возражала. Мама вернулась! Теперь мы можем играть.

Я повернулась, улыбаясь широкой зубастой улыбкой, но успела пройти только половину пути, как что-то толкнуло меня. Я упала вперед с края палубы, мой крик был поглощен водой, устремившейся к моему лицу.

- Ава? - Обеспокоенный голос отца проник в мое оцепенение. - Что ты здесь делаешь?

Я забыла. Он выходил сюда каждое утро на зарядку, в дождь или ясную погоду. Он был ответственен в отношении своей утренней рутины.

Я крутилась, пытаясь убежать от образов, мелькавших в моем мозгу, но они не прекращались. Старые кошмары. Новые откровения.

Нет. Нет, нет, нет, нетнетнетнет.

Золотой перстень моего отца вспыхнул на свету, и я увидела его лицо.

И  закричала.

Глава 28

Алекс

Что-то было не так.

Я чувствовал это глубоко в своих костях, когда въезжал на свою подъездную дорожку, мое шестое чувство разбушевалось.

Ава смотрела прямо перед собой, ее лицо было бледным, глаза не видели. Она была такой с утра после Дня благодарения, когда отец нашел ее у озера, и она закричала так громко, что разбудила меня от одного из редких приступов сна. Я помчался на улицу, мой разум придумывал всевозможные ужасные сценарии, пока я проклинал себя за то, что оставил ее одну. За то, что подвел ее.

Но я нашел ее снаружи, целую и невредимую - по крайней мере, физически, пока ее отец пытался успокоить ее. Лицо Майкла было в морщинах, она дрожала как лист на ветру, слезы текли по ее лицу. Она отказалась рассказать нам, что случилось, и только спустя несколько часов призналась, что испугалась, оказавшись так близко к озеру. Она не знала, зачем вообще пошла туда, но ее боязнь воды сработала с опозданием.

Дерьмо.

Теперь Ава могла зайти в бассейн без паники, и она оставалась спокойной, когда мы посещали озера раньше. Нет, что-то другое пугало ее до такой степени, что она кричала на весь дом, и как только я узнаю, что это было, я буду охотиться за ним до конца и разорву его на части голыми руками.

Я провел ее в дом, где уложил под одеяло на диване и приготовил ей горячий напиток. Я отключил отопление, так как уехал на выходные, и пока оно не заработало, в доме было холодно.

- Горячий шоколад с овсяным молоком и тремя зефиринками. - Я сохранил легкий тон, когда протягивал Аве напиток. - Прямо как ты любишь.

- Спасибо. - Она обхватила кружку руками и уставилась на зефир, покачивающийся в жидкости, но не сделала никакого движения, чтобы выпить.

Обычно она уже выпила бы половину кружки. Она любила горячий шоколад. Это была ее любимая часть зимы.

Я схватил ее за подбородок и поднял ее лицо к своему.

- Скажи мне, кого или что мне нужно убить, - прорычал я. - Что случилось в доме твоего отца?

- Я же сказала, ничего. Это было просто озеро. - Ава выдавила из себя шаткую улыбку. - Ты не можешь убить озеро.

- Я осушу все гребаные озера и океаны в мире, если понадобится.

Крошечная слезинка скатилась с ее глаза.

- Алекс…

- Я серьезно. - Я смахнул слезу большим пальцем. Мое сердце бешено колотилось в груди, рыкающий зверь, разъяренный видом ее страданий и мыслью о том, что в мире есть что-то, что посмеет причинить ей боль. Лицемер, шептала моя совесть. Жестокий, эгоистичный лицемер. Посмотри в зеркало. Подумай о том, что ты сделал. Я стиснул зубы и проигнорировал дразнящий голос в моей голове. - Я сделаю это для тебя. - Я поцеловал то место, где была ее слеза. - Я сделаю все для тебя. Неважно, насколько это извращенно или невозможно.

Дрожь пробежала по ее телу.

- Я знаю. Я доверяю тебе. Больше, чем кому-либо другому в этом мире.

Если бы она только знала, - пела моя совесть. Если бы она только знала, что ты за человек. Она бы и на десять футов к тебе не подошла, не то что доверять.

Заткнись.

Отлично. Теперь я вел безмолвные беседы с воображаемым голосом.

Как низко ты пал.

- Я не знаю, правда ли это вообще... правда ли это, - прошептала Ава. - Я могла себе это представить.

Мои костяшки побелели.

- Представить что?

- Я… - Она сглотнула, в ее глазах застыл ужас. - Мои детские воспоминания. Они вернулись.

Признание обрушилось на меня, как товарный поезд, застав врасплох.

Из всех вещей, которые я ожидал от нее услышать, это не было одной из них.

Подавленные воспоминания обычно были результатом травмирующего события и могли всплыть, если человек сталкивался с триггером - звуком, запахом, событием. Но Ава была дома, где она росла всю свою жизнь. Что же произошло в День благодарения, что могло спровоцировать ее? Озеро?

- Хорошо. - Я сохранил свой голос спокойным и ровным. Успокаивающим. - Что ты помнишь?

Плечи Авы вздрогнули.

- Я не помню всего. Но я помню день, когда я... день, когда я чуть не умерла.

Все мое тело стало горячим, потом холодным. Почти умерла. Если бы она умерла, если бы ее больше не было в этом мире...

Невидимая петля на моей шее затянулась; крошечная бисеринка пота стекала по шее.

В том, что она чуть не умерла, не было моей вины. Это случилось задолго до того, как я встретил ее, но все же...

Мое дыхание стало поверхностным.

- Я играла у озера. - Она облизала губы. - Раньше там был причал, который выходил на середину воды. Мой отец убрал его после "Инцидента" , так я называю то, что произошло,  но мы постоянно ходили туда до развода родителей. Мой отец съехал, а мама впала в депрессию. Это был очень неприятный развод, насколько я поняла с годами, и сейчас я помню все эти крики и угрозы. Я была слишком мала, чтобы понять, на что они злились; я знал только то, что они были злы. Так злы, что иногда я думала, что они убьют друг друга. В общем, мама перестала брать меня на озеро, пока однажды... не взяла. Мы играли на причале, и у нас закончился крем для загара. Моя мама очень любила солнцезащитные крема - она говорила, что это самое важное, что мы можем сделать для нашей кожи. Я не хотела прекращать игру, чтобы пойти с ней, поэтому она взяла с меня обещание оставаться на месте, пока она сходит в дом. Она должна была уйти всего на несколько минут.

Ава провела пальцем по ободку кружки, ее глаза приобрели то далекое качество, которое говорило мне о том, что она потерялась в своих отрытых воспоминаниях.

- Я так и сделала. Я оставалась на месте. Наблюдала за рыбами, бросала камни в воду - мне нравилось, как от них шла рябь. Я ждала, когда она вернется, чтобы мы могли снова поиграть. Этот день снился мне в кошмарах столько, сколько я себя помню, так что все это не ново. Я помнила, как она ушла, и помнила, как она вернулась и я упал в воду. Только… - Она глубоко вздохнула. - Я не думаю, что она вернулась. Мне показалось, что я почувствовала запах ее духов, но в моих кошмарах и воспоминаниях я так и не смогла разглядеть лицо человека, который толкнул меня. Все произошло так быстро. Но когда я была у озера несколько дней назад... вернулись новые воспоминания, и я поняла, что видела больше, чем думала. Перед тем, как упасть в воду, я увидела вспышку золота. Перстень с печаткой MЧ.

Ужас и шок свернулись у основания моего позвоночника и распахнули свои крылья, окутывая меня своими темными объятиями.

- Майкл Чен. - Ава задрожала сильнее. - Алекс, моя мама не пыталась убить меня. Это сделал мой отец.

Глава 29

Ава

Я не переставала блевать.

Я бросилась в туалет, мой живот бурлил, кожа была мокрой от пота, когда Алекс откидывал мои волосы назад и растирал круги на моей спине.

Он был в ярости. Не на меня, а на моего отца, на мое прошлое, на всю ситуацию. Я чувствовала это по его напряженных руках и ауре едва сдерживаемого насилия, которая витала вокруг него с тех пор, как я призналась в своих воспоминаниях.