Ана Ховская – Рыжая (страница 53)
Ружена Дворжак была довольно обычной женщиной, которая помешана на контроле, правилах, режиме, увлечена наукой и… Полом. Даже не знаю, что он в ней нашел. Она буквально не оставляла его в покое. Кажется, иногда даже раздражала своей навязчивостью и инициативой. Этакая опекающая мамаша на «Моби». У меня это вызывало лишь усмешку.
Когда-то они были любовниками. Поняла это еще на Зоруне. Но, поскольку теперь система слежения была под моим контролем, удостоверилась, что на станции Пол не поддерживал с ней близких отношений, но уважал коллегу. А Ружена часто откровенно смотрела на него в моем присутствии, словно заявляя свои права. И она очень внимательно следила за мной, если рядом находился Пол: чувствовала угрозу. Хотя я не давала повода.
Но нужно отдать ей должное: она организованный и грамотный специалист и многому учила меня. И все же иногда проскальзывала мысль удалить ее со станции, а если не со станции, то с МИС в будущем. Она не отдаст то, что считает своим. Как и я…
Каллиста и Атамус Адамиди – очень приятные люди. И с юмором у них все в порядке. Ни одного из них мне ни разу не захотелось придушить, даже чем-то задеть. А поражало то, как они слажено работали, чувствовали друг друга, как единый организм.
«Брат и сестра – единое целое. Может ли быть такое?»– часто удивлялась я, но их тела не лгали.
За пределами лаборатории близнецы жили словно в своем отдельном мирке. К тому же они периодически работали в инженерном и командном отсеках, занимаясь системами «Моби», поэтому их часто искали по громкой связи. Призраки – называл их Пол.
Однажды, оказавшись в инженерном отсеке, обнаружила, что они тоже отключают систему слежения и в это время разговаривают на своем языке. Я не знала греческого, но догадалась.
Я тоже была призраком, но в системе «Моби»: новая программка на коммуникаторе позволяла фиксировать все временные и пространственные точки, когда я делала то, о чем не должна знать служба контроля. А потом до синхронизации оперативно затирала историю и корректировала записи.
Все были дружелюбны и поддерживали общий дух, но все же каждый оберегал свой мирок, замкнутый в этом маленьком пространстве. И я больше всех.
* * *
До общего отбоя со скукой перебирая и структурируя записи проведенных сегодня работ по сравнению формул веществ-стабилизаторов, имеющихся в нашем распоряжении, я продолжала думать о том, что до сих пор не имею плана на будущее, просто не знаю, как буду жить дальше. Я не могла дожидаться момента, когда закончится экспедиция, и подумать об этом потом – напрасная трата времени. Вернуться в альянс с перспективой работы со Сновард на КНИС уж точно не хотела, как и работать на МИС. Дипломатический статус – это хорошо, но микробиологию в таком количестве я не вынесу, пригодилось бы инженерное образование, но его у меня нет…
– У меня ничего нет,– задумчиво проговорила я.– Есть жизнь, и больше ничего…
Взгляд замер на одной точке, и мысли тоже прекратили движение.
Неожиданная вспышка света и переход на ночной режим вернуло в сознание. Я резко поднялась, зацепив рабочий визор локтем. Тот с грохотом упал на пол. Я устало прикрыла глаза, слабо надеясь, что удастся восстановить все, что написала за вечер. А снова посмотрев на визор и увидев абсолютно пустой экран, вдруг явственно поняла, чем должна непременно заняться. Решение, казалось бы, лежало на поверхности, но только сейчас сознание будто перезагрузилось и открылось для нового пути.
Я улыбнулась и посмотрела на часы.
«Я ничего не добьюсь, задаваясь разными вопросами и занимаясь пустыми размышлениями, если не начну заполнять пустоту. Это будет временным решением, но все же лучшим, чем ломать голову над будущим, планировать то, к чему пока не имею возможностей ни моральных, ни материальных. Незнание – не повод сдаваться,– четко вывела я.– У меня есть всё, и даже кое-кто полезный! Пора всем этим воспользоваться!»
* * *
Следующий день я начала с того, что запросила у Тадеско информационные базы нескольких колледжей с разным уклоном и общей военной академии на Зоруне. Он мог передать мне большой объем информации в зашифрованном виде, а я загрузить ее на свой визор. Начну с расширения горизонта настолько, насколько это возможно здесь. Я много сил растратила на то, чтобы вырваться из Кана, забыть все, что со мной происходило, и теперь нужно отключиться от второстепенных задач и восстановить ресурсы.
Времени у меня много. Ночи длинные, все дневные перерывы мои. Даже занимаясь исследованиями, я беспрерывно могу поглощать огромные блоки информации. Так всегда было в колледже. А после занятий с Даниром я снова стала наполняться энергией.
Но выхода на Тадеско не было несколько дней. Связь с альянсом начинала работать с серьезными перебоями.
– Каллиста, можешь перенастроить канал связи?– спросила я, вбегая в командный отсек ранним утром. Знала, что найду ее здесь.– У моих друзей родились близнецы! Мне так хочется всех поздравить…
Каллиста тепло улыбнулась, спустила ноги с кресла, развернулась к панели управления и быстро пробежалась по ней пальцами.
– Прости, милая, сильные помехи. Отправь сообщение, в какой-то промежуток система поймает сигнал и отправит.
– Я уже, но не доходит,– разочарованно опустилась я по стене отсека на скрещенных ногах.– Как думаешь, связь еще будет?
– Ну… в аномальную зону мы еще не вошли. В теории, да.
– Что ж, буду надеяться…
– Рань такая. Иди поспи еще,– улыбнулась Каллиста.– Я заметила, ты работаешь по ночам. Совсем выдохнешься…
– Ничего, отосплюсь за два фазиса,– усмехнулась я и уронила затылок на стену.– Я тут посижу немного? Вид умиротворяет…
Каллиста согласно моргнула и, подтянув колени к груди, откинулась на спинку кресла.
Я включила визор и, сонно гуляя взглядом по своим наработкам по встройке в защитные алгоритмы, вдруг поняла, в каком направлении дальше двигаться. Столько дней я билась над решением этой задачи, и в один миг озарение взбудоражило…
– Команде собраться в столовом отсеке!– раздался серьезный голос Данира.
Я вытянулась и переглянулась с Каллистой.
– Рано же еще!– возмутилась она, взглянув на часы.
Я с досадой выключила визор и поднялась. Только ухватила идею, но она, не закрепленная пристальным вниманием, уже растворялась в обыденности «Моби». Однако Данир никогда не приглашал нас на собрание, значит, что-то серьезное.
– Команда, у меня новости,– как только все расселись за столом, начал Данир.– Мы приблизимся к аномальной зоне раньше, чем ожидалось. Сегодня начинаем подготовку к криосну.
«Еще немного, и я бы отправила Тадеско подробную расшифровку уязвимостей защитных алгоритмов… Но я даже связаться с ним не могу!»– сердито сцепила зубы я.
– Поэтому такие перебои со связью?– ровно спросила я.
– Очевидно,– согласилась Каллиста, и кивками подтвердили остальные техники.
– До завтрака всем пройти в медотсек и сделать первую процедуру,– велел Пол.– У нас три дня на подготовку.
* * *
Данир активно приступил к подготовке команды к криосну: замерял биохимические показатели, поэтапно вводил поддерживающие сыворотки, инструктировал о побочных эффектах после выхода из сна. А Пол выполнял контрольную проверку модулей жизнеобеспечения и загружал индивидуальные профили сна.
Я старалась отсечь тревожные мысли и злилась, что до сих пор не могу связаться с Тадеско. Но после завтрака неожиданно тот сам вышел на связь.
«Куда ты пропал?! Я просила тебя прислать информационные базы, пока я в доступе!»
«Куда ты так торопишься, Ры́шавка?»
«Еще раз так назовешь, и я устрою тебе маленький переполох!»
«Прэпа́ач…*»
«Связь все хуже и хуже. У тебя два дня! Потом мы отбываем. Я выслала свои заметки по уязвимостям, пока только общие наметки, как тебе?»
«Да ты повернутая на инженерии! Если мы это осилим, то скоро я смогу спокойно передвигаться по альянсу и творить великие дела! А как твои успехи по взлому системы управления?»
«Кажется, я вот-вот создам ключ, с которым можно будет войти в любую систему безопасности! Но этот криосон так не вовремя! Я доработаю идею уже в Бартаде. Свяжусь по прибытии в свободную зону».
«Саша, ты – гений! Даже завидую тебе».
«Ага, шесть фазисов вне зоны доступа!– напряженно зажмурилась я, снова чувствуя, как к горлу подкатывает страх.– Передай привет Саре и Джону! И поцелуй Элен, если увидишь!»
«Неужели ты растаяла? Даже не пишешь им…»
«Иди работай, Тадеско!»– поморщилась я и отключилась.
_________________________________
*
* * *
Через пару дней Ружена объявила, что завтрак – это последнее принятие пищи до отбытия в Бартад. Можно пить только специальный витаминный коктейль, приготовленный Даниром.
К часу следующего дня все явились к медотсеку в специальной форме для криосна. Получив от Данира последние инструкции по погружению в сон и выходу из него, мы все улеглись в персональные модули жизнеобеспечения, кроме Пола.
Все крышки были открыты, пока близнецы Адамиди на своих визорах удаленно настраивали спящий режим систем станции, а Пол лично осматривал модули, подключал наши мониторы к системе слежения и запускал программные протоколы.
Я чувствовала себя ужасно: будто впереди огромные перемены, но меня при этом не будет. Внутренности переворачивались от неуемной тревоги.