Ана Ховская – Рыжая (страница 55)

– Вот и помирились,– подмигнул Атамус.

* * *

Ночь я не спала. Сколько можно? Тадеско успел-таки прислать информационные базы и еще техническую информацию по челнокам с указанием просмотреть ее, потому что, по его мнению, мои наработки вмещали в себя более широкие возможности, чем мы оба думали.

Пробежав по характеристикам малого космического транспорта, я обнаружила, что инженерные системы всего космического транспорта альянса идентичны, и логично, что системы безопасности тоже. Мыслей по этому поводу появилось много, но сосредоточиться нужно было на главном: начать эксперимент с чипом контроля. Поэтому я не стала отвлекаться и оставила эту часть работы на потом.

А на утро все на «Моби» завертелось, закружилось…

После завтрака близнецы Адамиди вышли в космос к аномальным объектам в виде бесформенной туманности и каких-то мутных пузырей со странным свечением, будто живых. И команда получила первые образцы для начала исследований. Все погрузились в работу.

Я не могла разбрасываться временем и энергией. Поэтому вновь, как и в колледже, определила свой собственный режим жизни на «Моби».

Моя задача состояла в изучении химического состава образцов, описания их свойств и передаче материала коллегам для проведения опытов и определения их целесообразности и применимости. Кроме этого, я должна была определить возможность использования этих веществ в лечении кожных покровов и начать свое исследование. Это занимало весь рабочий день. А все перерывы, даже во время физических занятий, и вечера были посвящены расширению кругозора.

Я стала жадно поглощать огромные блоки ранее бесполезной для меня информации: историю рас альянса, дружественных ему планет свободной зоны, торговое дело, инженерные военные технологии, о которых никто в альянсе и не знал, кроме самих хомони. Продолжила изучать психологию, которую частично проходила в колледже и которая легко давалась. Увлекли и некоторые военные дисциплины: стратегия, дипломатия, методы манипуляции противником… И, наконец, военный кодекс, по которому жил флот альянса. Он не был запрещен к изучению, но и не требовался обычным гражданским. Зато очень заинтересовал меня.

А вот часть ночи, когда мысли работали особенно продуктивно и никто из членов экспедиции не мог потревожить, я подключалась к собственному чипу контроля и экспериментировала.

Работы на «Моби» прибавлялось с каждым днем. Но я не находила ничего интересного для своего направления исследований, лишь исправно выполняла общие обязанности. Да и вся эта химия не вызывала энтузиазма. Скорее, я воспринимала ее как ежедневные гигиенические процедуры: ничего сложного, просто заученный алгоритм действий. Пока однажды Адамиди не вышли в космос и не вернулись с новым биологическим материалом.

* * *

После анализа нового образца почти вся группа вышла в дальнюю лабораторию, которая была отключена от системы гравитации, имела специальное освещение и соответствовала по атмосфере открытому космосу. Они все наблюдали за экспериментом над культурой в естественной для нее среде.

Мы с Даниром находились за интерактивным столом соседней лаборатории: я фиксировала процесс и результаты опыта, а он следил за мониторами жизненных показателей команды.

Обсуждение хода исследования сразу велось через громкую связь и записывалось в базу «Моби». Мне было откровенно скучно, и я между делом почитывала о законах торгового совета альянса. И вдруг Данир заговорил:

– Образец ПИ-7 – очень неоднозначный материал. Я отчетливо вижу, что он вызывает рост новых клеток. Причем локально…

– Локально? То есть можно использовать для обновления клеток отдельных органов, конечностей?– выдвинула гипотезу Ружена.

– Смотря как воспользоваться… Тут нужны дополнительные опыты…

– А в чем видишь неоднозначность?– уточнил Пол.

– Видишь наличие множества маркеров?– ответил Данир, и я тоже вытянула шею к интерактивному экрану и всмотрелась в структуру вещества.

–…Каждый из них обладает индивидуальной активностью и станет взаимодействовать с ключевыми клетками разных органов по-разному. Но разделить вещество на части нельзя. А если сделать из него препарат и применить неграмотно в целом, то он вызовет шоковое состояние органов. Клетки начнут делиться бесконтрольно и станут патогенными. При этом одни больше, другие меньше…

– Да, у него много маркеров,– задумчиво протянул Пол.– А если создать блокаторы и активаторы к каждому из них, то можно управлять свойствами будущего препарата. На мой взгляд, это станет уникальной разработкой. Один сможет заменить множество отдельных препаратов. При системных заболеваниях – это полезное свойство: лечим несколько органов, но не атакуем другие слишком активными веществами, противопоказанными друг другу…

– Очень интересный материал для работы!– присвистнул Атамус.

Даже через шлем скафандра Ружены я разглядела, как она восхищенно смотрит на Пола. Оглянувшись, заметила восторженную задумчивость и у Данира.

«Да, энтузиазм ученых – великая сила для медицины!– признала я.– Но я далека от такого альтруизма… Мне бы проверить результат работы с чипом контроля на ком-то из них… Вот это было бы круто!»

– Итак, наши задачи, Саша, фиксируй,– продолжил Пол, и я непринужденно перевела взгляд на визор,– вычислить все маркеры, в каком соотношении активность каждого является полезной, все это делаем одновременно с определением периода воздействия на ключевой орган. Ищем средства блокировки и активации маркеров из имеющейся базы научного совета…

Неожиданно в ход моих инженерных размышлений ворвалась мысль о создании препаратов для использования в целях защиты нарушителей, которых спасала наша маленькая группа сопротивления. Энтузиазм в микробиологии мне не свойственен, но раз уж эти знания были, то жаль ими не воспользоваться. Не всегда можно решить проблемы исправлением истории на чипе, иногда требовались конкретные физические меры для сокрытия или только готовящегося нарушения. Я и сама не прочь воспользоваться подобными методами.

«Это может стать очень полезным открытием! На вид лекарство, а в сущности – оружие… Хм, жаль, что Игната нет рядом, я бы испытала…»– коварно улыбнулась я.

Пока группа продолжала обсуждение, я уже вносила в визор стихийно возникающие идеи по использованию нового вещества.

* * *

И в самом деле, после открытия ПИ-7 микробиология перестала вызывать зевоту, появился азарт. Параллельно с утвержденными задачами исследований я начала проводить и свои собственные, не отражая результаты в официальных отчетах. Что-то подглядывала у Данира, иногда брала готовые результаты у Пола, плотно общалась с близнецами и крайне внимательно обходилась с Руженой, буквально заглядывала ей в рот. Мне надо было подобраться к ней ближе.

Неожиданно открылись возможности и для моего направления исследований. Однажды Каллиста отметила необычную реакцию одного из ранее добытых веществ на стабилизирующую сыворотку, которую мы с ней отработали еще до прилета в Бартад, и посоветовала обратить на это внимание. Я ухватилась за идею, потому что хотела освободиться от лишней нагрузки по другим задачам и углубиться в личные разработки. Теперь мне не нужно скрытно брать те или иные компоненты и реактивы, потом затирать историю… Это ведь эксперимент, и я могу свободно творить!

Пол был слишком загружен исследованиями и ответственностью за все работы на станции, поэтому свое направление я обсудила с Даниром, и с тех пор мы начали работать в связке.

* * *

Дни стали пролетать быстрее, а я бережно складывала полезные наработки коллег и свои идеи в копилку и с нетерпением ждала возвращения в свободную зону, чтобы все это передать Тадеско. Хотелось рассказать об интересных разработках и Саре с Джоном, но, скорее всего, они бы их не одобрили. Уж большую часть точно.

Параллельно исследованиям я осваивала новые техники медитации и продолжала укреплять дух и тело с Даниром.

– А ты сильная для такой конституции. У тебя крепкий захват и хорошая реакция,– однажды удивился Данир, морщась оттого, что я неожиданно заломила его руку, когда тот, шутя, напал.

– Опыт, как ты говоришь,– ухмыльнулась я, вспоминая, как училась всегда быть наготове отразить нападки Игната.– А ты владеешь каким-нибудь оружием?

Данир задумчиво оправил свободную форму и заложил руки за спину.

– Владею кисэром*. На Земле он назывался клинком. Но в альянсе боевые навыки для человека с непрофильным образованием – нарушение.

– Научишь меня некоторым приемам самозащиты?

– Это можно…

– А владеть кисэром?– хитро прищурилась я.

– У меня нет кисэра.

– Заменим ножом или вилкой,– не отступала я.

– Зачем тебе это?

– Надо же куда-то девать энергию,– невинно улыбнулась я.

– Сначала научись ее направлять, прежде чем просто выбрасывать,– усмехнулся Данир и кивнул на иллюминатор, от которого я все время норовила отвернуться.

«Хорошо,– терпеливо приняла отказ я.– Ненавижу космос!»

И все же Данир стал чаще замечать, что мое тело начинает принимать мой дух и что меня уже невозможно «прочесть». Я действительно переосмысляла себя заново и начинала принимать то, что жило во мне: страх, боль, ненависть, силу – тьму…

Необычно открыть, что я всегда многое видела, чувствовала в других, но не главное в себе: не понимая и не принимая свою силу, я не могла ее контролировать. Несмотря на то, что я жила и работала на пределе своих возможностей, физически ощущала, как наполняюсь энергией и могу ею управлять. Я пришла к спокойствию, внутренний контроль стократно усилился. Я действительно ощутила себя цельной. Мозг начал работать настолько продуктивно, что я, просыпаясь, удивлялась новым решениям задач. Я начала замечать те вещи, которых раньше не видела, и чувствовала, как где-то глубоко, за шторкой сознания, ниточка за ниточкой сплетается прочная сеть новой реальности.