Ана Ховская – Мой снежный роман (страница 3)
– Не-е, это Турсунович, сме… сменщик Михи, – послышался полутрезвый голос, видно, праздновать начали заранее. – Но я Михе сообщу, как вернётся, или сыну его… Такой помощник приехал – парень на все руки…
– Спасибо, э-э… Турсунович. Буду ждать. Не хочется в полночь превратиться в сосульку, – усмехнулась я.
– Не боись, девуля! Жди!
А пока суть да дело, я растопила камин – дровишек дядь Миша нам летом заготовил. А чтобы не замёрзнуть, нагрела воды, вымыла полы, освежила все поверхности в доме. Умаялась, но до ужина всё переделала. Так и согрелась.
Ещё надо было приготовить постельку на ночь. Заглянула в шкафы – запах залежалого белья ударил в нос.
– Да, определённо требуется стирка.
Заложила стиралку в кладовке, засыпала порошка, включила и довольная вернулась в гостиную.
– Ну что, пассажиры, займите свои места и пристегните ремни безопасности, – бросила собачью подушку у камина и прикрыла двери, чтобы сохранить тепло в комнате.
Жулька выбрался из пледа, с разгона плюхнулся на свою подушку и замер, пока я готовила место для себя.
Переоделась в плотный домашний костюм с начёсом, принесла ноутбук и устроилась на медвежьей шкуре у камина в полном дзене: салатики, ваза чипсов, бокал красного, включила ромком. Поманила Жулю себе на бедро лакомством в виде рождественского леденца и… только нажала плей, как раздался стук в дверь.
Жулька с пробуксовкой вскочил с бедра, со звонким лаем бросился к двери… Вино – на шкуре, бокал – вдребезги, винегрет – пятном на новых белоснежных штанах.
– Да ё-моё! Кто бы там ни был, убью! – грозно прорычала я.
Возмущённо пыхтя, вышла в сени, включила свет на крыльце, распахнула дверь и… растянула губы в вежливой улыбке. Жуля тоже затих и прижался к ноге.
На крыльце стоял молодой мужчина. Белая вязаная шапка припорошена снегом, короткий серебристый пуховик, того же цвета увесистый чемоданчик в руке. Глазищи яркие, большие. И тоже завис на мне.
Да, все мужчины подвисают, говорят, глаза у меня колдовские. В маму пошла, она всю молодость по конкурсам красоты моталась.
– Здрасте… Вы кто?
Мужчина пристально прищурился, чуть вскинул брови и опустил глаза на яркое пятно на моём колене.
Глянула на его чемоданчик.
– Добрый вечер, вы заказывали… – заговорил он.
– Вас дядь Миша прислал! – догадливо перебила парня и отступила на пару шагов.
Парень раскрыл рот… но вдруг из кладовки раздался такой жуткий скрежет, бульканье… взрыв, что Жуля звонко тявкнул и мотнулся в дом.
Забыв обо всём, я в ужасе развернулась и побежала в кладовку, да так и застыла на пороге: стиралку прорвало, но происходило что-то страшное. С одной стороны, вода хлестала из шланга, с другой – из-под машины волнами вытекала пена, которая залила уже весь пол и стремилась перелиться через порог.
Я перепрыгнула лужу и застыла.
– Нужно стояк перекрыть! – громко прозвучало за спиной от того самого парня.
Жуля с любопытством замер между его ботинок. Бесстрашная псинка!
Я знаю, как обращаться с кислородными системами, противопожарным оборудованием и техническими средствами на борту, но сантехнические премудрости – стояки, краны, вентили – непостижимые вещи. Я заметалась взглядом от стиралки к парню и панически развела руки:
– Я не знаю, где это… Сделайте же что-нибудь! Вы же сантехник!
И в тот момент, когда он шагнул через порог, Жуля метнулся в сторону… парень споткнулся, неуклюже выгнулся… Его нога скользнула в пену, и ботинки разъехались. Буквально, как на льду, он проехал до меня и едва не сбил с ног. Я же, чтобы удержать равновесие, резко взмахнула рукой и… заехала локтем в лицо парня…
Локоть прошибло током – парень рухнул навзничь!
Я едва устояла на ногах, скрючившись в позе «зю», и испуганно вытаращила глаза на неподвижное тело.
– Эй… вы что? – пискнула я, морщась и потирая локоть.
Но от того ни звука, кажется, даже не дышал. А его лицо было перекошено… в буквальном смысле, как будто верхняя часть сдвинулась в одну сторону, нижняя – в другую. Прямо фильм ужасов!
– Мамочки! – завыла я и дотянулась до его руки, дёрнула за неё и… Не шелохнулся!
Меня пригвоздило к полу. Я замерла с открытым ртом, чувствуя, как жаром обдаёт нутро, руки задрожали и грудь стянуло от нехватки воздуха… Но, придя в себя, в ужасе заверещала:
– Жуля, тащи телефон: я убила сантехника!
Глава 2
– Мамочки! Что я скажу дядь Мише? – ползком выбираясь из кладовой, причитала я.
Жуля притащил трубку и уронил её, не добежав метра. Метнулся назад и снова схватил. Но, видно, и он за свою челюсть испугался, что поднять телефон больше не смог и сел возле него.
Я доползла до трубки, мокрыми дрожащими пальцами попыталась разблокировать экран, но ничего не получилось: он просто не включался. Тогда несколько раз глубоко вдохнула и повернулась к парню. Тот всё так же лежал и не двигался. Зажмурилась и протянула руку к его шее.
– Мамочки! Пульс есть! – закричала так громко, что Жулька подпрыгнул на месте. – Так… его надо отсюда вытащить, а то ведь промокнет совсем – вода ледяная!
Легко скользя по пене, я вытащила парня за руки в коридор. Вода хлестала фонтаном.
Ужас! Всё заливало водой, пена уже плыла в коридор.
Но – аллилуйя! – снизу я всё-таки увидела трубу с каким-то вентилем. Потянулась и повернула его – фонтан тут же иссяк.
– Фух! Жуля, мы спасены…
Но метнулась взглядом к бедняге и перекрестилась:
– Божечки! Хоть бы ты выжил!
Снова дотянулась до телефона. Наконец экран загорелся, и я набрала тёть Тамару, местного фельдшера, одноклассницу дядь Миши. Сбивчиво объяснив ситуацию, услышала благословенные слова:
– Буду через двадцать минут. Не паникуй!
Я не знала, что делать с «телом». И здесь его оставлять жалко, и тащить – тоже опасно. Если не знаешь причины травмы, лучше дождаться врача – гласят наши правила по оказанию первой помощи. Я его и так с места дёрнула. Кто знает, что там… Как могла, уже навредила.
Жуля стоял в стороне, сосредоточенно водил бусинами от меня к бедняге, но, когда я села у стены и вытянула ноги, сел у головы парня и настороженно обнюхивал её.
– Жуль, только и ты ему ещё ухо не откуси! – нервно хихикнула, отгоняя манюню.
Ведь Вадику же чуть не отгрыз. Хотя тот сам виноват: не покормил, не выгулял, ещё и лакомство отобрал, чтобы не чавкал. Жуля вообще не переносит мужчин в моей жизни. Ревнует, что ли?
– Ой, надо же дядь Мише рассказать… – хлопнула себя по лбу.
Но телефон того оказался вне зоны действия.
– Окей, может, так и лучше, а то только панику наведу. Позвоню после фельдшера.
Я поднялась, быстро сбегала в сени, взяла тряпку с ведром и живо собрала всю воду.
Только переоделась в сухие джинсы и свитер, как подоспела тёть Тамара.
– Тёть Тамар, – семенила я следом за полной женщиной, подпрыгивая на месте, – у него как-то вот тут… косо… – жестами показала на себе. – Это же не смертельно?
– Сейчас глянем…
Тучная женщина сбросила дублёнку, сполоснула руки и прошла к парню, склонилась над ним, расстегнула пуховик, стянула шапку, внимательно ощупала.
– Тьфу! Ты так по телефону тараторила, что я подумала: совсем черепушку снесла. А тут всего лишь вывих челюсти, шишка на затылке, рефлексы в норме, – так спокойно сказала тёть Тамара, как будто тут была простая царапина. Но, честно сказать, успокоила. – Сейчас вправим, и будет как новенький. Ток давай его на что-то тёплое перенесём, а то пол студёный.