Ана Фармиго – На перекрёстке чувств (страница 2)

День пролетел незаметно, я наводила порядок в комнате. Приготовила нам с Ноа поесть. И лёжа на кровати строила планы на завтрашний день.

– Ро, что делаешь завтра? – спросила Ноа, словно прочитав мои мысли.

– Думаю, одолжу у Дженни велосипед и покатаюсь с утра. А потом заеду выбрать платье для выпускного.

– Серьёзно?! – с широко распахнутыми глазами воскликнула она.

– Что?.. – удивлённо переспросила я, не понимая, чем вызвано её потрясение.

– Ты ещё не купила платье? Ронни, как ты могла?! – укоризненно протянула Ноа, будто я совершила государственное преступление.

– У меня пересдача была на носу. Да и вообще, платье – не главное в жизни.

– Это говорит в тебе зануда, – фыркнула она. – Каждая девушка мечтает о выпускном и о шикарном платье, которое сделает её королевой вечера!

– В том-то и дело, Ноа, – я усмехнулась. – Я не каждая девушка.

– Ладно-ладно, – протянула Ноа, закатывая глаза. – Ты хотя бы позволишь мне помочь тебе выбрать платье?

– Хорошо, – вздохнула я, уже зевая. – Но сейчас я ложусь спать.

– Сладких снов, Ронни.

– Сладких снов, Ню.

Глава 2

Меня разбудил будильник своим раздражающим попискиванием. Бросаю взгляд на часы – 08:00. Сажусь на кровать, растираю глаза и пытаюсь вспомнить сегодняшний сон. Мне снилось, как мы счастливы – я, мама и отец. Только сон, не более. Они никогда не будут вместе. Если отец выводит меня из себя, то что уж говорить о маме. Ведь это у меня в семье «железные нервы». Ладно, хватит об этом. Пора собираться – день обещает быть неплохим.

Я надела свои любимые джинсовые шорты – слегка потертые, удобные, с высокой посадкой – и свободную хлопковую рубашку, заправленную небрежно спереди. Волосы оставила распущенными – тёмные пряди падали на плечи и развевались при каждом шаге. Собравшись и одолжив у Дженни велосипед, я выехала с территории кампуса и направилась в город. Раннее утро, прохладный воздух, любимая песня в наушниках – что может быть лучше? Проехав пару кварталов, я разглядывала окружающий мир: деревья, раскачивающиеся в такт ветру, людей с утренним кофе, машинный поток. Я пыталась отгадать марки автомобилей, играя сама с собой, пока не переключила плеер на Лану Дель Рей и не начала подпевать ей под нос. Но не успела закончить припев – как руль дёрнулся, и я врезалась во что-то, как мне показалось, огромное.

– Твою мать! – выругалась я, грохнувшись на асфальт вместе с велосипедом.

– Что за чёрт?! – прозвучал рядом раздражённый мужской голос.

– Простите… – пробормотала я, не поднимая головы. Виновато, но машинально.

– Я же сказала – простите! – буркнула я, с трудом поднимаясь с асфальта.

– Кто выпускает таких, как ты, на дорогу… – никак не угомонится он.

Я, подняв велосипед, повернулась к этому надоедливому типу и уже собиралась отчитать его, но осеклась на полуслове:

– Слушайте, я не собираюсь…

– Что? – с ленивой ухмылкой перебил он.

Чёрт, а он симпатичный. На меня смотрел высокий, широкоплечий парень, в серой футболке и джинсах. Темные волосы, глаза цвета расплавленного металла. Взгляд цепкий, внимательный. Уголки губ чуть подрагивают в сдержанной ухмылке.

– Эй, ты тут? – он наклонился чуть ближе и помахал рукой у моего лица.

Поняв, что слишком долго пялюсь на него, я спохватилась и продолжила фразу:

– Я не собираюсь вымаливать у вас прощение, ползая на коленях. Я уже извинилась. А вы – грубиян.

Он засмеялся, глядя прямо на меня. Вот хам! – мысленно прорычала я, схватила руль и направилась дальше, прочь от него.

– Эй, подожди! – всё ещё смеясь, окликнул он.

– Слушайте, что вам нужно? Я уже извинилась. Больше нам не о чем говорить.

– Ладно-ладно, с извинениями покончено. Просто… может, познакомимся? Я Дин.

– Поздравляю.

– Дин Миллер, если быть точным.

– Серьёзно? Сам Дин Миллер?

– Ага. Знаешь меня?

Я одарила его взглядом, полным сарказма.

– Нет. А теперь – иди к чёрту.

С этими словами я села на велосипед и, не оглядываясь, поехала в сторону кампуса. И только когда скрылась за углом, поймала себя на мысли, что, чёрт возьми, улыбаюсь.

Зайдя в комнату, я не успела толком переступить порог, как Ноа с перепуганным взглядом подскочила ко мне.

– Ро, что случилось? Что с ногой?!

Только тогда я заметила, как со злости даже не почувствовала – с колена сочилась кровь, медленно стекая по голени.

– А, это? Просто врезалась в одного придурка. Но, если честно, он заслужил.

– Что? В какого ещё придурка?!

– Не знаю. Сказал, что он Дин Миллер.

– Подожди… Серьёзно? Дин? Сам Дин Миллер?

– Да, самовлюблённый Дин Миллер. Почему ты так удивлена?

– Вероника, это же выпускник нашего универа! Он закончил три года назад.

– Ну и что? Боже мой, какая знаменитость.

– Ничего себе… Он же закончил с отличием! За ним пол-кампуса бегало, особенно девчонки.

– Ноа, меня это не интересует.

– Что он от тебя хотел? Почему ты так взъелась? – всё не унималась она.

– Да ничего. – Я закатила глаза.

– Ронни, я тебя знаю. Он что-то сказал?

– Он хотел познакомиться. Ты довольна?

– А ты?..

– А я послала его.

Я подняла палец и ткнула им в воздух, прерывая её, пока она не успела выдать восторженный визг.

– Лучше помоги мне обработать рану. И пошли уже платье выбирать.

Она кивнула, тяжело вздохнув.

– Извини, Ро.

– Всё в порядке. Пошли.

Вот мы уже в одном из «супер-мега-крутых» магазинов одежды, а точнее – в бутике с уценёнными вещами. Ноа вяло плелась за мной, закатывая глаза так часто, что могла бы соревноваться с павлином за внимание.

– Ро, ну зачем ты меня сюда притащила? – протянула она, как обиженный подросток. – У меня аллергия на старомодную одежду!

– Ноа! Я же сказала – на другое платье мне не хватит. Так что терпи.