Ана Эрмиш – Мальчик за стенкой (страница 8)

– Ага, – все также равнодушно отозвался он в ответ.

– У тебя все в порядке?

– В полном, – заверил ее Никита.

– Ладно, – Соня пожала плечами и, выпив воды, выбросила стаканчик в мусорное ведро. Пошла обратно к двери, на ходу бросив: – Тогда пока.

– Пока… – ответил Орлов, а после секундной паузы выдавил: – Подожди!

– Что?

– У тебя случайно никто из знакомых квартиру не сдает?

– Нет, а что?

– Снять хотел.

– Ты? Снять квартиру? Опять шутишь? – Соня нахмурилась и сложила на груди руки.

– Нет, правда! Позарез нужна. А, хотя, ладно, забей… – И он снова откинулся головой на спинку дивана, закрыв глаза.

Но Соня не торопилась уходить. Еще раз внимательно посмотрела на парня, пытаясь разгадать, что он задумал. Сначала работа в магазине, теперь съемное жилье. Что дальше?

– Если ты сейчас расскажешь мне правду, я попробую тебе помочь, – вздохнув, Соня подошла ближе и опустилась на диванчик напротив.

– Какую еще правду?

– Зачем тебе работа и жилье? Учти, если ты решил так тупо пошутить…

– Ладно, – выпалил Никита. – Я поругался с отцом, и он выгнал меня из дома и оставил без денег.

И тут же замолчал, словно признание сорвалось с его губ быстрее, чем он успел как следует это обдумать. Соня удивленно моргнула. Потом еще раз. Верилось в это с трудом, но во взгляде Никиты было столько искренней растерянности, обиды и отчаяния, что казалось – он не врет.

– Серьезно? – все-таки уточнила она. Никита мрачно кивнул, и девушка добавила: – Хорошо, допустим. Почему не пойдешь к друзьям?

– С другом я тоже поругался.

– А ты умеешь портить отношения с людьми, да? – хихикнула Соня, на что Орлов лишь хмыкнул. – А остальные друзья?

– У меня больше нет друзей.

– То есть как нет? А все те ребята, с кем ты общаешься? Девушки, в конце концов?

– Это не друзья, а стая шакалов, готовых в любую секунду тебя загрызть, – он презрительно скривился. – А девушки… Сейчас у меня никого нет, а заявляться к бывшей так себе идея.

Соня даже не нашлась, что ответить. Никогда бы не подумала, что одному из самых популярных парней университета будет некуда пойти. Она словно взглянула через крошечную замочную скважину на то, что скрыто ото всех за слоями блестящей обертки.

Червячок сомнения и здравого смысла копошился в самых отдаленных уголках сознания. Отчаянно пытался обратить на себя внимание, но Соня его игнорировала. Потому что просто ему поверила, а там, где есть вера, не остается места для сомнений. Девушка глубоко вдохнула и сцепила пальцы в замок. Нервно облизнула губы и выпалила:

– Можешь пожить у меня.

– У тебя?

– Да.

– С чего вдруг? Ты же меня едва знаешь.

– Ты искал квартиру. Я как раз снимаю, и мы просто поможем друг другу. Тебе будет, где жить, а мне будет легче платить аренду.

– Уверена?

– Конечно, – Соня тряхнула головой. Уверена она не была, но отступать поздно. – Если, конечно, у тебя есть другие варианты, то…

– Я согласен! – Ник широко улыбнулся и хлопнул себя по коленям. – Я буду самым лучшим соседом, о котором ты даже не мечтала.

Соня рассмеялась. О соседе она вообще не мечтала. О соседке – иногда действительно думала, каждый раз когда отдавала хозяйке деньги за аренду. А вот о соседе – никогда.

– Ладно, пошли, сосед. Здесь недалеко.

Глава 7

Умение сострадать – одно из главных качеств человека, определяющих его, как личность. По крайней мере, так любила повторять мама. “Нужно уметь сопереживать, Сонечка, – говорила она, – воспринимать чужое горе, как свое собственное и искренне стараться помочь”.

Первые плоды своего воспитания она получила, когда в третьем классе Соня принесла домой крошечного котенка, найденного на улице. Наверное, мама всё-таки немного кривила душой, пытаясь вырастить из дочери доброго и отзывчивого человека, потому что вид грязного и облезлого животного не вызвал у нее желания сострадать. Тогда уже Соне пришлось напомнить ей то, чему она старательно учила девочку, и котенок, скрепя сердце, дома всё-таки остался. Отмывая его в ванной от блох, мама только вздыхала и приговаривала: “Хорошо, хоть не собака”.

Собака появилась в их доме немного позже – когда Соня заканчивала восьмой класс. Тогда счастье в ее лице настигло мохнатого щенка с крайне весёлым нравом и обожающего, как выяснилось, грызть обувь. Стоит отдать должное маме – она не растерялась и несколько месяцев спустя, когда щенок подрос до размеров небольшого волка, отправила его в деревню к своей тётке. Дом охранять.

Хорошо, что Соня уже третий год не жила с мамой, потому что в этот раз девушка превзошла саму себя и привела домой парня. Даже если это и глупо – тащить к себе домой практически незнакомого человека, поступить иначе и бросить его Соня не могла. Иначе была бы съедена беспощадной совестью.

Поэтому теперь, открыв перед Никитой дверь, только запоздало взмолилась, чтобы ее новый сожитель не оказался маньяком. Она когда-то читала, что умение легко входить в доверие к своим жертвам – как раз их неотъемлемое качество.

– Проходи, – Соня постаралась выбросить из головы эти мысли, но все же ещё раз внимательно покосилась на Никиту.

Он уверенно прошел в квартиру, словно это он тут хозяин, а Соня заглянула к нему в гости. Небрежно сбросил у порога кроссовки и огляделся по сторонам.

– А у тебя… Уютно. – Кажется, он хотел сказать что-то другое, но в последний момент передумал.

Соня поджала губы. Эта квартира, конечно, не предел мечтаний и далека от образа просторного и наполненного светом жилища, глядящего с обложек журналов и страничек в соцсетях. Но зато аренда была недорогой, а хозяйка приятной женщиной, всегда идущей навстречу студентке. И Соню нисколько не смущали ни старый “бабушкин” ремонт, ни поскрипывающий паркет на полу, ни выкрашенные синей краской стены в ванной. Лучше так, чем жить в общежитии, где один душ на весь этаж. Но у ее гостя было явно другое мнение на этот счёт – это было понятно по взгляду Никиты, выдающему пренебрежение.

– Если что-то не нравится, дверь там. – Соне даже стало обидно за ее скромную квартирку.

– Все супер, – Никита наигранно бодро улыбнулся.

“Явно лучше, чем в зале ожидания вокзала” – хотел добавить он, но вовремя остановился. По взгляду Сони было ясно, что ещё одно неверное слово – и именно там ему и предстоит жить.

– Вот и хорошо. Комната здесь одна, так что ты спишь на кухне.

– А что не на коврике у двери?

– Можешь и там, если хочешь, я не против. Но на кухне есть диван, там должно быть удобнее.

– Окей, – парень безразлично махнул рукой. Кажется, в какой-то момент, ему стало абсолютно все равно.

– И у меня есть несколько правил, – добавила Соня.

– Правил?

– Да. Если хочешь жить здесь, должен их соблюдать.

Никита, миновав крошечный коридор, в котором едва ли умещался шкаф для одежды и комод с зеркалом, прошел на кухню. Уселся на отведенный ему диван и откинулся на спинку, закинув руки за голову.

– Ну, давай свои правила.

Соня присела на табуретку рядом с обшарпанным столом. Раньше, когда она только сюда заехала, на нем красовалась цветастая клеёнка, которая скрывала облезлую и потрескавшуюся от времени деревянную столешницу. Девушка в первый же день ее убрала и спрятала подальше в шкаф, решив, что лучше так, чем каждый день смотреть на аляповатые рисунки. Ещё она подумала, что было бы неплохо с первой зарплаты взять вместо безвкусной клеёнки что-нибудь красивое и стильное, но каждый раз находилось то, что нужнее. Поэтому стол до сих пор пустовал, и сейчас Соне захотелось поскорее набросить на него хоть что-то, лишь бы скрыть его от глаз Никиты – она впервые почувствовала стыд за место, в котором живёт.

У нее редко здесь бывали гости: только родители да Марина – лучшая подружка и одногруппница. Но перед ней не было неловко – она всегда полностью принимала и Соню, и все, что ее окружает. И сейчас девушка впервые чувствовала себя не в своей тарелке и невольно отмечала каждый взгляд Никиты. Вот он глянул на шкафчик кухонного гарнитура, висевший на одной петле – вторая оторвалась, а кусок древесины на ее месте вывалился, не оставляя возможности прикрутить новую. Хозяйка ещё полгода назад обещала, что купит новый шкафчик, но обещанного, как известно, три года ждут.

Потом он перевел взгляд на жутковатые золотисто-коричневые занавески. Точно такие же висели у Сониной бабушки в деревне ещё лет десять назад, когда она была там в последний раз перед ее смертью. Затем скользнул взглядом по обычному деревянному окну – его хозяйка тоже планировала поменять на пластиковое, но так и не успела. А сейчас все швы и стыки были щедро заклеены малярным скотчем, иначе из него ужасно дуло. Остановился на газовой плите, поджигать которую нужно было по-старинке, спичкой.

Соня заметила, как из его груди вырвался короткий вздох. И, хотя он ни слова не сказал, все было понятно и без слов. Никита и эта квартира – из совершенно разных миров, и они каким-то совершенно немыслимым образом пересеклись в пространстве именно в этой точке.

– Соф, ты уснула? Что там у тебя за правила?

– Да, точно, правила, – встрепенулась девушка. – Значит, так. Первое – никаких романтических отношений. И вообще любых. Мы просто соседи.

– Этого могла и не озвучивать, – фыркнул Никита. – И в мыслях не было.

– Вот и отлично, – кивнула головой Соня, хотя почему-то стало немного обидно. – Второе. Никаких гостей и девушек. Никого сюда не приводи, не хочу в один прекрасный момент пойти на кухню попить водички и застать тебя с кем-нибудь.