Ана Диер – Вкус Ночи (страница 9)

Она с лёгкостью сбросила мои руки и, схватив со столика пакет с кровью, вышла со двора на шумную улицу города. Я взглянул на Франческу, но вампирша лишь смерила неодобрительным взглядом, вскрывая другой пакет крови, устраиваясь в кресле напротив.

— Что? Тоже считаешь, что я не прав? — я сел рядом с ней, вытянув ноги.

— Я считаю, что ты идиот, Крис.

— Когда-то она спасла тебя точно так же, и я не заметил, чтобы ты была против!

Она с шумом втянула густую кровь и улыбнувшись, откинулась на спинку кресла, смотря на меня.

— Не сравнивай нас, Кристиан Блейк. Я была лишь отребьем, брошенным на улицу, задыхающегося от собственного смрада города. Не человек вовсе, смерть на тот момент казалась и правда лучшим вариантом, но Кейт даровала мне не просто новую жизнь, я получила гораздо больше.

— Свободу?

— Нет, я получила отмщение. Прошлась кровавым следом через весь Новый Орлеан, отомстив каждому мужчине, что когда-то безнаказанно посмел прикоснуться к беззащитной девушке. Я смотрела в их глаза перед тем, как вгрызться в глотки, и видела там страх. Тот самый, что был в моих глазах, когда я была человеком. Её же жизнь, другая.

Она с жалостью взглянула на безжизненное тело Катрины, безвольно свисающие с кресла, словно сломанная игрушка, забытая ребёнком вспешке. Казалось, из неё вынули душу, а вместе с ней исчезло всё, что делало эту девушку живой и непохожей на других. Осталась только оболочка, подлинную же Катрину я потерял.

— Я помню её тогда, пять лет назад, — заговорила Франческа. — Милая девчушка с глупой надеждой в глазах. Она не могла поверить, что ты просто ушёл, возвращалась к нашему поместью и сидела в баре напротив почти два года. Конечно, делала вид, что просто пьёт кофе или виски, но взглядом всматривалась в пустые глазницы веранд. Не думаю, что она жаждала смерти, Крис, наоборот, хотела жить и радоваться каждому вздоху.

— Я не мог оставить её там. Жизнь, даже такая, многим лучше, чем забвение.

— Не каждый готов на это, тебе ли не знать? С её смертью ушла вся её жизнь, и ты знаешь, о чём я, теперь Катрина чужая везде.

— Ха-а-а-а-а-а-а! — Катрина с шумом втянула воздух и распахнула глаза, наполненные безумием до краёв.

— Катрина, это я, всё хорошо.

Её тело била мелкая дрожь, а загорелый оттенок кожи уже сменился на бледно-серый, похожий на молочную пену кофе. В глазах застыли слёзы, что через секунду хлынули, стекая по щекам горячими дорожками. Я присел на колени, проходясь холодной рукой по влажному лицу.

— Я... Умерла?

— Мне жаль, Катрина, но ничего нельзя было исправить.

Она одёрнула мою руку и посмотрела на побелевшие пальцы, перевела взгляд на Франческу, ноздри зашевелились, улавливая запах крови. Её зрачки расширились, сливаясь в одно чёрное пятно с красными проблесками. Тонкие венки, словно десяток заряженных молний устремились к губам, и Кет схватилась за них вскрикнув.

— Дай им выйти, эта боль пройдёт. Обращение требует прохождения этапов, это один из них.

Она открыла рот и прошлась пальцами по заострившимся клыкам, заскулив от боли.

— Держи, — Франческа протянула ей пакет с кровью, но Катрина завертела головой, вжимаясь в кресло, как маленький ребёнок. — Не дури, без крови не доживёшь до рассвета!

Она уставилась на меня, потом снова на Франи и вновь на пакет. В голове шла настоящая борьба, жажда поглощала разум, но сердце КАтрины всё ещё сомневалось.

— Я не хочу становиться монстром!

— Не дури, я не для того тебя обращал, чтобы сейчас снова потерять! — зашипел я, теряя терпение.

— Я не просила тебя! Лучше умереть, чем становиться такими, как вы!

Она вскочила с кресла, отталкивая меня в сторону, Франческа разразилась смехом, раздражая ещё больше. Катрина бросилась к воротам двора, солнечные лучи коснулись её плеч, и девушка рухнула на колени пронзительно закричав, я выхватил пакет из рук вампирши и бросился к ней, подхватив на руки, перенёс в тень и зажав в руках, силой влил каплю крови на пересохшие губы.

— Тише, ты должна жить, Катрина. Должна. Я больше не повторю свои ошибки.

По её щекам вновь заструились слёзы, сопротивляться зову крови невозможно, я знал это как никто другой, если она попала на губы, ты уже не принадлежишь себе. Отныне ты заложник вкуса ночи. Язык Катрины вопреки разуму слизал каплю, и руки жадно схватили пакет, глотая спасительную жидкость.

Потом я обязательно пойму, что именно в этот день я потеряю себя, до её обращения всё ещё можно было изменить, но после. Мы канули в пучину событий, от которых, слишком много зависело.

— О, посмотрите, наша Мисс Сью всё-таки приняла выбор, — голос Кейт оказался за моей спиной.

— Он заставил её! — почти выплюнула Франческа, за что я смерил её гневным взглядом.

— Ты рехнулся? У нас назревает война, а ты силой обратил девчонку и принял выбор за неё? Я надеялась, ты хоть позволишь ей само́й решить исход обращения!

Я подхватил Катрину на руки и мгновенно исчез, перемещаясь в спальню, приготовленную для неё. Красивое тело теперь было ледяным, стука сердца я больше не слышал, как и не ощущал обжигающего дыхания. Словно фарфоровая кукла она подтянулась к спинке кровати и поджала под себя ноги, затравленным зверем глядя в мою сторону, отчего спину обжигало волной.

— Ненавижу тебя...

— Пусть так, зато ты жива.

— Какая тебе разница?! Ты оставил меня тогда, бросишь и снова!

— Ты же видишь причину моего ухода. Вампиризм — это дар, который наделяет нас силами, но лишает самого простого — дома. Всегда и навечно, бессмертные, но про́клятые, мы вынуждены скрываться от живых.

— И ты думаешь, имел права лишить меня дома? Обречь на такое существование?

— Катрина, ты можешь прожить здесь долгие годы, и никто не заметит изменений, но после, когда начнут задавать вопросы, придётся обратиться в бегство, пока все, кого ты знала, не умрут. С этим можно смириться, ты просто не понимаешь, какие границы для тебя открыты. Вечная жизнь может быть проклятием, но всё решает твоё понимание ситуации.

— Никакая ситуация не сто́ит того, чтобы потерять всё...

— Ты умирала! Так и так потеряла бы всё! — повысил голос я, понимая, что терпение вот-вот покинет разум.

— И позволила близким людям меня оплакать! — она закричала так громко, что стоящий на тумбе стакан раскололся на две части.

— Я найду ведьму, которая сделает тебе тату — защиту от солнца.

Она не ответила, вылетев из спальни, я спустился, ощутив чужой запах. Кейт разговаривала с Карлом у ворот внутреннего двора. Её повышенный тон не предвещал ничего хорошего, и я прислушался, прежде чем окончательно спуститься.

— Ты на полном серьёзе пришёл сюда, чтобы указывать мне? Я смотрю, местные кланы совсем слетели с катушек! — Кейт обратилась, глаза налились кровью.

— Я пришёл просить по-хорошему. Вам не рады в городе, ваши времена прошли.

Она не дала ему договорить предложение, одно лёгкое движение и тонкая рука с длинными кроваво-красными ноготками впилась в мужскую грудь.

— Хочешь, я вырву его прямо здесь? Или, может, выйдем на дорогу, чтобы не портить мне двор?

— От...пу...

— Что? Не слышу тебя, Карлито? А, ты хотел сказать, что соберёшь сейчас свои ноги в руки и побежишь к Эрагану, передать от меня привет!

Она резко отдёрнула руку назад, и вампир, издав болезненный стон, согнулся пополам. Я вышел из-за колонны, закатывая рукава своего свитера.

— Что происходит?

— Эраган послал этого засранца, сообщить нам о том, что мы ему мешаем.

— Так, пусть хозяин твои придёт сам и посмотрит нам в глаза, — пожал я плечами.

— Или я отправлю ему твои внутренности! — прошипела Кейт.

Вампир, используя скорость, растворился в опускающихся сумерках.

— Останься с Катриной, я найду ведьму и загляну к Эрагану сам.

Не желая слушать очередную тираду сестры, я тоже скрылся среди толпы бродящих по улице туристов, передвигаясь так быстро, как могу. Узкие подворотни и едва освящённые жёлтыми фонарями улицы Французского квартала сменялись одна за другой, пока Карл не остановился возле небольшого заведения преимущественно для людей. Кивнув охраннику, вампир растворился в толпе проходящих в клуб тусовщиков, я же скрылся в тени и устремился на другую сторону, в надежде найти запасной вход.

— Кристиан? — знакомый голос заставил резко обернуться.

— Кай Эрн, неужели ты?

— Я даже не хочу задавать тебе вопрос, почему ты здесь, Новый Орлеан вновь тонет в крови и как же без Блейков, правильно? — парень широко расставил руки, заключая меня в дружеские объятия.

— А ты? Снова лезешь в самое пекло?

— Да нет, что ты, никто не знает точно, где пекло, нас стравливают друг с другом, а конца я пока найти не могу, но, так или иначе, все нити ведут в город Мёртвых.

— Ведьмы?

— Не уверен, что им хватит смелости дерзнуть, здесь явно что-то другое, но я не могу понять.