Ана Диер – Вкус Ночи (страница 10)
Взглянув на черневшие небо с россыпью загорающихся звёзд, я произнес:
— Не хочешь прогуляться до Мёртвого города? Мне нужна одна из представительниц этих «волшебниц».
Он усмехнулся, кивнул и двинулся вперёд. Мы познакомились ещё в прошлой жизни, когда я охотился на людей без ясного понимания, что творю. Кай первый принял решение, что так больше нельзя, и ступил на новую дорогу, а затем и вытянул меня. К его вампирским качествам прилагался ум, упорство и красота, но всё это меркло на фоне характера, похожего с моей сестрицей.
— Кейт тоже с тобой? — словно слушая мои мысли, спросил друг.
— Да, мы вернулись вместе.
— Как она?
— После смерти Брока долго приходила в себя, прошлась кровавым следом по Нью Джерси, разыскивая оборотня, что разорвал его.
— Обо мне вспоминала за эти двадцать лет?
Я задумался. Кай и Кейт были возлюбленными почти столетие, их истории оставалось завидовать, но взрывные характеры и обострённые чувства вампиров в один миг все разрушили, и Кай ушёл с нашего пути, растворился в её воспоминаниях, оставив глубокие шрамы.
— Пару раз, — соврал я. — Но она не искала.
— Тем лучше.
Я остановился, повернул его за плечо и заглянул в зелёные глаза.
— Ты любишь её до сих пор.
— Это же не вопрос? — улыбнулся он.
— Утверждение. Всё верно. Вам судьбой было написано идти рука об руку, Кай. Вернись домой, сейчас как никогда твоя помощь будет кстати.
Городские улицы сужались, покрываясь дымкой ночи. Впереди мелькали верхушки деревьев, что подобно сторожам охраняли вход в город Мёртвых. Здесь сходились сразу несколько культур, выражающихся в каменных изваяниях. В Соединённых штатах не принято устраивать такие захоронения уже давно, но в Новом Орлеане жизни мёртвых отдавалось особое значение, выраженное в попытке сохранить как можно больше истории для предков, а надземные могилы выделяли статус своих бессменных владельцев.
— Помнишь, 1788 год, когда мы выделяли эти земли под захоронения заражённых Золотой лихорадкой? — спросил Кай, разглядывая мрачную улицу мёртвых.
— Не лучший был год. Слишком много мёртвых.
Каменные склепы и почерневшие от времени Ангелы застыли, окружённые светом луны и зажжённых свечей, что без устали плакали, стекая восковыми слезами по каменным ступеням. Запахи гибискуса, мяты и шалфея пленили разум молодых вампиров, но для нас казались просто ароматами, слишком терпкими и неприятными. Слишком знакомыми.
— Блейк. Тебе не рады в нашей обители.
— Я устал слышать это сегодня, Амелия!
Ведьма медленно вышла из-за семейного склепа, звеня объёмными бусами на шее. Взгляд старухи не изменился за те годы, что мы не виделись, но время взяло своё, отобрав яркую внешность и стройную фигуру.
— Столько лет прошло, для чего пожаловал вновь в мою скромную обитель?
— Не прибедняйся, я раньше здесь бывал.
— Но по мою душу вернулся лишь сейчас. Спустя сорок лет, немалый срок для ведьмы и такой мимолётный для тебя.
Морщинистая рука коснулась моего плеча, обдавая стойким ароматом вербены. Ведьма обошла нас и, щёлкнув пальцами, зажгла стоя́щие вдоль улицы свечи.
— Боишься, нас, Амелия, вербеной за версту несёт, — усмехнулся я.
— Выше головы не прыгай, Блейк. Вампиров много захаживает, город обливается кровью невиновных, а я не тороплюсь к прародителям, знаешь ли.
Кай вытащил из кармана сигареты и, выдыхая дым в чернеющее небо, будто, между прочим, произнёс:
— Говорят, все кровавые дороги ведут в Города Мёртвых.
Ведьма расплылась в улыбке, тёмная и без того кожа ночью, казалась, совсем сливалась с окружающей обстановкой, лишь горящие глаза блестели, отражая свет выкатившейся луны.
— С обвинениями вы пришли не по адресу. Сант-Луис не единственный мёртвый город, и не только наш клан обитает в этих улицах. Катфорды давали клятву вашему предку и слово своё держат. Будь уверен, юный Блейк.
— У нас к тебе дело, Амелия, — я запнулся, пытаясь подобрать правильные слова. — нужна татуировка от солнца, в моём доме, девушка.
Ведьма прищурилась, заглядывая прямо в душу, которой у меня, скорее всего, не было.
— Завтра жди. Арнела придёт в ваш дом и проведёт обряд. Откуда дочь ночи спрашивать не буду, вижу, что слова боль тебе принесут.
Она не попрощалась, повернулась спиной и двинулась по улице, а свечи гасли с каждым её шагом, скрывая фигуру в пожирающей темноте. Слова её проехались по мне катком, захотелось обратиться и кричать, разорвать всех новообращённых вампиров, что посмели посягнуть на моё. Но не время и не место для ярости, выдавать себя сейчас означало бы проиграть сразу всем возможным противникам.
Кай промолчал, закурил вновь и двинулся в сторону ворот, но каждой клеточкой тела я ощущал его интерес. Возвращаться домой было рано, и мы вдвоём отправились проведать ещё один клан ведьм, что топтали земли Мёртвых городов в другой части Нового Орлеана. Здесь улицы располагались тесно, хоронили в своё время тех, чей кошелёк не мог позволить достойного склепа и мог довольствоваться лишь общей каменной криптой. Свечи здесь горели день и ночь, отчего каждая каменная плита покрывалась восковыми слезами. Врата заменяли два чёрных ангела со сложенными в молитве ладонями и кровавыми слезами, у подножия покрытые густым мхом и свечами.
— Стой, — Кай неожиданно дёрнул меня за плечо, заставляя скрыться за очередной криптой с разрушенными табличками. — Там кто-то есть. Вампир.
Я прижался спиной к стене и прикрыл глаза прислушиваясь. До слуха донеслись стрекотания сверчков, протяжный шелест листвы, и даже взмах крыла мотылька казался оглушающее громким. Отложив в сторону все звуки, словно ненужный инвентарь, я уловил голоса, находящиеся примерно в двадцати метрах от нас. Сначала это было эхо, доносящееся слишком тихо, но открыв глаза, я уже слышал каждое слово, произнесённое молодой ведьмой клана Мегс.
— Нет, это не просто брат и сестра, которые встали на нашем пути. Ты будешь глупцом, если недооценишь тех, кто носит фамилию Блейк. Словно одно целое, они подобны смерчу, сметающему всё на своём пути. Несмотря на свою ангельскую внешность и звонкий голос, не стоит даже на мгновение забывать о том, кем Кейтлин Блейк может быть в ярости. Она прожила уже две сотни лет, и с каждым отсчитанным годом становится похожа на предков своих. Многие вампиры боятся произносить её имя вслух, в то время как другие, мечтают хотя бы увидеть её. Стервозная и жестокая, она, не задумываясь, вырвет глотку каждому, кто встанет на её дороге.
— Горячая штучка значит.
— Она сущий адский пожар. Пламя, что способно сжечь целый город!
— А что же братец?
— Старший брат. Когда-то Кристиан Блейк должен был стать королём. Его разумный подход, острый ум и почти безграничная сила идеально сочетаются с внешним обликом, словно сошедшим с картины божества. Однако Кристиан не привык проигрывать. Он, словно паук, будет медленно плести свою паутину, заставляя вас поверить в свою победу, а затем, в последний момент, нанесёт стремительный удар и обязательно одержит верх. В его жилах течёт кровь древних вампиров, и его сила не знает себе равных среди существ, с которыми мне приходилось иметь дело.
— Так что же ты предлагаешь?
— Думать головой и быть на шаг впереди. Даже самая высокая скала имеет сердцевину, где с лёгкостью можно пустить трещину.
Голоса отдалились, пока вовсе не скрылись, скорее всего, в одном из склепов. Кай сверкнул глазами обращаясь. Фиолетовые прожилки его вен всегда выглядели слишком угрожающе, совершенно не гармонируя с излишне бледной кожей лица. Глаза налились кровью, заставляя радужку поглотить всё свободное пространство.
— Убьём их здесь! — прорычал он.
— Нет. Сейчас мы найдём лишь часть механизма, но, зная место, откуда всё начинается, всегда можно вернуться и закончить. А сейчас домой, чувствую, нас ждут сложные дни.
Глава 5 -- Стертые границы
«Открывая для себя новую жизнь, не забудьте сжечь всё, что напоминает о прошлом, и развеять по ветру, словно пыль».
Катрин Ориндейл
2000 год