Ана Диер – Тенлис Хилл. Последняя Игра (страница 6)
– Помоги мне, Ками, я должен, понимаешь? Я не могу жить дальше, время словно остановилось на том чёртовом обрыве, – в последний раз взмолился мужчина, на что ведьма лишь выругалась и сбросила вызов. – Чёртова стерва!
Дин в бешенстве швырнул мобильник в стену, откинувшись на спинку обитого зелёным велюром кресла. Взгляд изумрудных глаз зацепился за единственное чёрно-белое фото, двадцатилетней давности, стоящие на камине, теперь уже в чёрной раме, заставляя вспомнить прошлое.
Дин по пояс высунулся в крошечное окно и затянулся едким дымом сигареты, смешанным с запахом влажной от дождя земли. Курить хотелось до ужаса, но пребывание отца дома нарушало все планы, и вот, избавившись наконец-то от надзора, парень расслабленно наблюдал, как непрекращающийся дождь покрывает каплями серый, потрескавшийся тротуар.
Силуэт девушки в чёрном капюшоне, что медленно брела по улице в свете жёлтых, вечно мигающих фонарей, он заметил сразу. Агата остановилась прямо напротив его дома, сняла наушники и хотела повернуть к главному входу, но, видимо, передумав, побрела дальше, сильнее закутавшись в школьную олимпийку. Дин усмехнулся и, громко свистнув, прокричал.
– И снова ты под моими окнами, Роуз.
– Да, мимо шла вот, а ты что вытаращился?
– Курил.
По её грустным золотистым глазам всё было понятно без слов, и, выбросив сигарету в ближайшие кусты, Уитмор скрылся, уже через мгновение, открывая входные двери своего дома, прямо перед носом подошедшей девушки.
– Заходи давай, хватит мокнуть.
– Когда-нибудь ты навернёшься с лестницы, пока будешь так бежать ко мне.
– Не дождёшься, Роуз.
Агата выдохнула, сдерживая благодарную улыбку, и прошла в знакомую прихожую, освещённую мягким светом настольной лампы. В доме Дина ей всегда становилось спокойнее, словно он был тем самым спасательным кругом, что держал её на плаву в этом сумасшедшем мире.
– Что произошло? Ты плохо выглядишь? – спросил он, ожидая, пока подруга стянет мокрую куртку и ботинки.
– Слишком много навалилось, смерть отца, пропажа Кэрол, кажется, я тону в круговороте этих бесконечных событий и не могу выплыть на поверхность.
– Не забивай голову, Роуз, ты же знаешь, что здесь тебя обязательно поддержат. События могут быть разными, порой они берут над нами верх, но это не означает, что нельзя хотя бы попытаться их изменить.
Парень уже привычно указал ей наверх, и вместе они поднялись в маленькую комнату, где неизменно царил привычный для Дина хаос. Агата устало плюхнулась на расправленный диван, утягивая парня за руку. От него пахло сигаретами и корицей, это вселяло спокойствие и надежду, которую девушка так боялась потерять.
– Знаешь, интересно, будем ли мы все вместе лет через десять? – пробормотала она, уткнувшись в его руку.
– Что ты имеешь в виду? – парень с улыбкой посмотрел в золотисто карие глаза.
– Сможем ли сохранить дружбу?
– Не знаю, Агата, но я могу сказать точно, что буду рядом даже через тридцать лет, да хоть через пятьдесят!
Девушка громко засмеялась, их лица оказались так близко к друг другу, что у Дина кружилась голова от неистового желания поцеловать вечно искусанные губы, попробовать их на вкус и никогда не выпускать из рук её дрожащие тело. Агата тоже это чувствовала, он понимал это по её взгляду, замирающему на его губах. Но никто не мог осмелиться сделать первый шаг, борясь с притяжением и сдавшись, Агата попросту положила голову на плечо друга, прикрывая глаза.
– Если я вдруг пропаду, как Кэрол, ты найдёшь меня? Обещай, что найдёшь, Дин, – почти шёпотом произнесла она, сильнее сжимая его руку.
– Я найду тебя, даже если ты умрёшь, Роуз, В любой другой жизни, где бы ты ни оказалась, буду искать твои чёртовы драконьи глазки. Как же я без тебя. Один.
Последнее слово он сказал совсем тихо, так что засыпающая на его плече девушка уже не слышала.
Грохот входной двери грубо вывел мужчину из приятных воспоминаний, в которых хотелось раствориться. Сара бросила рюкзак на пол и прошла в гостиную, сложив руки на груди, недовольно пялясь на старшего брата.
– Спишь на кресле?
– Нет! Я только сел!
– Ага, рассказывай мне. Впрочем, плевать, отвезёшь в музей?
Сестра была расстроена, он это видел и без разговоров поднялся соглашаясь.
Погода резко испортилась: снег сменился холодным безостановочным дождём, который превратил дороги в грязное месиво. Осень в этом городе снова взяла верх, погрузив Тенлис Хилл во мрак.
Бронко неторопливо ехал по главной улице, стараясь никого не обрызгать грязной водой из луж. Несмотря на непогоду, люди продолжали распространяться по своим делам, скрываясь от сильного ветра под зонтами и разноцветными дождевиками. Сара безмолвно глядела по сторонам, и наконец брат не выдержал, заговорив первым.
– Что случилось? Рассказывай давай.
– Плохо спала. Мама вывела из себя, всё в кучу. Опять, – она повернулась к нему с блестящими глазами. – Когда ты уезжаешь?
– Завтра вечером. Арчи тоже не будет в городе, так что постарайся не попасть в ситуацию, требующую нас.
Девушка буркнула что-то под нос, отвернувшись к окну. Машина остановилась у серого здания, с громадными, покрытыми новостными афишами окнами, что только обезображивали гармоничность старинной постройки с резными колоннами.
– Вечером сходим в цирк, я жду тебя в восемь у себя.
Девушка кивнула и вышла из машины, быстро поднявшись по каменным ступенькам музея. Внутри стоял стойкий запах старины, а каждая стена этого места несла в себе подлинную историю города, которую так тщательно коллекционировала одна удивительная женщина – Гретта Эвердин.
Арчи длительное время сопротивлялся, не желая передавать имущество старушки, но, когда Вижен вернулся в город и официально выкупил загибающийся музей, коллекция, наконец, стала доступна всем желающим. Сара любила это место. В ушедшей эпохе таилась особенная атмосфера, которая заставляла задуматься о своих поступках в настоящем.
Девушка прошла в картинный зал и остановилась перед полотном, затянутым в золотую раму, испещрённую резными узорами ручной работы. В голове загудело, при взгляде на картину, изображающую сожжение ведьмы. С замиранием сердца она бросила гневный взгляд на Эбигейл Конел, терзаемую золотыми языками пламени. Ее загнанный в угол взгляд метался в предсмертной агонии посылая на город проклятия.
– Стоило ли твоё отмщение всего этого, эгоистичная дрянь? – пробормотала Сара под нос и, бросив взгляд, полный отвращения в зелёные глаза ведьмы, двинулась дальше, в зал со старыми книгами.
Работа над конспектом не шла как бы сильно она не старалась. Головная боль, нахлынувшая внезапно, не утихала, а к горлу подступила противная тошнота. Сара захлопнула книгу и откинулась на спинку стула, безрезультатно пытаясь отдышаться.
В помещении, казалось, становилось всё жарче.
Температура тела стремительно повышалась, а перед глазами всё расползалось, будто пространство музея плавилось под давлением жара. Сара точно почувствовала, что теряет сознание и попыталась позвать на помощь, но ноги больше не повиновались и, рухнув на пол, девушка впервые провалилась в чужие воспоминания.
Резко раскрыв глаза, она уставилась в серое небо, поглощенное грозовыми тучами. Холодный ветер, обдувающий лицо, быстро привёл в чувство. Окружающие деревянные строения не были похожи на ее город. Уитмор приподнялась на локтях и с ужасом уставилась на обугленный позорный столб перед собой. Голова пронзительно загудела от непрекращающейся пульсирующей боли.
С трудом поднявшись на ноги, Сара чуть не упала снова от головокружения. В маленьких окошках по обеим сторонам площади мерцали слабые огоньки свечей. Ночь опустилась на площадь в мгновение ока, и только чёрная тень, беззвучно отделившаяся от здания, заставила вскочить на четвереньки и отползти к одиноко стоящему рядом колодцу.
Тенью оказался высокий мужчина в испачканном красками пальто. Он испуганно озирался по сторонам, но, не заметив ничего подозрительного, опустился на колени прямо перед столбом. Мужчина спешно собрал оставшуюся после сожжения золу в черный мешочек и грязными руками вытер пот со лба, всё ещё поглядывая по сторонам.
– Открывай глаза, чёрт возьми! – требовательный голос раздался издалека, но звучал только в голове девушки, не сопротивляясь, она ущипнула себя за правое запястье и открыла глаза уже на коленях взволнованного Вижена.
– Слава господу… Что с тобой, Сара? – мужчина бережно приподнял голову девушки, поддерживая и помогая подняться на ноги. – Осторожней с учёбой, ты ела сегодня?
– Да… Голова закружилась… – соврала она.
– Я звоню Дину.
Вижен уже доставал свой новомодный мобильник, когда девушка вцепилась в руку мужчины, умоляюще смотря в серые металлические глаза.
– Не звони, всё уже в порядке, Виж.
– Ой, вы с ума меня сведёте. Сейчас Баки приедет, поезжайте и перекусите. Деньги то есть?
Сара утвердительно кивнула и, проводив мужчину взглядом, поспешила в картинный зал.
«Сожжение» висела на своём месте, окружённая мягким светом ламп. Девушка обошла металлические колонны и встала вплотную к потрескавшемуся полотну, разглядывая безоблачную площадь, на которой была казнена ведьма.
– Чёрт бы побрал тебя! Что тебе нужно?!