Ана Адари – Багряный песок (страница 22)
- И ты опять согласился! Знаешь что, любимый? Проводи меня. Я уже и сама поняла, что мне здесь больше делать нечего. Прощайте сир Хот.
… Дэстен с облегчением закрыл потайную дверь, когда вдовствующая императрица скрылась в подземном ходе. Ну, вот и все. На этот раз правитель Нарабора выстоял. Да и Олола не сдержалась, показала свое истинное лицо. Торговка с базара, а не грата. Теперь она торгует своей дочерью. Бедная Айла.
Оставшиеся до процесса луны Дэстен провел, общаясь со своими друзьями. Закатекасы, Готвиры… Вспоминали войну с Ранмиром, походы на Игнис и к Каменному мешку, где состоялась великая битва. Олола сьора Халларда больше не беспокоила.
События той ночи до граты Нэши дошли, а как иначе? Она прекрасно знала, что Олола приходила, и знала, сколько времени вдовствующая императрица пробыла в спальне у сьора Халларда. Явно мало для того, чтобы они вновь стали любовниками.
И глаза у Нэши засияли. Слух о том, как ее муж выставил за дверь эту шлюху Ололу пойдет гулять по императорскому дворцу. А из него по городу. Чернь разносит слухи подобно ветру. Простолюдины ведь так охочи до дворцовых сплетен. Особенно когда речь касается любовных похождений и измен.
Дэстен теперь каждый вечер получал от жены приглашение на ужин. Семейная жизнь налаживалась.
А вот Раф отца принять отказался. До него вообще теперь невозможно было достучаться.
Интересно, чем все закончится? Казнят Шамира или не казнят?
И роковой момент наступил. Всех высокородных, прибывших в Игнис, пригласили в зал, где по обычаю проходил Большой Совет. Но на этот раз огромный зал с мраморными белыми колоннами и золотыми императорскими вензелями по стенам и на всех предметах мебели стал местом показательного суда над одним из сьоров.
Глава 11
- Назовите ваше имя.
- А разве кто-то из присутствующих его не знает? – с издевкой спросил Шамир.
Он все еще не верил, что это всерьез. Здесь его Семья. Абсолютно с каждым Шамира связывают родственные узы, все были у него свадьбе. Имя назвать?! Щенок издевается?!
Высокородные сьоры по этикету стояли в присутствии императора, гратам позволено было сесть. Судей как таковых не было. За каждый Великий Дом принимал решение его сьор, остальные должны были подчиниться. Но имели право высказать свое мнение.
Рафаэл Тадрарт сидел на троне, возвышение почти в центре огромного зала было такого размера, что второй трон рядом не помещался. Поэтому императрица Эсмира сидела ниже. Мать императора вообще отказалась сесть. Она стояла прямо у ступеней, по левую руку от сына, со стороны сердца. Макушка Ололы находилась на уровне коленей Рафа.
Алвар Гор, который прибыл в Игнис на правах члена семьи, с удивлением смотрел на своего воспитанника. Оформился, заматерел. Мужчина. Выражение лица непреклонное. И Шамиру ответил резко:
- Мы можем судить и безымянного. Просто государственного преступника, который сам отказался от титула.
- Я сьор Шамир аль Хали из Великого Дома вечных! Наследник этого Дома по праву рождения! Первородный! Мой отец Намир аль Хали был наследным принцем, а потом главой Дома! Мой дед сьор Самир аль Хали тоже был старшим в роду! Моя бабушка урожденная принцесса Тадрарт! Кто-то сомневается в чистоте моей крови и праве на трон Калифаса?!
- Нет. Ты носишь свой титул по праву. Но и я тоже. Я твой император и сьор Рафаэл Тадрарт. Которому ты присягнул. И здесь ты по моей воле. Ты обвиняешься в измене мне и двум Великим Домам.
- А именно? – все также надменно спросил Шамир. – Кто мои обвинители?
- Я, - и Раф встал. – Император Тадрарт, прямой потомок по мужской линии правящей в Новой империи династии с первых лун исчисления.
- Я, сьор Чанмир аль Хали, младший принц Дома вечных, - и брат Шамира выступил вперед.
- Я, грата Лияна аль Хали, урожденная леди Ларис, - синеглазая красавица встала и тоже вышла вперед.
- Я, грата Нэша Халлард, урожденная принцесса Дома южных, - вдруг встала со своего места королева Нарабора. Дэстен посмотрел на нее, словно не веря своим глазам. Тебе-то это зачем?
- Я, грата Лала аль Хали, урожденная принцесса Дома южных обвиняю своего мужа в измене мне, чистокровной, - Шамир с удивлением увидел, как его супруга тоже встала. Как она посмела?!
Королева Гота одобрительно кивнула. Линар с недоумением посмотрел на своих сестер, но зеркально повторил кивок жены.
Готвиры переглянулись, и Анрис уставился на Шамира. Мол, что происходит?! Северные были явно не в курсе. Особенно их удивило, что принц Чанмир в Игнисе, а не в горах.
- Как видишь, Шамир, у тебя хватает обвинителей, - подвел итог император. – Начну я. Всем известно о моих непростых отношениях с младшим братом. Который после Большого Совета, где высокородные вновь признали меня своим императором, позорно сбежал. Я не раз уже требовал от тебя, Шамир, чтобы мой брат и наследник Дома вернулся в Игнис. И каждый раз ты мне отказывал, утверждая, что местонахождение Исмира тебе неизвестно. Это ложь. Как только твой собственный брат стал регентом, и Исмир нашелся. Что ты на это скажешь?
- Родственные узы не позволяют мне выдать сьора из моего Дома, - заявил Шамир. – Это дело чести.
- А разве дело чести украсть у родного брата его жену?! – не выдержал Чанмир. – Ты пытался соблазнить Лияну! Обещал сделать ее красной королевой! Куда же в таком случае ты хотел деть меня, ее законного мужа, и свою собственную супругу, грату Лалу?!
Высшие заговорили разом. В беломраморном зале словно разразился шторм. Эмоции били во все стороны, как порывы ураганного ветра.
«Эге, а дело-то серьезно! – подумал Алвар Гор. – Никогда не думал, что Шамир способен на такую глупость. Неужто любовь?»
- Ложь! – закричал Шамир. – Ничего этого не было!
- Я клянусь, что мой сьор меня домогался! – и Лияна положила правую руку на прекрасную грудь. – Это началось давно! Шамир аль Хали меня преследовал! Требовал свиданий наедине! Он… он меня целовал!
- Шлюха! – заорал Анрис. – Еще одна проститутка из Калифаса!
- Я тебя сейчас убью! – у Чанмира на губах аж пена выступила от бешенства. – Как ты посмел оскорбить мою жену?!
- Принимаю вызов!
И Анрис, одетый в цвета своего Дома, огромный, мощный, похожий на рычащего белого медведя шагнул навстречу красному пустынному льву, оскалившему зубы.
- Вы оба спятили сьоры! – вмешался Алвар Гор и бесстрашно встал между разъяренными мужчинами. – Поединок между регентом одного анклава и королем другого?! Этак мы вовсе останемся без правителей! Уймитесь! Она Закатекас, если ты забыл, Анрис! И мужу своему не изменила! Или ты глухой?
- А ты здесь вообще откуда взялся? – ощерился король Фригамы. – Ты выскочка, безродный! И слова тебе не давали!
- Перестаньте кричать! И живо разойдитесь, сьоры! Никакого поединка! – осадил высокородных Рафаэл Тадрарт. – Я говорил с Лияной и убедился, что грата не врет.
- Всем известно, чем заканчиваются твои разговоры наедине с красивыми принцессами, - презрительно бросил Ренис Готвир.
По залу прокатился смешок.
- Надеюсь, грата Лияна теперь не беременна, - сказал кто-то.
- Ты прав, приятель: зеленоглазые младенцы к большой беде, - хмыкнул сир Гор.
Теперь уже все хохотали.
- А ну, прекратите! – не выдержала и Эсмира. – Уважайте своего императора!
- Уважать развратника, попирающего законы чести высокородных? – Шамир аль Хали решил воспользоваться моментом. – Меня не на поединок вызвали, а в суд!
- Смерть от моего меча еще надо заслужить, - хмуро сказал Рафаэл Тадрарт. – И ты прекрасно знаешь, Шамир, что фехтовальщик ты никакой. Хочешь умереть красиво? Потому что факт твоей измены государству и жене неоспорим.
- Зато факт твоего владения имперским троном оспорим! Ты бастард сын бастарда!
Раф еле сдержался, чтобы тоже не схватиться за меч. И лично отрубить этому наглецу голову. Давно уже заслужил. Готвиры одобрительно загудели. Южные иронично вскинули брови: а ведь, правду Шамир говорит. Отец Рафа явно разозлился за бастарда. На скулах заходили желваки, а огромные кулаки сжались.
Бастард?! Да этот бастард взял Игнис, придя сюда во главе огромной армии, и если потребовалось бы, то и Калифас бы пал!
- Говорить буду я, - встала королева Гота. И все замерли. Ее авторитет был непреклонен. Именно Гота держала в железных руках богатейший анклав Чихуан. Это был кошелек империи. Да и честь высокородной граты Гота хранила свято. – Великий Дом Закатекасов обвиняет тебя в измене, Шамир. Ты задумал убить нашу принцессу. Плюс к этому убить мужа нашей… племянницы, - решилась Гота. – Ибо Лияна тоже принадлежит к Дому Закатекасов. Это неслыханно, Шамир, то, на что ты решился. Мама, ты всегда мне говорила, что честь граты превыше всего, - и Гота посмотрела на старую королеву Летис. – Я, урожденная принцесса Готвир, прошу поддержку своего Дома на этом судебном процессе. Братья, Анрис, Ренис, оставим прежние обиды. К вам обращается грата из Дома северных.
Готвиры угрюмо молчали. Рафаэл Тадрарт был их смертельным врагом. А Шамир аль Хали союзником. Как быть?
- Голосуем, высокородные, - подвел итог император. – Мой Дом отдает голос за смертную казнь. Такова моя воля.
Эсмира смертельно побледнела, но кивнула. Зато Олола отрицательно замотала головой. Но кто бы стал ее слушать?