Амита Парих – Цирковой поезд (страница 43)
– Они устроили проверку из-за попытки бегства, совершенной группой мужчин.
– И? – коротко спросил Александр, видя обеспокоенное лицо Тео.
– Я… Я не знаю, что на меня повлияло: страх за судьбу Лены и то, что они могут с ней сделать, или слепая вера в пустые обещания немцев. Из-за меня мы потеряли целый год.
– Все в порядке, – ответил Александр, внутренне готовый к тому, что они останутся здесь до конца своих дней. Оба сидели в тишине, пока Тео не прокашлялся и не сказал:
– Нет. Не в порядке.
В тусклом свете комнатушки он пытался рассмотреть лицо Тео и понял, что тот смотрит на него с былой уверенностью и бесстрашием.
– О чем это вы говорите?
– Мы сделаем то, что нам удается лучше всего, – исчезнем.
Александр удивленно взглянул на своего учителя, подумав, а не разрушил ли Терезиенштадт его психику.
– Я облазил все это место, каждый его уголок. Возможности бежать теперь, особенно после того, как они поставили новых охранников, нет.
– Число охранников значения не имеет, – продолжал Тео, улыбаясь. – Подумай, когда они будут менее всего ожидать нашего побега?
– Во время представления? – догадался Александр.
– Именно так! Нам всего лишь нужно отвлечь их внимание на что-то, пока мы попытаемся убежать.
– Устроим представление, – сказал Александр, а от предчувствия чего-то волнующего мурашки пробежали по спине.
– Это будет последнее представление! Нечто грандиозное, удивительное! Нечто такое, отчего охрана не сумеет отвести взгляда ни на минуту, чтобы понять, что нас уже и след простыл.
Александр охотно закивал. Он пытался подумать о том, что бы Хорас сделал в такой ситуации.
– Есть какие-нибудь идеи?
– Кое-что есть. – Глаза Тео блеснули.
Глава тридцать третья
Вспомнив одну из старых постановок Хораса, Тео решил подготовить номер, темой которого будет «Мулен Руж». И хотя реквизита было крайне мало, костюмов еще меньше, но идея была блестящая. До этого момента почти все выступления в Терезиенштадте были одиночными, а потому особая яркая подача поразит всех новизной и изысканностью.
По стечению обстоятельств времени лучше для отработки номера представиться и не могло: Тео сказал Бургеру, что перед приездом датчан нужно успеть поставить представление, которое убедит их, что город – образцовое место для жизни. Идея Бургеру так понравилась, что тот распорядился выделить деньги. Тео предложил провести генеральную репетицию прямо под Рождество.
– Чтобы отточить действия до автоматизма и исключить случайные оплошности, нужно заранее все отработать, – говорил Тео, а Бургер охотно соглашался. И вот у артистов появились обрезки шелков, тафты, катушки золотых ниток и блестящие красные блестки.
Александру поручили донести артистам концепцию представления, и после того, как он ее с воодушевлением рассказал, все начали фонтанировать идеями. Окрыленные невиданной доселе свободой выбора, артисты собирались группами и горячо обсуждали детали будущего выступления. Наталья взяла на себя хореографию и подготовку номера с канканом, с улыбкой пообещав, что ноги будут задирать, как надо и что подвязки раздобудут. Ей дали корень марены, и Наталья весь вечер раскрашивая пуанты участников в темно-красный. Василий объединился с другим актером, чтобы поставить комедийный номер. Одна женщина взялась петь трудное произведение Аделаиды Холл. На площади в одночасье зазвучала музыка, пылкая, пестрая и чувственная. Лика вызвалась в числе других музыкантов играть Дюка Эллингтона, но кроме того, будучи хорошей швеей, она занималась костюмами. После всех репетиций она часами сидела, гибкими пальцами при свете свечи по одному пришивая перышки к корсетам, добавляя золотые украшения на подолы длинных юбок, и подготовила великолепный вельветовый смокинг красного цвета для самого Бургера.
Как-то раз Александр услышал слова Хораса о том, что вместе с упорством приходит красота, и действительно, даже среди этой убогой обстановки с минимумом средств они смогли создать нечто прекрасное. В воздухе буквально ощущалось общее возбуждение.
Единственное, о чем не знали остальные, – так это о том, что в процессе представления иллюзионисты планировали поменяться местами с охранниками – Эриком и Фридрихом, а потом попытаться бежать под чужими личинами.
Чтобы развеять все подозрения, они запланировали пробный показ специально для Бургера и теперь работали сутки напролет, чтобы успеть доделать декорации. И так как все в мастерской знали о готовящемся номере, то прятаться не пришлось. Они построили деревянный каркас, вставили с каждой из четырех сторон по толстому стеклу так, чтобы получился прозрачный бассейн. Они сконструировали механизм, чтобы с помощью рычага поднимать тяжести над бассейном. Во время исполнения трюка охранники будут использовать его, чтобы подвесить циркачей над водой. В день представления воду покрасят в красный цвет, а сзади подсветят бассейн прожекторами, чтобы придать ему волшебное сияние.
На пробном выступлении Бургер натянул им на головы мешки из-под картошки и приковал их наручниками спина к спине, после чего обмотал вокруг их талии веревку. Когда с приготовлениями было покончено, охрана прицепила металлический крюк к петле и подняла иллюзионистов в воздух над бассейном. По команде Бургера занавес открылся, и перед взорами публики предстали два опасно висящих над водой иллюзиониста. Охрана отпустила веревку, отправив обоих в воду. После чего бассейн накрыли железной крышкой, запирая фокусников внутри.
Большая часть людей могла задержать дыхание не дольше, чем на две минуты, но Александр и Тео много тренировались и легко могли провести под водой и четыре. Пока они барахтались, делая вид, что задыхаются, Александр нащупал острый конец ключа от наручников, спрятанного в рукаве Тео. Взять еще и второй ключ придумал сам Александр, засунув его себе в рукав. С его помощью открылся потайной замок на металлической крышке, отворяющий створку, которая была незаметна снаружи для охраны. В темно-красной воде никто и не разглядит, как Александр будет возиться с этим замком. Когда все было открыто, оставалось лишь подождать пару секунд для пущей драматичности, после чего они резко вынырнули, хватая ртом воздух. Александр выбрался из бассейна и, уже отжимая одежду, наконец услышал аплодисменты.
– Замечательно! Это замечательно! – Бургер стоял в переднем ряду, чрезмерно восторженно хлопая. Александр обвел взглядом лица. Все вокруг смотрели только на них. Даже охрана покинула свои посты, чтобы увидеть все своими глазами. Остальные актеры глядели на них со смесью восхищения и зависти, понимая, что их собственные номера никогда не будут такими завораживающими. Все должно было получиться.
Когда техническая часть шоу была отработана, а приготовления почти завершены, настало время рассказать Лике правду. Тео и Александр единодушно согласились, что ее нужно взять с собой, поэтому однажды вечером после репетиции они отвели ее в сторону и объяснили свой план.
– А если что-то пойдет не так? – спросила Лика, заранее содрогаясь.
– Что-то может пойти не так, – ответил Тео. – Но честно говоря, я не уверен, что мы вообще когда-нибудь выйдем отсюда живыми, а раз так, то любой шанс нужно использовать.
Лика колебалась:
– А если я убегу, то что меня будет ждать там, за воротами?
Александра вдруг осенило, что их с Тео положение очень отличалось от положения Лики: Тео нужно было воспитывать дочь, а Александр может опять работать фокусником. У Лики же не было ни дома, ни семьи. И хотя она была отличным музыкантом и швеей, Александр знал, что девушке будет трудно найти работу в эти времена и придется бороться за жизнь. Он вздрогнул, представив, что та может окончить свою жизнь, осев в каком-нибудь борделе.
Пока Александр смотрел на ее грустное лицо, в душе его созрели те слова, произнести которые до этого не хватало смелости:
– У тебя буду я.
Лика с сомнением глянула на него. Он не знал, как сложатся отношения с Леной, но вот о Лике он позаботится несмотря ни на что.
– Что бы ни произошло и куда бы мы ни пошли, я буду рядом. Обещаю тебе.
На секунду Александру показалось, что она вновь откажется: слишком уж обеспокоенным был ее взгляд. Но вдруг она обвила руками его шею и шмыгнула носом, заплакав от облегчения.
– Все хорошо. – Он гладил ее волосы. – Не бойся. Все будет хорошо.
Вместе с Ликой они распределили оставшиеся обязанности. Следующим заданием для Тео было выпросить у Бургера пару бутылок бренди, с чем тот справился идеально. Во время одной из репетиций, на которой, как Тео знал, Бургер будет присутствовать, он выронил карты из рук и упал на колени, схватившись за запястья.
– Прошу простить меня, герр комендант, – сказал он, кривясь от боли. – Это все артрит. – Он глянул в сторону Бургера. – Ах, какой позор – не суметь выступить перед датчанами…
Бургер выпрямился на своем стуле:
– Этого я допустить не могу. Город должен быть образцово-показательным.
Тео кивнул, разминая запястья:
– Не слишком ли я вас обременю, если попрошу пару бутылок бренди? Обычно оно помогает. Ничего дорогого, разумеется…