Амина Маркова – Точки притяжения (страница 46)
И они опять упомянули друга. В прошлый раз Кира представила его уверенным в себе курящим компьютерщиком, причём только на основании фразы «наклепал страничку в интернете». Но если имелась в виду страница в соцсети, то это мог сделать любой; почему тогда они сами её не сделали, а пошли к нему? Может, это была его инициатива? Беспроводная колонка хорошо дополняла нарисованный портрет: люди не покупали беспроводные колонки, чтобы пользоваться ими дома – они по-хозяйски слушали их на улице. У Киры бы не хватило смелости прикрепить её на велосипед и превратить поездку в портативную дискотеку; вытащить её на встречу с друзьями где-нибудь в парк, чтобы вести разговоры под музыкальное сопровождение – тоже; она смогла бы взять колонку только на уединённый пикник.
Они дошли до входа на выставку. На раскладном стуле у зазора в ограждении сидел совсем юный парень; сгорбившись, он устало смотрел в телефон. Они поравнялись с ним; он медленно поднял голову и пару раз хлопнул сонными веками. Майя протянула ему экран; он достал откуда-то маленький считыватель, поднёс его к телефону Майи, дождался короткого писка, пробормотал «приятного просмотра» и снова углубился в свой телефон.
Кира никогда не была на выставках песчаных фигур, но думала, что имела о них представление: используя специальную смесь, художники создавали скульптуры, которые невозможно было повторить, используя воду. Открывшийся вид в целом оправдал её ожидания, но фигуры оказались не такими маленькими, какими она их представляла: они были крупными и широкими – выше человеческого роста. Майя, выразительно удивившись, стала поспешно оборачиваться туда-сюда и окидывать всё восторженным взглядом; она ушла вперёд, но передумала и вернулась.
– Это чтобы мы всё одновременно смотрели, – сказала она, взяв Киру под руку.
Они пошли парой; Макс побрёл за ними. Выглянуло солнце. Позади прозвучало досадливое «блин» и послышался скрежет молнии рюкзака. Кира обернулась и увидела, что Макс успел натянуть на себя панаму. Заметив её, он немного вызывающе спросил:
– Что? Отдать?
– Угу, – Кира расплылась в довольной улыбке.
Тот изнурённо вздохнул, стянул панаму и отдал ей; Кира надела её на себя, наслаждаясь щемящим грудь удовольствием.
Выставка состояла из разных тематических зон: у входа располагались фигуры животных, далее – скульптуры с фантастическим уклоном, ещё дальше виднелись сказочные сюжеты. Солнце быстро скрылось за облаками, но Кира решила, что снимет панаму только если её открыто об этом попросят.
– Больше не будет вопросов? – спросила Майя. – Ты хотела позадавать нам
Кире нравилось задавать вопросы Майе: она охотно на них отвечала и имела склонность говорить больше, чем нужно.
– У вас живы бабушки и дедушки?
– Только со стороны папы. А у тебя? – сказала Майя.
– А у меня только со стороны мамы. Общаетесь?
Майя повернулась к брату, сомневаясь, стоило ли ей распространяться на эту тему. Преодолев сомнение, она сказала:
– Только с бабушкой.
– А с дедушкой?
– Уф-ф… – Майя снова засомневалась, стоило ли ей продолжать. – Папа не хочет, чтобы мы общались с дедушкой.
– Почему? – удивилась Кира.
– Так, извини, я не могу это пропустить… – восторженно пробормотала Майя и тороплива ушла вперёд – туда, где виднелись песчаные замки.
Кира, прибавив шаг, пошла за ней. Зона сказок была впечатляющей. Помимо классического сказочного замка тут красовались всевозможные крепости и дворцы: некоторые как будто были репликами настоящих исторических сооружений, а некоторые представляли собой фантазию скульптора. Майя бегала от одного к другому, фотографировала их с разных ракурсов, а с некоторыми делала селфи, которые получались не так хорошо, как ей хотелось: скульптуры такого размера не помещались в селфи-кадр. Устав от попыток, она попросила Макса пофотографировать её на разных фонах. Кира тоже занялась фотографированием скульптур.
Когда они закончили, Майя подошла к ней и взяла под руку; они пошли дальше.
– Мы прервались. Ты спросила, почему мы с дедушкой не общаемся. Папа не хочет. У него сложные отношения с отцом. Я даже как-то слышала, как он с ним по телефону разговаривал и…
– Ты уверена, что стоит про это говорить? – раздалось позади.
– А почему нет? – непринуждённо бросила Майя, обернувшись. – В общем, в детстве слышала, как он разговаривал с дедушкой по телефону, сначала тихо, а потом вдруг как повысит голос и такой «я
– Ого…
– А ты со своими как?
– Да всё очень чинно: приезжаю раз в несколько месяцев. Они живут в посёлке, до него ехать надо.
– М. Ясно. Слушайте, мы тут за разговорами как-то быстро идём. Давайте помедленнее.
Майя высвободила руку и, подойдя к ближайшей скульптуре, принялась внимательно её разглядывать. Медленно осматривая всё вокруг и перебрасываясь впечатлениями, они дошли до крутого разворота выставки, выведшей их во второй уставленный скульптурами рукав и далее – к входу. Выйдя, они утомлённо пробрели по песку до каменной лестницы и вернулись в прибрежный парк.
– У меня планы сегодня были, – сказал Макс. – Может, будем расходиться?
– Да, у меня тоже планы… Ты не против? – спросила Майя у Киры.
– Не против, конечно, – вздохнула она.
– Ты, кстати, украла у меня кое-что.
– «Украла», – скептически повторила она, сняла панаму и протянула ему. – Сам отдал.
Кира расстроилась: Макс опять был варёным, а теперь они так упорно старались от неё убежать, как будто пришли сюда по её принуждению.
– Вам в ту сторону? – она показала направо.
– Да, туда, – ответила Майя.
– А, ну мне прямо. Пока.
– Пока!
– Пока, – отозвался Макс, с пытливым сомнением посмотрев на Киру: он заметил, что у неё упало настроение. – До понедельника.
– Ага, – кивнула она и побрела в сторону фонтана.
По дороге домой её огорчённость превратилась в подавленность. Горько перебирая в голове сегодняшние наблюдения, она пришла к выводу, что Майя общалась с ней только для того, чтобы порадовать отца, а в целом находила Киру малозанятной; Максу она была нужна только для того, чтобы не скучать в офисе. Вне этих рамок она их не интересовала: никто из них за всё это время не попросил номер её телефона. Может быть, у них и так был её номер – они могли взять его у Марка – но никто из них ни разу не позвонил и не написал ей.
Кира пришла домой и провела несколько часов за бездумным досматриванием сериала, который начала смотреть пару недель назад и который не вызывал у неё ни восхищения, ни отвращения. Во входной двери заворочался ключ: вернулась Алиса. Ключ вертелся дольше обычного: Алиса путала замки́ и постоянно пыталась открыть запасной, который и так был открыт.
– Привет. Хочешь есть? – спросила Кира.
– Привет, не, мы ели. А ты меня ждала, чтобы поесть?
– Нет, у меня нет особенного аппетита.
– Что смотришь? – Алиса забралась на диван к подруге.
– Чушь какую-то, – сухо ответила Кира и выключила телевизор. – Как дела?
– Не очень, на самом деле.
– Что случилось? – Кира впервые за вечер вынырнула из удручённой прострации.
– Уф-ф… Сегодня были первые выходные, когда его родители уехали. Их
– И что?..
– Он так разозлился, что перестал со мной разговаривать и ушёл. Вернулся потом, правда. Я-то осталась сидеть, где он меня оставил, своими делами в телефоне занималась.
– И?..
– И всё. Он успокоился вроде, но видно было, что недоволен. Так и провели день. Завтра тоже встречаемся. Я опять откажусь к нему идти. Будет номер… Я бы сходила просто так. Но это же всё не про просто так. Так-то я не против, интересно. Просто я не готова пока… У тебя есть какая-нибудь рекомендация? Мне бы очень не помешал совет.
– Единственное, что я могу посоветовать – это открыто это обсудить.
– Да, ты права… Попробую. Скажу, что на следующих к нему пойду.
Алиса так же не хотела говорить про свой день, как и Кира про свой. Налив себе по стакану холодного напитка, они уселись за пересмотр любимых фильмов.
Перебивка
Ассистентка. Мотор!
Ведущая. Здравствуйте, назовите ваше имя, пожалуйста.
Амир. Амир.
Ведущая. Это ваше полное имя?
Амир. Да.