Амина Маркова – Точки притяжения (страница 3)
Одним вечером, когда Кира и её мама ужинали дома, у последней зазвонил телефон. Она протянула руку к столешнице и посмотрела на экран. От удивления перестав жевать, она сказала с полунабитым ртом:
– О. Марк.
Сглотнув, она, говоря как можно быстрее, чтобы не упустить звонок, добавила:
– Подходил ко мне на похоронах, предлагал часть расходов возместить. Видела его там?
– Да. Больно было на него смотреть…
Мама взяла трубку:
– Алло. Да. Да.
Она помолчала и, прикрыв телефон рукой, прошептала «плачет».
– Да, – заговорила она в трубку. – А она здесь, кстати. Да. Я могу поставить на громкую связь. Ага, сейчас.
Она отняла телефон от уха, положила его между собой и дочерью и нажала на значок громкоговорителя.
– Это я, здравствуйте, – сказала Кира, удивлённая его желанием поговорить с ней.
– Кира? – робко спросил Марк. – Кира, здравствуй. Я… Я только что говорил твоей маме… В общем… Я соболезную вашей утрате и… Я не знаю, каково… – его голос сорвался, но он справился с собой. – У меня тоже есть семья и… – Он не смог сдержать плача и всхлипнул. – Я постоянно думаю про вас и очень хочу вас как-нибудь поддержать…
– Спасибо…
– Недавно я вспомнил, что твой папа рассказывал мне о твоём образовании и где ты сейчас работаешь. Я состою в руководстве одной компании, которая… В общем, мы сейчас расширяем штат и… Если ты пришлёшь нам резюме, то тебя точно возьмут, потому что у тебя есть опыт, и… – он говорил так неуверенно, что Кире стало его очень жаль: он хотел помочь, но, видимо, боялся показаться навязывающимся благодетелем. – Я не уверен, что могу предлагать такое: может, тебе нравится твоё место, и я…
Кира направила на маму озарённые осознанием внезапной удачи глаза. Не опуская их, она, медленно подбирая слова, ответила:
– На самом деле мне очень нравится ваше предложение, потому что я как раз собиралась переезжать в ваш город.
Марк резко вдохнул и быстро заговорил:
– А, я рад! У нас очень хорошо. У нас просторный офис и… Да! Самое главное: иногородним на
Глаза Киры, пытающиеся передать маме обуревавшие её эмоции, раскрылись так широко, что оставалось только приоткрыть в изумлении рот. Не меняя ни позы, ни взгляда, она, оправляясь от услышанного, проговорила:
– Это так… здорово. Я обязательно пришлю резюме.
– Я сейчас же вышлю контакты! Я не сомневаюсь, что тебя возьмут. Возьми, пожалуйста, у мамы мой телефон и позвони мне, как тебе ответят.
– Хорошо. Спасибо вам… – она остановилась, не найдя слов для всего, что она сейчас чувствовала, – просто… огромное.
– Я теперь даже не знаю, кому приятнее, – коротко посмеялся он. – Я очень рад. Я сейчас всё пришлю. Ещё раз примите, пожалуйста, мои соболезнования. До свидания.
– До свидания!
Марк, как и обещал, прислал контакты через минуту после звонка. А Кира, как и обещала, обновила и отправила резюме, всё ещё сомневаясь в успехе предприятия. Предприятие, однако, прошло успешно: сначала ей пришло письменное подтверждение, затем поступил запрос на собеседование по телефону, а после его прохождения были высланы файлы с инструкциями по адаптации нового сотрудника. Её выход на работу был запланирован на понедельник, идущий после следующего; в выходные перед этим она должна была заехать на новую квартиру. Кира позвонила Марку и рассказала ему об успехе; он был очень рад и попросил её позвонить ему в первый рабочий день: он хотел поговорить с ней с глазу на глаз.
Снова был собран семейный совет: мама и тётя поздравляли Киру, хлопая её по плечу и беря с неё неоднократные обещания звонить им каждый день. Дом было решено продать вместе с мебелью: мама переезжала жить к сестре, выделившей целую комнату под вещи из продаваемого дома, которые они захотели бы оставить у себя. С собой Кира планировала взять один дорожный чемодан с самым необходимым; остальное мама должна была выслать ей междугородней доставкой.
Тётя настояла на том, чтобы они вдвоём с сестрой уехали в издавна планируемое и давно откладываемое длительное путешествие – после того как продадут дом, разберутся с мелкими проблемами и освоятся с новым бытом.
Кира уволилась с работы, взяв минимально позволенный в их фирме срок предварительного уведомления – два дня. После последнего рабочего дня она вышла из опостылевшего офиса, и у неё перехватило дыхание от внезапного освобождающего облегчения. В течение месяца после увольнения она просыпалась от мучительных снов, в которых узнавала, что ей никто не разрешал увольняться, что она не ходила на работу уже несколько недель и что ей нужно было собираться и идти туда, чтобы под ехидное хихиканье коллег и тяжёлый взгляд начальницы объяснять причину прогулов и получать публичный выговор; она возвращалась на рабочее место и находила там гору заданий, которые нужно было выполнить до конца дня.
В своём двадцатипятилетнем возрасте, наступившем всего пару дней назад, Кира вышла из поезда на главном вокзале города, катя за собой чемодан и счастливо щурясь на солнце.
Она доехала на такси до указанного адреса. Обнаружив с помощью водителя, что дом был расположен в свободном от автомобилей дворе, она вышла на тротуар и, сопровождаемая будоражащим и сулящим новизну обстановки звуком чемоданных колёс, пошла к одному из многоэтажных корпусов жилого комплекса; двор был просторен, обустроен и находился в небольшой низине по отношению к основной улице. Ключ от квартиры, как было указано в присланном ей файле с инструкцией для иногороднего сотрудника, находился в почтовом ящике, открывавшимся цифровым кодом. Квартира была на пятнадцатом этаже – на четырнадцать этажей выше, чем она жила всю жизнь.
Квартира была маленькой и уютной. Бросив чемодан на ковролин, которым была застелена бо́льшая часть пола, Кира позвонила маме и, бродя по квартире, как по музею, описывала всё, что видела, и всё, что можно было найти, открыв дверцу, вынув ящик или отодвинув штору.
У квартиры не было отдельной прихожей: входная дверь впускала сразу в г-образное помещение, один рукав которого уходил влево. В нём стоял длинный и приставленный к стене диван («Нет, не раскладывается. Я уже и так и так попробовала. Ты в любом случае поместишься»); напротив него висел большой настенный телевизор («Тут нет каналов, тут просто интернет и приложения. Да, вай-фай есть. Первые полгода точно не я»); в самом конце рукава – в углу – стоял небольшой книжный шкаф.
От шкафа начинался второй рукав, уходивший направо. По внешней его стене распологалось высокое окно, завешанное тонкими шторами. В дальнюю и короткую его часть поместилась пристеночная кухня, вместившая холодильник, пару напольных и пару навесных шкафов. Перед кухней – перпендикулярно окну – стоял высокий и узкий стол: с жилой стороны к нему было приставлено два высоких табурета; ковролин заканчивался незадолго до них. Справа от кухни, превращая букву «г» в букву «п», простиралась спальня, отделённая от непрерывного помещения глухой дверью. Сразу за входом в неё можно было обнаружить – слева – ещё одну дверь в маленький, но длинный совмещённый санузел. Немногословная спальня состояла из большой кровати («Слушай, если ты приедешь, мы тут вдвоём поместимся…»), прислонённой головой к общей с санузлом стене, и встроенного шкафа, занимавшего всю дальнюю стену – ту самую, на которой в другом помещении висела тонкая перекладина с крючками для верхней одежды. Окно спальни было завешано тяжёлой и тёмной шторой.
На выходных Кира с удовольствием изучала окрестности. Она выяснила, где были расположены ближайшие продуктовые магазины и аптеки, узнала, что неподалёку находился маленький укромный сквер, а далее – уютная пешая улочка, плотно заставленная барами и кафе. Она с удовлетворением обнаружила ползущую по району сеть беговых дорожек: время от времени она любила совершать долгие пробежки – с удовольствием напрягая мышцы тела, она сбрасывала душевное напряжение и потом мучительно, но по-своему приятно восстанавливала дыхание; пару лет назад она даже потратилась на хорошие беговые кроссовки. С таким же удовольствием она отдавалась музыке, ставшей для неё не только отдушиной в попытках отвлечься от забот, но и источником восторга и наслаждения – и от прослушивания старых любимых композиций, и от поиска новых треков, наполняющих кровь свежим чувством только что открытой острой симпатии; она купила подписку на музыкальный стриминг и заменила свои старые «капельки» на полноразмерные беспроводные наушники, которые можно было ловким движением надевать с шеи на голову или опускать обратно на шею.
В воскресенье вечером Кира, надев их, пошла к зданию будущего места работы. Прогуливаясь по широкому и немного петляющему тротуару, она за пятнадцать минут дошла до обособленного стеклобетонного многоэтажного дома, приветливо сверкавшего на вечернем солнце; возле него не было ни одного автомобиля. Она внимательно посмотрела на него, улыбнулась и пошла обратно, решив начать новую жизнь свежей и выспавшейся.
День 1, неделя 1, понедельник
Кира дошла до бизнес-центра, в котором размещался офис её новой компании, и пройдя через его большие крутящиеся двери, обнаружила себя в просторном прохладном холле. Одна стена была стеклянной, как и внешняя стена здания; у другой стены растянулись узкие и длинные белые лавки.