Амина Маркова – Точки притяжения (страница 21)

На перерыве Кира, купив сок и прельстившись тёплым солнечным днём, пошла на крышу. Народу было больше обычного. Кира устроилась за маленьким столиком; попивая сок, она размеренно дышала и смотреть вдаль, наслаждаясь блеском воды у горизонта.

– Привет, – послышался Танин голос.

– Привет…

– Можно? – она показала на противоположный край стола.

– Можно…

Кира растерялась – и из-за её внезапного появления, и из-за её настойчивых попыток общения, и из-за того, что у другой стороны стола не было стула.

Таню это не смутило: не спросив разрешения у ближайшей компании за соседним столом, она неторопливым движением развернула их свободный стул и села напротив.

– Как дела?

– Пью сок, – холодно ответила Кира. – Как твои дела?

– Прекрасно, – спокойно отреагировала Таня. – Видела тебя вчера здесь. С Максом.

«И чё?»

Что Таня от неё хотела? В прошлый раз она пыталась неизящно выяснить, с кем Кире удалось сойтись, а сегодня она с такой же блестящей грациозностью выявила, кто из круга общения Киры её интересовал. Либо Макс ей нравился, и она прощупывала почву, либо она любила собирать сплетни. Вряд ли она была его девушкой, иначе Кира хоть раз увидела бы их вместе – хотя бы идущими вместе на работу, на ланч или с офиса.

– И? – спросила Кира, опустив «чё».

– Нравится с ним общаться? – поинтересовалась Таня привычным для себя невозмутимым голосом: её тоже было сложно считывать.

«Сейчас всё тебе выложу, как на духу», – иронично подумала Кира и небрежно пожала плечами.

– Общаетесь же только здесь, в офисе?

– Да. Только здесь. В офисе. А что?

– Просто так, – с толикой язвительности ответила Таня. – Извини, что отвлекла, – бросила она и, медленно встав со стула, удалилась, не посмотрев на Киру.

В какие бы игры та не играла, лучшим выбором было не обращать на неё внимания.

За полчаса до окончания рабочего дня Кира пришла в пустой лифт-холл. Из соседнего крыла, постепенно набирая громкость, послышался знакомый голос: Марк бойко шёл к лифту и убеждал телефон, что сейчас спустится. Положив трубку, он остановился, сбросил хмурую сосредоточенность, огляделся и заметил Киру. У неё в голове раздался голос Майи, рассказывающий, что Марк боится с ней заговаривать, потому что она, видите ли, посчитает его старым и скучным. Ей было неприятно узнать, что она сформировала о себе такое мнение, не делая ничего, что подтвердило бы эту нелестную догадку; она решила заговорить с ним; лифт пришёл сподручно пустым. Поздоровавшись, они зашли внутрь.

– Мы с Майей встретились случайно в субботу в парке.

Марк удивился её инициативе, но сразу переключился на готовность к разговору.

– Да, она рассказывала. Звонит, говорит, представляешь, и Киру в парке видела, и Амир неподалёку гулял.

– Завидую вам… Мы с папой редко болтали по телефону.

– Да?.. А. А мы с Майей как два закадычных дружка. Вообще, некоторые говорят, что если несколько детей, то у каждого родителя есть любимчик, но я не понимаю. Я обоих одинаково люблю, пусть с Максом у нас и не сложилась телефонная болтовня.

– Да, я слышала про любимчиков. Вроде бы чаще больше любят младших, потому что старший – это первый, на него весь стресс уходит, а следующие уже больше в удовольствие.

– Нет, ну не без этого, но как можно не любить первенца? Когда Макс родился, мы были так счастливы, – оживлённо проговорил Марк и стал посмеиваться, – что просрочили второго. Мы изначально планировали, чтобы дети родились с меньшей разницей. Ещё удивительно так вышло, что Майя в меня, а Макс весь в маму. И не только внешне! Я ещё в молодости узнал, что у моей жены есть очень чёткие границы, что она хочет говорить, а что – нет; как скажет мне «я не буду про это рассказывать», ещё таким уверенным тоном, я аж робел перед ней, – признался он, засмеявшись; у него даже заходили плечи. – А этот весь в неё. Я спрошу у него «ты куда пошёл?», а он мне «а это важно?», – ровной интонацией передразнил Марк, развеселив Киру. – Ф-фух, – отдышался Марк, вытирая глаза тыльной стороной ладони. – А так, конечно, скрытный. Мы даже один раз поскандалили на эту тему.

– Серьёзно?

Кира не представляла ни того, ни другого в пылу скандала; Майя почему-то представлялась прекрасно.

– Да! – сказал он так, как говорят «ты только представь себе!». – Как-то летом ушёл куда-то на всю ночь, телефон у него выключен, и ни ответа, ни привета. А потом пришёл и упрямо отказывался говорить, где был. Ой, это давно было. И это так, один раз, – Марк добродушно махнул рукой.

«Один раз»? Один раз был только скандал или скандал из-за того, что он ушёл на всю ночь?

Двери лифта открылись. Марк сказал Кире «извини» и, прижав телефон к уху, заторопился к выходу из здания.

День 38, неделя 6, среда

До обеда Кира не нашла времени ни на один перерыв и вынырнула из непривычного аврала только через полчаса после формального окончания ланча. Устало выбравшись из-за стола, она остановилась из-за неожиданного сердцебиения, как будто от прыжка с утёса: в сторону лифтов неторопливо шёл Макс, опустив взгляд в телефон. Она догнала его.

– Привет!

– О. Привет, – ответил он и отчего-то свёл брови.

Неужели его позавчерашний побег с крыши был связан с ней? Но что она сделала не так? Тревога иррационально раздулась, и Кира успокоила себя тем, что позавчера она не делала и не говорила ничего плохого.

– У меня сегодня поздний перерыв.

– Ну и день, да? У меня тоже, – ответил Макс, убирая телефон в карман джинсов. – Не против… – заговорил он в то же время, как Кира начала спрашивать «Ты же не против…»

Перенапряжение от работы вытеснилось двумя улыбками.

– Идём, в общем, – подытожил он.

Они пошли к выходу; ближайшее кафе было на пятнадцатом.

– В прошлый раз мы, кстати, опять на меня свернули, – сказал Макс в лифте. – Так что твоя очередь.

– Рассказывать про себя?

– Угу.

Они вышли в холл пятнадцатого этажа; вход в кафе был рядом.

– А что ты помнишь? – с недоверием уточнила Кира. Её бывшие коллеги иногда поддерживали разговор только затем, чтобы дать голове отдохнуть, и пропускали речь собеседника мимо ушей. – Про что я рассказывала в прошлый раз?

– А для чего я, по-твоему, спрашиваю? Чтобы сразу забыть?

– Кто тебя знает, – с шутливой небрежностью бросила Кира; она его и правда почти не знала.

– Ты говорила про коллегу, которому хотела подарить линейку, – уверенно вспомнил Макс. – Давай что-нибудь в таком же роде.

– Опять жаловаться? – разочарованно вздохнула Кира. – Хорошо. Вот тебе ещё история. Был другой коллега, поинтереснее. Он любил подходить ко мне и тоном, не обещающим ничего плохого, спрашивать, как бы изменился ход истории, если бы… м-м… если бы какой-нибудь известный исторический эпизод завершился бы иначе.

– Например?

– Например, если бы Наполеон не проиграл. Мне эти вопросы не нравились в принципе, так что я пыталась отвечать что-нибудь совсем расплывчатое, чтобы отстал поскорее. Что-то вроде «наверное, было бы хорошо» или как-то так: пыталась угадать ответ, который он хотел бы услышать. Ну, по-моему. Но он каждый раз – заметь, каждый раз – начинал орать и…

– Что, прям орать?

– Да, от праведного возбуждения, – Кира устало махнула рукой. – Орал и доказывал мне, почему я не права. У него даже это, – она показала ладонями на глаза, – белки́ кровью наливались.

– Знаешь, какой для него был бы идеальный подарок?

– И какой?

– Генератор случайных ответов.

– Он бы выпал из жизни как минимум на год.

Кира выбирала еду, не глядя. Расплатившись, они сели за стол.

– О, Тина, – сказала Кира: она сидела лицом к входу. – Точно, она же тоже за сегодня почти ни разу не встала. Ты её знаешь?

– Немного.

– Я её обожаю, такая забавная. Не сравнить с моей предыдущей начальницей. Не нужно на меня так смотреть!

При упоминании предыдущей начальницы Макс заинтригованно приподнял брови.

– Ты первая начала. Давай, рассказывай.